Чтение онлайн

– Блип, не успел!
– сказал Габлер.
– Но почему - "без выигрыша"? Я ведь порядком оприходовал...

– Ты тоже в пролете?
– пропыхтел Арамис.

Крис обвел взглядом ближайших участников битвы на Курукшетре и процедил сквозь зубы:

– По-моему, не только мы в пролете. