Чтение онлайн

– Надеюсь, отвез и сразу уехал? – строго интересуется Олег, внезапно превратившийся в ярого поборника морали.

– Как бы не так. Я на руках дотащил ее до двери, напросился в гости, сожрал у нее половину запасов, и еле заставил себя уйти. Футболка, кстати, ее, вернее Мета, – морщусь, вспомнив об этом, – она мне ее одолжила по доброте душевной. А еще я украл у нее трусы.

Эти два придурка таращатся на меня квадратными глазами.

– Андрюш, ты головой не бился?

– Или может, переработал и словил тепловой удар?

Я вскакиваю на ноги и начинаю мерить шагами из стороны в сторону. Меня распирает просто.

– А если мы просто… хоть немного…

– Нет, Андрюх! Нет! Тормози! Женщина друга – табу, женщина брата – это табу, помноженное на два. Ты же знаешь.

– Знаю, – во рту горько, – да я бы и никогда… просто…Черт.

Запрокинув голову кверху, таращусь в потолок, будто там может быть подсказка, что делать в такой ситуации.

– Уволь ее на фиг, – предлагает Олег, – с глаз долой, из сердца вон.

– Не могу. Я ведь обещал брату, что она будет работать у нас. Он умолял меня принять ее.

– Но он же не знал, что ты на нее западешь! – резонно возражает Диман.

– И не узнает, – строго смотрю то на одного, то на другого, – надеюсь, вы не проболтаетесь!

– Обижаешь. Но мы то смолчим, а ты сам как эту ситуацию разруливать будешь?

– Что-нибудь придумаю.

– Например?

– Например, – осматриваюсь по сторонам, – например…например замучу вон с той цыпой.

Указываю на длинноногую рыжулю, которая никак не может нормально взять шар. Ей мешают длинные ярко-алые ногти. Запросто могу представить ее холеную лапку на своем члене. И даже адски хочу этого в надежде, что оно поможет отвлечься от гадкой и такой недосягаемой Верки.

Девица оказывается на редкость открытой для общения. Она и так семафорит во все стороны, что готова к любым подвигам, а стоит только подойти, так в ход идут и выпяченные губы, и надрывный перегиб в пояснице, и шары навыкат. И это я не про боулинг, если что.

– Андрей, – представляюсь, одаривая своей самой обольстительной улыбкой.

– Анжела.

Ах ты ж, ёп твою мать, Анжела.

Вспышка собственного скепсиса меня удивила и напрягла. Я так-то рубаха парень и в любой компании чувствую себя на коне, а здесь что-то кольнуло.

– А это моя подруга, Маняша.

М-да, Анжела и Маняша. Прелесть.

Маняша классический вариант той подруги, которая откровенно не очень, и основное назначение которой – оттенять красоту истинной звезды. Ростом с приличного такого мужика, весом не обделена. Низкий хвост из не очень чистых волос и хмурая складка меж бровей. Правильно, а чего радоваться то? К Анжеле наверняка постоянно кто-то шары подкатывает, а Маняше остается только смотреть и подбирать то, что останется.

– Может, присоединитесь к нам? А то мы заскучали, – приглашаю их на нашу поляну.

Анжела тотчас соглашается, а Маняша хмурится еще больше, смотрит на меня так, мол чего пристал, но тоже идет.

А что поделать? Подруги они такие.

Парни встречают скованно. Олег сразу обозначает, что безнадежно несвободен, а Диман как-то с опаской косится на севшую рядом с ним Маняшу. Когда под ней жалобно крякает дивачик, у него обреченно дергается щека.

Впрочем, надолго наши посиделки не растягиваются. Олег сваливает встречать Ольгу с какого-то концерта, Диман совсем грустный забился в уголок и боится пошевелиться. Нимфа рядом с ним по-хозяйски закинула руку на спинку дивана и явно готова к тому, чтобы приголубить бедолагу изо всей дурацкой мочи. А Анжела что-то нашептывает мне на ухо. Причем так пыхтит, думая, что это капец как сексуально, что я ни черта не понимаю. Меня это раздражает. И волосы ее рыжие раздражают, потому что, когда она склоняется ближе, они электризуются и лезут мне в нос. И запах у нее не такой, как я люблю. И вообще не то. Я уже хочу поскорее ее трахнуть и забыть, как страшный сон.

– Может, оставим их? – Анжела кокетливым взглядом указывает на парочку напротив, – прогуляемся.

Диман активно дергает бровями, предупреждая, чтобы я не смел так поступать, а тем временем Маняша подвигается к нему еще немного ближе.

– С удовольствием, – хмыкаю и под убийственным взглядом друга вскакиваю на ноги.

Он тайком показывает мне кулак и беззвучно, одними губами проговаривает «тебе пиздец». Я давлюсь от смеха и подмигиваю ему, мол прости братан, но дальше каждый сам за себя.

Пропускаю Анжелу вперед, а сам иду следом, рассматривая ее булки, обтянутые глянцевой черной кожаной юбкой. Ну вроде ничего так. Сойдет.

Уж точно лучше, чем домашний Верочкин прикид. И вообще рыжуля эффектная, интересная, и не станет бросаться на людей с крапивой. Лучше Верки, гораздо! Я прям счастлив, что мне удалось урвать это огненное сокровище, просто обделаться от восторга можно.

А Верка пусть к брату моему валит. Кормит его борщами и шарлотками, смеется над тупыми шутками и соблазняет задницей из холодильника.

Мне плевать! Да-да!

И пофиг, что где-то за грудиной тяжело бухает сердце.

Стоит нам только выйти на крыльцо и оказаться в тени, как ее губы накрывают мои. Они сладкие, с привкусом каких-то химических ягод, и липкие. Я ненавижу целовать накрашенные губы, даже если это просто блеск. Чувство, будто мордой по масленке елозишь.

– К тебе или ко мне? – шепчет она, томно прижимаясь всем телом.

Наглая ручонка ныряет в карман джинсов и пытается что-то там нащупать, а член вместе с бубенцами скатывается в другую штанину, будто пытается сбежать. Прячется бедолага.

– У меня на парковке машина, – нервно сглатываю.

– Да ты экстремал.

Экстремал у нас Олег, который умудрился скатится с горы так, что в конце палка из одного места торчала. А я просто дурак.

Отстраняюсь от нее, сразу чувствуя, что дышать стало легче, и указываю в неопределенном направлении:

– Вон там.

– Идем, – Анжела хихикает, кокетливо ведет пальцем по моей груди и, взяв меня за руку, тащит вперед.

Ну здорово же, ё-моё! Что я как говно замороженное? Вечер прекрасный, девка доступная, готовая ко всему. Что мне еще, блин, надо для полного счастья?

На парковке, как назло, кроме моей нет ни одной тачки, и рыжая тянет меня напрямую к ней. Я на автомате пикаю сигналкой. Пока я слушаю эхо в голове, Анжела распахивает заднюю дверцу, воровато оглядывается по сторонам и, убедившись, что кроме нас никого тут нет, шаловливо лезет под юбку. Покачивая бедрами из стороны в сторону, стягивает трусы. Какое-то невообразимое нагромождение тонких шнурков. Не знаю, что именно они там у нее прикрывали, но наверняка натерли знатно.

– Я так тебя хочу, – шепчет мне в губы.