Чтение онлайн

Ступая, как можно тише, я миновала дверь в столовую, откуда слышался нестройный гвалт голосов, прерываемый раскатами смеха и еще раз похвалила себя, что не поддалась на глупое желание закрыть за собой дверь этого дома. Для всех сегодня праздник…пусть радуются, я же буду радоваться потом. Лестница на второй этаж была пуста, а дежуривший у двери Домнис проводил меня понимающим взглядом. Хм…Коридор второго этажа тоже не выдавал осторожных шагов и, воровато оглянувшись, я почти по стенке прокралась к двери, за которой слышались мужские голоса. Вот и щелочка…маловата, правда, но мне хватит…ой…

То ли кралась я недостаточно скрытно, то ли нюх у Флойда оказался собачьим, а слух простирался на все диапазоны, но факт остается фактом — стоило только мне поудобней пристроиться у косяка, как дверь распахнулась и старший вырос в проеме собственной персоной, оглядывая меня с заинтересованностью голодной змеи. Не вышло подслушать…

— Госпожа Валерия Райшер собственной персоной, — поклон в качестве приветствия получился достаточно издевательский, как и улыбка, которой он сопровождался. — Я чрезвычайно рад встрече с вами…ну что же вы стоите за порогом? Проходите, не стесняйтесь, вы же не просто так проходили мимо? Или вы так успели соскучиться по вашему мужу, что побежали его искать, госпожа Рай-шер? Я правильно произнес вашу новую фамилию?

Деваться было некуда, опять Флойд учуял меня и оставалось лишь подобрать юбки и повиноваться приглашению. Авось не сожрут, остальные члены рода не дадут, а так я что-нибудь новенькое и узнаю. Только вот почему он с таким странным выражением лица произнес фамилию да еще и уточняет, правильно ли…что еще за фокусы?

— Валерия? — Бейрис развалился в кресле и скривился, — тебе что, внизу не сиделось? Я же сказал, что поговорю и приду, чего ты сорвалась?

— Зря ты так разговариваешь с молодой женой, — приторный тон был настолько сладок, что я с удивлением покосилась в сторону второго кресла, — нельзя отказать ей в беспокойстве за твое существование, тем более после подписания контракта между вами. Теперь все законно, так?

— Теперь уже законно, — согласился Бейрис. — Она все подписала и по всем правилам является моей женой.

— Мне очень жаль, — с притворной грустью вздохнул Флойд, — что меня не пригласили в храм на такое торжественное событие. А я ведь так люблю смотреть, как происходят подобные церемонии! Ну ты же понимаешь, я сам никогда не выступал в этой роли и не ставил своей подписи на таких листах, поэтому мне всегда любопытно, как это происходит у других. Красивые слова жрецов, волнующиеся родственники с обоих сторон…правда, в твоем случае род был только с одной стороны, но разве это может умалять в какой-то степени всю красоту и торжественность момента? Пусть даже они смотрятся чуточку смешными в своем стремлении обезопасить имущество рода от чужих посягательств, разве за это можно осуждать? Всегда существует вероятность, что самая красивая женщина может обмануть…отвлечь остальных и заполучить в свои ручки чуть больше того, что предполагалось изначально. Люди так несовершенны, Бейрис, они все время хотят бОльшего…прости, я что-то заговорился по стариковской привычке, — при этих словах Флойд подобрался и уж на старика никак не походил, скорее — на мужчину, уверенного в себе и хорошо знающего себе цену. — Сегодня у вас обоих такой знаменательный день, что я не могу не поздравить вас от всего сердца. Ты уж прости, но в твой адрес я отношу только поздравления…ты же рассчитываешь на другие подарки и не от меня, — пошловатое хихиканье не вязалось с общим обликом и я молча рассматривала старшего, пытаясь понять, чего он добивается, — а вот твоей очаровательной жене я все же решил сделать подарок…ты же не можешь запретить мне сделать это? — последнее было сказано с весомым нажимом и Флойд начал сверлить взглядом Райшера, который почти лежал в кресле да еще и положил правую ногу в блестящем сапоге на свое левое колено, выражая собеседнику полное презрение такой позой.

— Дари, что хочешь, — хмыкнул он, — от нее не убудет.

