Чтение онлайн

— Носорожьи рога! Надо же, господи боже! Что они еще придумают?

— Потому-то браконьеры носорогов и отстреливают, — сказала Дези.

— Да ну?

— Они на грани исчезновения. Господи, Палмер, ты где витаешь?

— Зарабатываю на жизнь. Чтобы ты могла сидеть дома, красить ноготки, смотреть канал «Дискавери» и узнавать о вымирающих видах.

— Почитай хотя бы «Нью-Йорк Таймс».

— Ах, пардон! — саркастически фыркнул Стоут. — Читал я нынче газетку, дружок!

Привычка пересыпать обыденную речь обрывками из старых роковых песен Дези претила, но Палмеру казалась остроумной. Дези, может, и примирилась бы, если б он вечно не перевирал слова. Она была гораздо моложе Стоута, но знакома с творчеством Дилана, «Битлз», «Стоунз» и других. В колледже Дези два лета работала дродавщицей в «Сэм Гуди». [4] Желая сменить тему, она спросила:

— Что нужно Дику Артемусу?

— Новый мост. — Стоут куснул рогалик. — Ерунда.

— Мост — куда?

— К какому-то захолустному острову в заливе. Передай-ка масло.

— Зачем губернатору мост в захолустье?

Стоут хмыкнул, роняя крошки.

— А зачем губернатору вообще все, дорогая? Я просто откликаюсь на зов и творю чудо.

— «Повседневная жизнь». [5]

— В самую точку.

Однажды Твилли Спри получил условный срок и приказ посещать курсы «Управление эмоциями». Класс состоял из мужчин и женщин, арестованных за вспышки ярости, — в основном в семейных скандалах. Там были мужья, избившие жен, жены, избившие мужей, и даже одна бабуля, поколотившая шестидесятидвухлетнего сына за богохульство на ужине в День благодарения. Другие одноклассники Твилли подрались в барах, устроили стычки в азартных играх и потасовки на трибунах во время матча «Дельфинов Майами». Трое стреляли в незнакомых людей в дорожных конфликтах, из них двое были ранены ответным огнем. И еще там был Твилли.

Преподаватель на курсах самоконтроля представился опытным психиатром. Звали его доктор Бостон. В первый день он предложил классу написать короткое сочинение на тему «Вот уж что меня действительно бесит». Пока слушатели писали, доктор Бостон листал присланные из суда желтые папки с делами. Прочитав дело Твилли Спри, доктор отложил его папку в сторону.

— Мистер Спри, — сказал он ровным голосом. — Мы будем по очереди рассказывать друг другу свои истории. Вы не против выступить первым?

Твилли поднялся из-за стола.

— Я еще не выполнил задание.

— Закончите потом.

— Понимаете, сэр, я только сосредоточился. Вы меня прервали на середине предложения.

Доктор Бостон помолчал и непроизвольно стрельнул взглядом на папку Твилли.

— Хорошо, найдем компромисс. Закончите предложение, а потом выступите перед классом.

Твилли сел и дописал абзац: «...по щиколотку в крови дураков!» Немного подумал и переделал: «по щиколотку в испаряющейся крови дураков!»

Засунул карандаш за ухо и встал.

— Закончили? — спросил доктор Бостон. — Хорошо. Пожалуйста, расскажите нам о своей жизни.

— Это довольно долго — всю жизнь рассказать.

— Начните с того, как вы здесь оказались.

— Я взорвал дядин банк. — Одноклассники подняли головы и повернулись к Твилли. — Филиал, — добавил он. — Не центральное отделение.

— Почему вы это сделали? — спросил доктор Бостон.

— Я кое-что узнал.

— О вашем дяде?

— О ссуде, которую он выдал. Очень большую ссуду весьма поганым людям.

— Вы пытались поговорить об этом с дядей?

— О ссуде? Несколько раз. Он не особо меня слушал.

— И это вас разозлило?

— Нет, обескуражило. — Твилли прищурился и сцепил пальцы на затылке. — Огорчило, расстроило, обидело, пристыдило...

— Но еще и разозлило? Ведь человек должен быть очень зол, чтобы взорвать здание банка.

— Нет. Человеку нужно решиться. Я решился.

Доктор Бостон поймал на себе удивленные взгляды слушателей, ждавших его реакции.

— По-моему, вы уходите от ответа, — сказал он. — Что думают остальные?

— Я ни от чего не ухожу, — встрял Твилли. — Купил динамит. Приладил запал. Взял на себя ответственность.

— Угрохал кого-нибудь? — спросил сосед по парте.

— Разумеется, нет! — рявкнул Твилли. — Все происходило в воскресенье, когда банк закрыт. Если б я реально взбеленился, устроил бы это в понедельник утром и удостоверился, что дядя в здании.

Некоторые условники согласно закивали.

— Мистер Спри, — сказал доктор Бостон. — Человек может терять рассудок без припадков и буйств. Злость — одна из тех сложных эмоций, которые легко выплескиваются, либо глубоко прячутся, так глубоко, что мы их зачастую не распознаём. Я хочу сказать, что где-то на подсознательном уровне вы были невероятно злы на дядю — и, возможно, по причинам, не имеющим никакого отношения к его банковской деятельности.

— По-вашему, одного этого мало? — нахмурился Твилли.

— Я имею в виду...

— Он дал ссуду в четырнадцать миллионов долларов горнорудной компании, которая теперь дырявит землю на Амазонке. Что еще требовалось?

— Похоже, у вас сложные отношения с дядей, — сказал доктор Бостон.

— Я его почти не знаю. Он живет в Чикаго. Там же и банк.

— А в детстве?

— Раз он сводил меня на футбольный матч.

— Ага! В тот день что-нибудь произошло?

— Угу. Одна команда победила другую, и мы пошли домой.

Класс посмеивался, и настала очередь доктора Бостона управлять сложной эмоцией.

— Послушайте, все просто, — сказал Твилли. — Я взорвал здание, чтобы в дяде пробудилась совесть, понимаете? Чтобы он задумался о своей жадности и неправильной жизни. Я все это изложил в письме.

— Да, письмо в вашем деле. Но вы его не подписали.

Твилли развел руками.

— Я что, похож на идиота? Закон не разрешает взрывать финансовые учреждения.

— И любые другие.

— Так мне сказали, — пробормотал Твилли.

— Но все же на подсознательном уровне...

— У меня нет подсознания, доктор. Я это и пытаюсь вам втолковать. Все, что происходит в моем мозгу, лежит на поверхности. Как на плите: я все вижу, могу попробовать, подрегулировать огонь. — Твилли сел и помассировал виски.

— Если у вас нет подсознания, мистер Спри, — сказал доктор Бостон, — вы — биологический уникум. Сны видите?

— Никогда.

— Вы серьезно?

— Серьезно.

— Совсем никогда?

— Ни разу в жизни.

— Не заливай, мужик! — махнул рукой другой условник. — Чё, и кошмары не снятся?

— Не-а, — ответил Твилли. — Я не вижу снов. Может, если б видел, здесь бы не оказался.

Он послюнявил карандаш и вернулся к сочинению, которое после занятия сдал доктору Бостону. Психиатр не сказал, ознакомился ли с этим творением, но на другое утро, как и все последующие четыре недели, стенку на задах класса подпирал вооруженный охранник. Доктор Бостон больше не вызывал Твилли Спри на разговор. По окончании срока Твилли получил нотариально заверенную справку о благополучном прохождении курса самоконтроля, и его передали куратору условно осужденных, который похвалил подопечного за успехи.