Хвостатое (не)счастье для парня с Венеры
Шрифт:
Марус
Корабль ГСП, галактической службы правопорядка, вынырнул из гипер-прыжка прямо перед нами, датчики предупреждающе мигнули красным, поймав волну отдачи от их гашения.
К чести ГСП, они извинились, а потом два часа вели переговоры удалённо. Шаттл с командой обыска уже отделился от их корабля, пристыковался к нашему, то и дело начали возникать окна с запросом допуска к разным помещениям, куда представители ГСП решили заглянуть с обыском и осмотром, а мы с кэпом всё продолжали изображать вежливых роботов и поддерживали разговор с соседним кораблём.
Я думал о том, не отвлекают ли нас таким образом, чтобы мы не могли дать команду членам экипажа припрятать что-нибудь важное, но отмёл эту мысль. У нас было достаточно времени, чтобы избавиться от улик, если бы они были.
В очередной раз я не глядя дал доступ в помещение, выслушал сетования чужого капитана о том, сколько пиратов развелось. И совершенно не понял, почему вдруг опасно ёкнуло внутри. Попытался разобраться, что не даёт мне покоя, нахмурился, невежливо развернулся боком к вирт-экрану и вывел себе на панель историю последних запросов.
– Кэп, разве по протоколу жилые помещения осматривают не в присутствии жильца? – обернулся я к своему капитану.
– Верно, в ГСП с этим строго, мы действуем по правилам, – вместо него ответил представитель безопасников.
– Тогда почему в моей каюте проходит обыск без моего участия?
– Быть может, там есть кто-то ещё из жильцов? Тогда нарушений нет, – пожал плечами безопасник.
Мог бы шипеть, как Ли-Синия, зашипел бы. Вместо этого я официально попросил у кэпа разрешения покинуть рубку, медленно, чеканя шаг, вышел в коридор. И только там побежал, поминая на ходу космический шлак и чёрные дыры.
Дверь каюты открылась беззвучно, и я чуть не врезался в спину представителя ГСП. Из-за его плеча я видел, как сжалась на кровати Ли-Синия. Её уши поникли, хвост безвольным шнурком свисал из-под одеяла. Ти-Лания тоже прижала ушки к голове, и протягивала шар для голо-связи мужчине в форме.
– Что здесь происходит?! – рявкнул я так, что спина передо мной дёрнулась.
– Это ваша каюта? – невозмутимо бросила на меня короткий взгляд женщина, продолжая проверять содержимое ящиков.
– Да, это моя каюта. И я хочу знать, почему вы здесь действуете без моего присутствия? – наконец-то меня пропустили внутрь.
– Значит, вы знали, что эта женщина связывалась с пиратским кораблём и находится в розыске? – поинтересовался мужчина, который снова заслонил вход.
Ли-Синия
Марус появился в тот момент, когда громила со сканером пытался выяснить, где Ти-Лания взяла передатчик. Знала бы я, что это за шар, давно бы бросила в утилизатор!
На короткий миг мне показалось, что Маруса не пустят к нам. Но он приложил ладонь к панели на стене, датчик мигнул зелёным, подтверждая, что это его каюта, и громила у входа посторонился.
Марус тут же взял Ти-Ланию на руки, шепнул что-то на ухо, отчего дочка заулыбалась, и усадил малышку ко мне на кровать. Сам присел на краешек, сжал мою ладонь, и посмотрел на незваных гостей так, что даже мне захотелось поёжиться.
Фразу о том, что мы с малышкой в розыске и якобы как-то связаны с пиратами, Марус будто не услышал. Зато огорошил всех новостью:
– Вы нарушили покой венерианки и её дочери. Эта женщина как моя супруга попадает под юрисдикцию Положения 37Д-К1. Моя раса и родная планета указаны в документах, которые вам высылались два дня назад, среди документов прочих членов экипажа. Подтверждение моей активации можете запросить у корабельного врача, – сухо произнёс Марус.
Лица присутствующих нужно было видеть! Женщина словно закаменела, громила у входа поморщился и посмотрел на Маруса с сочувствием, а тот, который со сканером, равнодушно пожал плечами.
– Запросим, не сомневайтесь, – прошипела женщина и недовольно поджала губы.
– К сожалению, передатчик нам всё же придётся изъять, – тот, который с датчиком, шагнул к нам и забрал у Ти-Лании шар.
Малышка отдала, к моей радости, не стала прятать за спину и устраивать скандал, только вид стал такой, словно вот-вот заплачет.
Марус посмотрел на неё, погладил по голове и встал.
– Вы не имеете права без особого предписания забирать личное имущество женщин любого возраста с венерианским гражданством, – он протянул руку, словно ждал, что громила вернёт игрушку.
Да сдался этот шар, от него столько проблем!
– Но это улика! – раздражением в голосе женщины можно было паять обшивку кораблей.
– Уликой это станет, когда подтвердится, что связь с пиратами шла именно по этому устройству. А для этого достаточно чипа. Или в Академии космического порядка этому уже не учат? – ровно поинтересовался Марус.
Он забрал злосчастный шар, что-то нажал, покрутил, и от прибора отскочила деталь. Эту запчасть он отдал громиле, а «игрушку» вернул Ти-Лании.
– Теперь передатчик бесполезен, это действительно просто игрушка, – пояснил он, поймав мой взгляд.
– Приносим свои извинения за доставленные неудобства, госпожа, – пробасил громила со сканером и… поклонился. Эту фразу и поклон повторили остальные, после чего просто ушли.
В каюте повисла тишина. Я переваривала всё, что случилось за последние десять минут, Ти-Лания с упоением крутила шар, пуская синие блики по стенам, а Марус всё больше хмурился.
– Прости, – сказал он наконец.
– За что? – Я только сообразила, что всё это время сидела, вцепившись в одеяло, и заставила себя разжать руки.
– За то, что я здесь наговорил. Ты можешь публично всё опровергнуть, статус моей супруги – сомнительная честь, имущества у меня не так много, профессия совершенно неподходящая для мужа, к тому же, я веду себя непозволительно и сказал так без твоего позволения…
Марус опустил голову, сгорбился, словно его прижал к земле космолёт.
Фыркнув, я села, обхватила его голову руками и поцеловала. Всё! Мой! Сам напросился!
– Да, – ответила ему на когда-то заданный вопрос, пока Марус переводил дыхание. – Мы с Ти-Ланией согласны принять тебя в семью. Ти-Лания, хочешь, дядя Марус будет теперь с нами? – повернулась я к дочке.
– Да! – от радости та даже подпрыгнула на кровати.
Марус вдруг подхватил меня на руки и закружил по комнате. От неожиданности я вцепилась в него руками и хвостом и даже немножко повизжала.