— Вы поразительный хам, молодой человек, — старший поднялся со своего места и, подойдя к моему креслу, элегантно встал на одно колено, — позвольте вашу руку, госпожа…Валерия. Можно левую? Вам говорили, что у вас красивые руки? Я вижу на одном пальце новое кольцо…полагаю, это подарок вашего мужа? — презрение к подобному подарку брызгало во все стороны, — а это что за работа, — он провел указательным пальцем от запястья до серебряного кольца на среднем пальце, — я никогда не видел ничего подобного, хотя камень не имеет цены. Откуда оно у вас?

— Это кольцо мне подарила мама на двадцатипятилетие. По вашим понятиям оно не имеет никакой ценности, но мне оно очень дорого памятью о ней, — витая высокая корона действительно была очень необычна, а вот граненый бледно-розовый искусственный камень быстро покрывался грязью снизу и его надо было часто мыть, чтобы он блестел.

— Подарок от родителей надо беречь, что бы не произошло, — старший картинно прикоснулся к маминому кольцу губами, — больше ваш камень не потеряет свой блеск. Скажу больше, он даже станет сиять лучше прежнего исключительно для того, чтобы вы всегда помнили о вашей матери. Без этой памяти мы утрачиваем душу и становимся подобными прочим животным. Ты согласен со мной, Бейрис?

— Не вижу причин отрицать очевидное, — отозвались из кресла. — Прием подарков закончен?

— Ну что ты так спешишь, — Флойд жестом фокусника извлек из недр своего камзола какую-то вещицу и посмотрел на нее с нежностью, — мне просто приятно поговорить с твоей женой… несмотря на твое присутствие…я смотрю, она любит носить кольца…Валерия, я возьму на себя смелость преподнести вам еще одно в знак моего отношения к вам…очень доброго отношения, несмотря ни на что…

Длинные пальцы ловко надели на мизинец небольшое изящное кольцо с круглым светло-зеленым камнем на высокой коронке и, к моему большому удивлению, оно пришлось впору. Флойд еще раз поцеловал руку, только сделал это уже более чувственно, глядя прямо в глаза и в ответ болезненно сжалось сердце. Как они похожи с Орвиллом…

— Благодарю вас, дорогая Валерия, что вы не отказались от моего скромного подарка, — старший отпустил руку и теперь с удовольствием наблюдал из кресла, как я рассматриваю новое кольцо, — пусть оно принесет вам удачу. Мне ее очень часто не хватает…как и другим. Вот вашему мужу удача улыбнулась и вы подписали с ним брачный контракт, несмотря ни на что. Вас даже не смутило то обстоятельство, — первоначальная томность сменилась легким удивлением, — что два дня назад в вашем присутствии он предложил мне сделку, в которой вы были предметом обмена на достаточно большую сумму в дерах. Помните, как это происходило?

— Помню, — я равнодушно пожала плечами. — Что еще вас беспокоит?

— Меня беспокоит многое, дорогая Валерия, — старший ласково улыбнулся и повернулся вполоборота к Райшеру, — например, меня беспокоит ваша судьба в этом доме, меня беспокоит судьба Орвилла и его здоровье после того обвала, меня беспокоит еще очень много вещей, о которых вы даже не имеете понятия.

— Это нормальное явление, господин Крайден, вы же старший в своем роду и кому, как не вам беспокоиться обо всем? О моей судьбе уже беспокоиться не надо, а вот об Орвилле вам действительно не мешало бы крепко подумать! — последнее замечание вырвалось непроизвольно, под влиянием услышанного от Флойда, и разозлило не на шутку. Если бы его не забрали тогда с собой, я бы выходила его без всякой магии, раз он успел придти в себя и даже пытался ругаться на Флойда. Можно подумать, у нас не происходило подобных обвалов и ничего, люди поднимались на ноги, хоть и не так быстро, как здесь…уж я бы приложила к его выздоровлению все силы, если бы не поганые родственнички!

— О нем я уже думал и не раз, — угроза старшего прозвучала так тяжело, как будто придавила камнем, — а вот еще я думал о вашем нынешнем муже. Точнее, о том, как он обманул меня. Бейрис, я ведь выполнил данное тебе обещание и явился сюда с восьмьюстами деров, как мы договорились, а что я вижу в этом доме? Ты почему-то расхотел выплачивать свои долги, отказался отдавать мне бирку Валерии и вдобавок успел сводить ее в храм, введя таким образом в свой род. Что-то не состыкуется у меня в голове подобная благотворительность с твоим образом, да и Валерия выглядит донельзя счастливой… — Флойд бросил быстрый взгляд в мою сторону, — прости, оговорился, счастливой она не выглядит, но и на тебя зверем не смотрит, как раньше. Поэтому я задаю себе вопрос, а какова настоящая причина того, что произошло здесь за эти два дня? Или…не за два…Бейрис? — последнее он спросил с повышением интонации, как будто сомневался в услышанном имени. Что это значит? О чем тут вообще идет разговор?

— Ты вынуждаешь меня говорить сейчас то, что я желал бы сохранить в тайне еще несколько дней, — поза Райшера так и оставалась наглой, а на лице появилось знакомое презрительное выражение и вдобавок он еще сцепил руки в замок, рассматривая носок сапога через прицел больших пальцев, — но сюда еще приперлась и она, — подбородок указал в сторону моего кресла, — нарушив все мои планы. Не знаю, что ты там себе вообразил…с вами, магами, вообще трудно иметь дело…но ты ведь не отвяжешься от меня и попрешься в Совет, если не услышишь моих пояснений. По большом счету, я плевал на ваш Совет, стоит мне только пожаловаться на твой произвол одной даме…нет, еще и второй, которая два дня назад уже высказывала тебе отношение моего рода…ну да я не люблю лишний раз обращаться к женщинам, если только это будет происходить не в постели…там они быстрее на все соглашаются. Восемьсот деров, говоришь? — резким движением Бейрис сел в кресле, скинув с себя маску расслабленности и на лице у него появилось точно такое же выражение, которое я уже видела не один раз — хищное и злое. Задергалась щека, а искривленный рот продолжал выбрасывать в сторону старшего Крайдена такое, от чего у меня зашевелись волосы во всех местах и я молчала лишь потому, что была припечатана услышанным, как могильной плитой… — Тебе, конечно, глубоко плевать, что мне в приватном разговоре было предложено покинуть гвардейский полк после всех известных тебе событий. Орвилл не оставил меня в покое, намереваясь довести уже начатое дело до конца. Это ты ничего не знаешь, сидя в своем Неймаре и занимаясь тем, что тебе больше всего по душе, а я живу в Делькоре и все время на виду! Этот выродок дошел до того, что на меня стали косо смотреть в армейском департаменте и даже положение отца здесь не сыграло никакой роли. Слухи, сплетни, во-время ввернутые слова…он сделал эту ювелирную работу не только сам, те, кто ему помогали, тоже получат свое, когда я доберусь до их имен. Поганые твари, они довели все-таки до того, что мне предложили самому…ты можешь себе представить, самому уйти из гвардии, и это после того, что я прослужил там почти шесть лет! Меня до сих пор жжет то презрение, с которым со мной прощались мои друзья! Только за это я готов своими руками задушить Орвилла…а в качестве подаяния мне разрешили нести службу в охранном полку, который теперь еще и частично передислоцируется в Бернир, в эту гнилую дыру на окраине королевства, где нет нормального жилья, нет нормальной еды, где придется патрулировать улицы и ловить грязных бродяг, а потом приходить либо в общую казарму, либо в жалкую лачугу, проклиная все на свете. Кто должен заплатить за все это, Флойд? Ты забрал Орвилла с собой, позволив ему ускользнуть от меня, но мне досталась вот она, — палец ткнул в мою сторону не глядя, — и я хочу заставить ее заплатить мне за все сполна. Деньги, которые я хотел от тебя получить, погасили бы все мои долги и дали бы возможность безбедной жизни не менее года где угодно, но мои родственнички решили сделать мне подарок, о котором проговорилась дурочка Желлина своему ухажеру, они решили простить мне мои долги, представляешь? — Райшер расхохотался каким-то безумным смехом, — вот идиоты! И не только простить, но и дать мне еще звонких деров с собой, целую сотню! Так сказать, на будущее обзаведение…ха! Стоило мне только лишний раз изобразить перед матерью нежного сына, она моментально поверила в мое преображение и страстно убеждала в этом всех остальных. Любая женщина рано или поздно ловится на красивые слова, это закон, Флойд, я хорошо проверил его работу, не сомневайся. Эта дурочка тоже поверила и результат ты видишь перед собой — добровольно поставить подпись в контракте с тем, кого ненавидишь…где тут логика? Пара влюбленных взглядов, робких касаний, десяток слов и торжественное обещание, как ты думаешь, чего? Ты не поверишь, но такого ты никогда и нигде не услышишь…а ведь она подтвердит тебе это сама и прямо здесь, даже в Совет ходить не надо!