Чтение онлайн

— Ты так и не расскажешь мне? — прохрипел я.

— Что? — спросила мама после секундной паузы.

Подняв голову, я посмотрел на свою мать.

— Не расскажешь, зачем ты это сделала?

Она прекрасно понимала, о чем я говорил и без всяких уточнений.

Этот разговор велся у нас вот уже долгие восемь лет и всё никак не мог сдвинуться с мертвой точки.

Я наблюдал за тем, как лицо матери из обеспокоенного медленно превращалось в огорченное. Ее брови сошлись на переносице и она уставилась на меня, блуждая взглядом по моему лицу. Я не знал, какое выражение было у меня на лице в этот момент, да и мне было всё равно. Я слишком устал, чтобы притворяться, что всё было хорошо.

И во мне начала теплиться надежда. Узнав, что Глеб не был таким ублюдком, каким я его считал, я начал надеяться, что и моя мать не была такой уж плохой.

Может быть, это наивно.

Может быть, это глупо.

Но я наделся…

Я нуждался в ней.

Сегодня мне была жизненно необходима моя мама. Потому что я просто не знал, что делать дальше.

— Зачем? — невозмутимо спросила она через некоторое время.

Оторвав от нее взгляд, я устало покачал головой.

Она не собиралась мне ничего рассказывать. Возможно, она и никогда не признается.

— Она тебе всё еще небезразлична, — на тяжелом выдохе пробормотала она, присаживаясь обратно на диван. — Ты с ней встречаешься, да?

— Зачем тебе это знать? — пробурчал я в ответ. — Чтобы снова разлучить нас?

Мама лишь прищелкнула языком на мои слова.

— Не обижайся, сынок. Я просто задала тебе вопрос.

— И ты ждешь от меня ответа? — хмыкнул я. — Когда ты не дала мне ни одного ответа на все вопросы, которые я тебе задавал?

— Ты хочешь знать, почему я разлучила вас с Таней? До сих пор, спустя столько лет…

Я повернул голову обратно к матери.

Она смотрела на свои руки, которые были небрежно сцеплены на коленях. В этой ее позе было что-то тревожное, потому что она казалась… уязвимой.

Неужели расскажет?

Она повернулась ко мне, встретилась со мной взглядом и вымолвила:

— Это из-за ее матери.

— Что? — ошеломленно ответил я.

— Это женщина была слишком амбициозной. Жадной, по своей сути. И я бы ни за что не позволила ей использовать моего сына, чтобы добиться своих целей.

Получается… мать Тани была источником всеобщего горя?

Из-за нее жизнь Тани была поганой.

Из-за нее нас с Принцессой разлучили.

— Почему, по-твоему, Таня была постоянным гостем в нашем доме? — спросила мама с каменным выражением лица и неприятная тяжесть осела в моей груди. — В то время Градовы переживали трудные времена, у них не было твердой опоры под ногами. Их компания была нестабильна и они были готовы пойти насамые грязные методы, чтобы получить желаемое, чтобы устроиться в России. За исключением, конечно же, главы семьи — Градова Андрея. Этот человек — святой и считает всех членов своей семьи такими же. Он так и не понял, что зачастую собственная семья притворяется теми, кем не являются на самом деле, используя его и обводя вокруг пальца.

— При чем здесь мы с Таней? — нетерпеливо спросил я, не улавливая сути ее разглагольствования.

— Я заставила тебя разорвать дружбу с ней, чтобы защитить тебя.

— Защитить меня? — воскликнул я от накипевшего гнева.

Не обратив внимания на мое раздраженное выражение лица, мама продолжила:

— Изначально мы с ними были в хороших дружественных отношениях. Мы с твоим отцом были готовы помочь им стабилизировать их компанию в России и при этом, насильно не принуждая тебя к отношениям с их дочерью, которую Жанна всеми силами пыталась буквально отдать нам, как какую-то разменную монету. Мы с Денисом не разделяли идей Градовых женить своих детей по расчету во благо бизнеса. Мы хотели, чтобы ты рано или поздно женился на той, кого выберешь сердцем, — мама тяжело вздохнула на этих слов, словно вспоминая о своем не таком уж и счастливом браке.

