Чтение онлайн

– Ладно, хватит, ты лучше расскажи, что там вообще произошло? Я про квартиру у тех девушек. Почему я оказался в больнице, а ты радостный ходишь?

– Да, нечего особенного, если ты помнишь, то мы пришли к ним, пили, курили, и последние пару часов, пару без умолку болтали, затем я ушёл на кухню за добавкой алкоголя, вернувшись, обнаружил, тебя развалившегося подобного позе султана, девушки целовались, смеялись, ласкали друг друга, затем я открыл бутылку вина, разлил, и отпив вина, ты почему-то, почти сразу вырубился. А я ведь, человек простой, могу и с горла попить, в общем, толи много залил в глотку, толи не в то горло, в общем, я не плохо проблювался, и да кстати, в своей блювотине, я раздобыл, утреннюю пищу.

– Боже мой, Призрак был прав - сказал я, закрыв лицо руками.

– Кто? Что?
– переспросил Саня, и добавил.

– Так, вот, девушки начали пищать как сумасшедшие, ведь их шавка, жрала мою блювотину. Нас выперли так, будто мы с клуба вышли. Я нёс тебя полпути до дому, затем понять не мог, почему так тепло в ботинке. Плюнув на эту мелочь, я вызвал нам такси. Придя домой, я бросил тебя на диван, пытался говорить с тобой, но ты стал бледнеть с каждой минутой все сильнее и сильнее. Я распереживался, и вызвал скорую. Спустя час, я разделся, наконец, и обнаружил в своем ботинке здоровую такую собачью говёху. Гребанная псина, блять.

Как ни странно, скорая приехала очень быстро, я бы даже сказал быстрее, чем такси. Зайдя в квартиру, врач сразу спросила, почему воняет гавном, я не стал объяснять, просто сказал, что ты обосрался. Пожав плечами, баба врач, подошла к тебе, и визуально, осмотрев тебя, заявила, что ты умираешь, и срочно в больницу надо тебя вести. Вот, как-то так.

– Понедельник, говоришь обычный день недели? согласен, это мой самый ужасный понедельник в жизни - добавил Саня, и протянул мне стакан воды.

– Ладно, хватит здесь батониться, нужно начинать писать роман, договорив - я попробовал встать с койки, и с кривым лицом вскрикнул от боли, и быстро уволился обратно.

– Тебе нельзя вставать, врачи назначили тебе постельный режим. Пару тройку дней и тебя выпишут.

– Нет, уж, мне надо писать - сказал я, пытаясь вновь встать.

– Ай, блять, задница болит сука, это просто ужасно, Сань могу я тебя кое, о чем попросить?

– Да, конечно, о чем угодно.

– Привези мою машинку, пока буду приходить в себя, есть время накидывать мысли на бумагу.

– Хорошо, завтра привезу, а сейчас ляг поспи, а я пока съезжу на парковку, хочу забрать машину. Поправляйся, приятель, в пакете фрукты и прочая жрачка, я пронёс пока, медсестра спала за стойкой. И вот, еще что пронес, достав из за пазухи бутылку виски, и спрятал между кроватью и тумбой.

– Спасибо дружище. Хлопнув дверью, Саня оставил после себя лёгкий сквозняк и не допитый кофе.

В этой жизни, нужно, что-то менять, поэтому начну с себя, сказал я, и кряхтя, перевернулся на другой бок и уснул.

– Призрак, где ты?

Глава 18

Вместо, обещанных пару тройку дней, меня продержали в больнице, целых две недели. Саня договорился, чтобы я лежал в отдельной палате. Потратив на это, последнее свои сбережения. Через пару дней, Саня привёз машинку, и с его приходом, меня перевели в отдельную палату. Время от времени я старался писать. Окна моей палаты выхолили на морг, туда каждый день привозили свежие изувеченные тела. Кого-то везли зашивать, а кого-то кремировать. А через пару дней, их вывозили родственники, одевая мертвых в похоронную одежду, а тех кого кремировали, уносили в бутылках, банках, вазах. Такая некая, домашняя реликвия. Мне нравилось наблюдать за всем происходящим, за мои окном. Поставив стол поближе к окну, и поставив на него машинку, я искал вдохновение смотря на то, что сделала смерть с этими бедолагами. Благодаря виски, я поправлялся быстрее. Задница уже не болела, я мог ходить по палате, совершенно не заморачиваясь и не корчась от боли.

Иногда подходил к машинке, и просто стучал по клавишам. Я кайфовал от механических звучаний. Да, у неё был чертовский характер. Иногда, машинка словно помогала мне писать, не отрывая от себя, она словно держала меня, умоляя, чтобы я еще раз вставил в нее чистый лист. А иногда у неё были, эти женские дни. Дни, в которые лучше её не трогать. Я чувствовал, её напряжение кончиками пальцев. Для себя я уяснил одно, если текст набирался легко, то вот он зеленый свет, и можно вставлять лист за листом, а если жёстко, то увы не сегодня. Это походило на бред, либо я сильно много принял антибиотиков, либо давно не с кем не разговаривал, либо хотел любви.

Время неумолимо тянулось, оно давило на меня всеми своими силами, подключая мою ужасную совесть, мою неуверенность, и лень. Все три этих всадника так и сидели на моих плечах, не давая мне покоя. Зазвонил телефон, на дисплее высветился не определенный номер. Не придав этому значения, я сбросил вызов, и ходя по палате взад и вперед, размышлял о написании романа. Телефон звонил так раз пять, затем экран потух, и через минут десять пришло сообщение.

"Уважаемый Илья, в наш контракт были внесены некоторые поправки, ваш агент, уже ознакомился с ними и все подписал, ждём ваш роман через месяц".

– Что? Какого маракуя? Зазвонил телефон, звонок перекрыл сообщение, это был Саня.

– Алло, я внематочно, тебя слушаю Александр - сказал я, умиротворённым тоном.

– Илюх, ты сейчас стоишь или сидишь?

– Да, говори блять уже,- сказал я, не выдержав этой интриги.

– Тут такое дело, редакция хочет выпустить книгу немного пораньше, при этом, они компенсируют все твои затраты, и если книга им понравиться настолько сильно, как твой первый роман, то они готовы будут снять по книге, фильм.

Нечего не ответив, я молчал в трубку. Мысли сбились в огромный комок, который катился вниз, куда-то в бескрайнюю пропасть. Я был рад и расстроен одновременно. Я еще так никогда не мог понять своих эмоций, как в тот момент. Договорив, Саня сказал, что завтра к утру, заберёт меня с больницы. Выслушав его, я скинул вызов и сел за машинку.

– Ну, давай родная, помогай.

Глава 19

На утро, как и договаривались, Саня забрал меня. Выйдя на улицу, и глубоко вдохнув свежий воздух, я бросил взор на машину, которую нам дала редакция. Открыв переднюю дверь, подобно швейцару, Саня размахивая рукой, молча призывая меня, залезть внутрь.

Машина была не в лучшем состоянии, где-то виднелась ржавчина, вздутая краска, мелкие царапины вдоль всего кузова, все это разбавляло ублюдско-серым цветом автомобиля. В старых машинах, есть характер, закалённый временем, поэтому, не взирая, на коррозию и внешний вид, я принял его таким, какой он есть.

– Илюх, знакомься, это наш боевой друг по имени Лавр.

– Ты спятил, что ли? Я, конечно, все понимаю, у машины есть душа и прочая хрень, но давать ей имя, это уже не в какие рамки. Имя мой друг, дали машине ещё на заводе, называя это Маркой автомобиля.