Чтение онлайн

В следующем сне Твилли Спри находился в Эверглейдсе, а с неба дождем падали ястребы. Он опять бежал, бежал вдоль берега в Кейп-Сейбл, и всюду падали подстреленные в небе птицы. Рядом бежала босая Дези. Они подхватывали окровавленных ястребов с белого, как сахар, песка в надежде, что какая-то птица еще жива и ее можно спасти. Во сне был и Макгуин – он увертывался от нападок тощей трехногой рыси. Их игра показалась бы забавной, если б на пляж красными пушистыми бомбами не падали птицы. На горизонте Твилли увидел точку, постепенно превратившуюся в человеческую фигуру на гребне дюны. Человек держал длинное ружье, нацеленное в небо. Твилли сломя голову бросился к нему и заорал: «Не стреляй!» Человек опустил ружье и обернулся посмотреть, кто кричит. Не двигаясь, он вновь поднял ружье, но на сей раз целился в Твилли. Пригнувшись, Твилли что было мочи кинулся к стрелку. Он удивился, услышав, что сзади на дюну карабкается Дези, даже обгоняет его. Из ствола полыхнуло огнем в тот момент, когда она коснулась плеча Твилли.

Но это была рука не Дези, а матери. Эми Спри тихонько потрясла сына за плечо.

– Господи, Твилли, ты видишь сны? А это когда началось?

Твилли сел, весь в холодном поту.

– С неделю назад.

– И что тебе снится?

– Беготня по пляжу.

– Через столько лет! Ах, как хорошо!

– И мертвые птицы.

– О господи! Попить хочешь?

– Нет, спасибо, мам.

– Твой приятель отдыхает на террасе, – сказала Эми Спри.

– Сейчас иду.

– У него на голове наволочка.

– Да, мам.

– Она говорит, это ее муж.

– Так и есть.

– Ох, Твилли, что ты еще выдумаешь?

Пятидесятипятилетняя Эми Спри была потрясающе красива: безукоризненно белая кожа, робкий взгляд зеленых глаз, изысканные серебристые пряди в волосах. Смешно, что после развода мать выбрала Флаглер-Бич, забыв прежнее отвращение к тропическому солнцу и верность свинскому бабнику, жившему торговлей участками побережья. Но здесь Эми Спри успокаивали восходы солнца над Атлантикой (настолько краткие, что на лице не успевали появиться морщины) и не терзали горькие воспоминания о Маленьком Филе (которого она отринула как «ненадежного путаника»). К тому же, по ее словам, океанский берег – прекрасное место для занятий танцами, кларнетом и йогой, требовавшими уединения.

Твилли нарушал это уединение раз в году, в день ее рождения.

– Вечно мучаюсь, что тебе подарить, – сказал он.

– И не забивай голову, – всполошилась мать. – Лучший подарок – твой приезд.

Они сидели в кухне. Эми Спри в кувшине готовила несладкий чай со льдом для Твилли, его новой подружки и ее мужа, привязанного к белой плетеной качалке – некогда любимого места отца Твилли.

– Может, собаку? – спросил Твилли. – Хочешь собаку?

– Вот эту? – Эми Спри посмотрела на Макгуина, который с голодными глазами сидел перед дверцей холодильника. – Мне хватает бонсаи. Но все равно спасибо.

Эми надела соломенную шляпу, широкую, как крышка мусорного бака, и отнесла стакан чая Дези, сидевшей на террасе с видом на океан. Твилли притащил качалку с Палмером Стоутом и поставил рядом с Дези, а сам сел на кедровую скамейку подле матери.

– Я не люблю совать нос в чужие дела… – начала Эми Спри.

– Все нормально, – ответила Дези. – Лучше чтоб вы знали. – Она взглянула на Твилли, как бы спрашивая, с чего начать. Тот пожал плечами:

– Понимаешь, мама, муж миссис Стоут – прирожденный пачкун. Неисправимый хам и грязнуля. Мне не удается научить его хорошим манерам.

– В Заливе есть остров, – вмешалась Дези. – Клиенты моего мужа собираются сравнять там все бульдозерами и устроить гольф-курорт. Такой чудный островок.

Эми Спри кивнула.

– У меня муж был такой же, – поморщилась она. – Молодая была, со всем соглашалась.

Палмер Стоут беспокойно замычал. Наволочка над его ртом надувалась и опадала. Дези поставила ногу на качалку и легонько покачала.

– Что такое? – спросила она. – Хочешь пить?

– У него репа болит, – сказал Твилли. – Я ему крепко вмазал.

– Он мусор из машины выбрасывал, – объяснила Дези.

– Ой, Твилли всегда был несдержанным, с самого детства, – вздохнула Эми Спри.

– Он и сейчас как мальчишка, – ласково сказала Дези.

Эми Спри улыбнулась.

– Ну, хватит об этом, – прервал Твилли. Он сдернул наволочку с головы Палмера Стоута и отлепил со рта клейкую ленту. – Поздоровайтесь с моей мамой.

– Здрасьте, – промямлил Стоут, щурясь от света.

– Как вы себя чувствуете? – спросила Эми Спри.

– Паршиво. – У Стоута горели щеки, запеклись губы, а на левом виске обозначилась дуля размером со сливу.

– Мистер Стоут, расскажите маме про мост, – приказал Твилли.

Палмер Стоут медленно сморгнул, словно большая лягушка, выходящая из спячки. Дези продолжала его покачивать.

– Расскажите, как вы мне солгали, – сказал Твилли. – Как говорили, что губернатор прикроет строительство и остров будет спасен. Мама, мистер Стоут – ближайший друг губернатора Ричарда Артемуса.

– В самом деле? – спросила Эми Спри.

Стоут хмуро взглянул на Твилли:

– Вы не понимаете, о чем говорите.

– Вы сказали, с мостом покончено! – Твилли возмущенно взмахнул руками. – И что же? Кого я сегодня встречаю на Жабьем острове? Бригаду геодезистов. Представляешь, мам? Приятный сюрприз – они делают замеры для нового моста.

– Охо-хо, – вздохнула Эми Спри.

– А без моста клиенты мистера Стоута не построят свой чудо-курорт, потому что не доставят на остров грузовики с цементом.

– Да, сынок, я понимаю.

На террасе появился Макгуин. Он обнюхал связанные руки хозяина и неспешно ткнулся носом ему в промежность.

– Фу, Магарыч! – Стоут задергался в качалке. – Прекрати, черт тебя побери!

Эми Спри отвернулась, подавляя смешок. На пляже появилась небольшая компания любителей серфинга – все без рубашек, с досками под мышкой. Они мрачно смотрели на безмятежный океан. Хороший получился бы снимок, подумала Эми Спри – фотография была ее последним увлечением. Макгуин сбежал по ступенькам и потрусил знакомиться.

– Так что же? – Твилли звучно хлопнул ладонями по коленям. – Надо решить главный вопрос, Дези. Что мне делать с этим лживым придурком-пачкуном, который доводится тебе мужем?

Дези взглянула на мать Твилли, та смотрела на Палмера Стоута.

Стоут прокашлялся и сказал:

– Дайте мне еще один шанс.

– Вы ко мне обращаетесь или к жене? – спросил Твилли.

– К обоим.

– Палмер, кажется, я не хочу возвращаться домой, – сказала Дези.

– Начинается! – запыхтел Стоут. – А чего ты хочешь?