— Но…? — подтолкнул я маму.

— Но основатели их компании, а именно родители Жанны, заставили Андрея отказаться от важной сделки с твоим отцом, потому что нашли более выгодное им предложение, — мама едва заметно покачала головой, утонув в своих воспоминаниях. — Денис был в ярости, потому что потерял кучу денег на вложениях в их компанию, а они просто взяли и отвернулись, как будто мы для ничего не сделали. И если бы я не вмешалась, твой отец бы уничтожил их репутацию, если не всю компанию.

Когда она на мгновение замолчала, я напомнил ей тихим голосом:

— Из-за тебя я потерял друга, свою будущую девушку, которую любил уже тогда и любил все эти годы.

Моя мать горько усмехнулась и мое разочарование заставило ее продолжить рассказывать о том, что она скрывала от меня годами.

— Думаешь, Таня бы осталась твоим другом, когда бы твой отец покончил с ее семьей? Я заставила тебя сделать это, чтобы она смогла сохранить свою привилегированную жизнь. Продолжи ты с ней общаться и твой отец точно бы взялся за их семью. Ты ведь знаешь, насколько он вспыльчив. Поступок Градовых он расценил как предательство, плевок. И только представь — какой бы это был удар для тебя? Что твой родной отец уничтожил семью девочки, которую ты любил. Ты бы тогда нас точно возненавидел, — ответила мама и было что-то такое, что заставило меня иначе взглянуть на ситуацию. — Признаюсь честно, Таня мне не нравилась, но я бы никогда не пожелала, чтобы что-то подобное случилось со столь юной и умной девушкой. И я точно не хотела, чтобы ты пострадал от своего отца или ее матери. Вот почему я это сделала.

Черт…

Я разочарованно провел рукой по волосам.

Так вот какой была правда — Глеб и мама на самом деле не портили наши с Таней жизни, а просто защищали нас.

И теперь я чувствовал себя конченным уродом из-за того, что вел себя так по отношению к ним обоим. Вот почему многие предпочитали жить в неведении — это было проще, чем жить с правдой.

— Как она могла тебе не нравиться? — рассеянно пробормотал я. — Она… она была такой правильной девочкой. Тебе ведь как раз такие и нравились.

— Потому что она пнула тебя в вашу первую встречу.

Мой взгляд скользнул к ней.

На ее лице появилось извиняющееся выражение, и, клянусь, я никогда раньше не видел, чтобы на лице моей матери было что-то подобное.

— Никто не смеет прикасаться к моему сыну с такой жестокостью. Именно по этой причине я не сразу прониклась к ней симпатией.

Сузив глаза, я сказал ей:

— Ты ведь помнишь, что отец в детстве наказывал меня со всей жестокостью?

Ее лицо стало в мгновение ока стало мрачным.

— А ты думаешь, что все наши ссоры были из-за его… его похождений? Я никогда не одобряла эти наказания, Данил.

Это был первый раз, когда моя мать вслух признала измены отца.

И я ни разу не вспомнил, чтобы она меня ударила или наказала. Она даже почти не ругала меня тогда.

— Ты всё мне позволяла, — пробормотал я, вспоминая.

— Я старалась дать тебе все, чего ты хотел, — пробормотала мама в ответ. — То, чего у меня не было в детстве. Я не росла в богатстве, сынок. Я тяжело боролась, чтобы стать той, кем являюсь сейчас, и продолжаю бороться по сей день. Но на этом пути я была настолько сосредоточена на работе, чтобы вывести компанию на нынешний уровень, чтозабыла о своем материнском долге, — ее голос стал нежным и виноватым. — А когда я вспомнила об этом и попыталась стать тебе матерью, то поняла, что опоздала и потеряла твою любовь.