Хякудзё: Эверест Дзэн
Шрифт:
– За сколько ты отвезешь меня к тому месту, где Иисус ходил по водам?
– За десять долларов, сэр, - ответил ему лодочник.
– Тогда понятно, почему Иисус решил пройтись по воде пешком! Десять долларов - немыслимо! Сегодня я не собираюсь ходить по воде.
Будда же не делал ничего такого, чего бы не могли сделать вы. Он такое же человеческое существо, как каждый из вас. Он не говорит, что чем-то выделяется среди других. В этом его величие.
В нашем случае Хякудзё спросил свою мать, указав на статую Будды:
– Кто это?
Мать ответила:
– Это - будда. Хякудзё тогда сказал:
– Он совсем как человек...
Хякудзё никогда не пытался выглядеть как-то иначе. Он просто хотел быть человеком, чтобы поощрить тем самым каждого: тебе не нужно ходить по водам, тебе не нужно превращать воду в виски...
Вы можете стать буддой без всякого труда, ибо это ваша внутренняя природа. Это не требует чуда. Религия - не магия. Это очень простая и скромная попытка отыскать в себе самую глубокую точку - там, где ты соединен со Вселенной. Эта точка соединения и есть будда.
И хотя Хякудзё был тогда всего лишь маленьким ребенком, он сказал: "Он совсем как человек. Я тоже хочу когда-нибудь стать буддой... Этот человек стал буддой... Я тоже человек. Сейчас я еще слишком маленький, но когда-нибудь я вырасту и стану буддой".
Хякудзё стал монахом, когда ему исполнилось двадцать два года. Он вступил в монастырь, что в Юэ Чоу, и его первым учителем был Дао-ци. Дао-ци дал ему первое духовное имя, Хуэй Хай, что означает "Океан Мудрости".
Хякудзё уже давно не был монахом, когда услышал о великом мастере Ма-цзы и отправился к нему в Цзян-си.
Маниша спрашивает: любимый Учитель,
Когда Хякудзё впервые прибыл в Цзян-си, чтобы засвидетельствовать свое почтение Ма-цзы, тот спросил его: "Откуда ты пришел?"
Это дзэнский вопрос. Подобные вопросы имеют иное значение, чем то, какое им придает непосвященный. Спрашивая "Откуда ты пришел?", он хочет узнать: из какой вечности ты явился сюда? Осознаешь ли ты свою вечную сущность - то, что ты явился сюда из полной пустоты?
Но Хякудзё не понял сути вопроса. Он решил, что Ма-цзы задает ему обычный вопрос.
– Из монастыря Большая Туча, что в Юэ Чоу, - ответил Хякудзё.
– И чего ты хочешь достичь, явившись сюда?
– вновь спросил Ма-цзы.
– Я пришел сюда в поисках дхармы будды, - ответил Хякудзё.
На это Ма-цзы сказал:
– Вместо того чтобы заглянуть в сокровищницу, которая принадлежит тебе, ты оставил дом и отправился в дальний путь. Зачем? У меня здесь нет совершенно ничего. И что это за дхарма будды, которую ты ищешь?
Тут Хякудзё пал перед ним ниц со словами:
– Прошу тебя, скажи, что ты имел в виду, говоря о сокровищнице, которая принадлежит мне?
Сейчас он задал правильный вопрос.
Ма-цзы ответил:
– То, что задает вопрос, и есть твоя сокровищница.
Твое сознание, твоя сущность - кто задал вопрос?
Не ищи ответ, ищи, откуда исходит вопрос, тогда ты заглянешь внутрь себя. Вопрос исходит из самой глубины тебя.
– То, что задает вопрос, и есть твоя сокровищница. В ней есть все, что тебе нужно, и в ней можно найти все. Все, что в ней, принадлежит тебе, так зачем же искать что-то снаружи?
Как только Хякудзё услышал эти слова, на него снизошло великое просветление, и он осознал свой собственный не-ум. Вне себя от радости, он поклонился с глубокой благодарностью.
Шесть лет Хякудзё провел рядом с Ма-цзы...
Такое больше не случается в мире, потому что мы забыли язык внезапности, мы верим лишь в постепенный рост. Внезапность кажется иррациональной, нелогичной, невозможной. Если вы чего-то желаете, оно приходит постепенно. Есть лишь одно исключение - вы сами; вы уже там. Так что дело лишь за тем, чтобы обратить свои глаза вовнутрь, просто заглянуть внутрь себя с полной безоглядностью - и все переменится в одно мгновение.
Когда Ма-цзы сказал Хякудзё: "То, что задает вопрос, и есть твоя сокровищница", тот должен был тут же посмотреть вовнутрь - туда, откуда исходил вопрос. "В ней есть все, что тебе нужно, и в ней можно найти все. Все, что в ней, принадлежит тебе, так зачем же искать что-то снаружи?"
Как только он погрузился в то место, откуда исходил вопрос, на него тут же снизошло великое озарение. В наши дни люди задают вопросы, чтобы получать ответы. Задавайте вопросы о чем угодно, не задавайте вопросов лишь относительно себя. Просто загляните внутрь себя, найдите то место, откуда исходит вопрос, - и великое просветление станет возможным.
Как только Хякудзё услышал эти слова, на него снизошло великое просветление, и он осознал свой собственный не-ум. Вне себя от радости, он поклонился с глубокой благодарностью.
Шесть лет Хякудзё провел рядом с Ма-цзы. Но, когда его старый учитель, Дао-ци, состарился, он решил возвратиться, чтобы ухаживать за ним.
Прежде чем покинуть Ма-цзы, Хякудзё пришел попрощаться с Мастером. Завидев его, Ма-цзы поднял вверх метелку из конского волоса.
Хякудзё спросил:
– Она тобой еще пользуется или ты уже отстранился от использования?
Ма-цзы повесил метелку на край стула. Помолчав минуту, он спросил Хякудзё:
– Итак, как ты открываешь два лепестка своего рта, чтобы служить другим?
Вместо ответа Хякудзё взял метелку и поднял ее вверх.
Ма-цзы спросил:
– Она тобой еще пользуется или ты уже отстранился от использования?
Хякудзё повесил метелку на край стула.
В ту же секунду громкий рев, подобный тысяче громов, раздался в голове Хякудзё. Ма-цзы издал крик, который, как говорят, лишил Хякудзё слуха на три дня.
В течение трех дней Хякудзё ничего больше не мог слышать. Что произошло во время этого диалога, когда Ма-цзы задал вопрос: "Она тобой еще пользуется или ты уже отстранился от использования?" Они оба задали друг другу один и тот же вопрос. Вначале его задал Хякудзё, и его значение понятно: "Являешься ли ты наблюдателем, пользуясь ею, или ты стал с ней одним целым и забыл о наблюдении?"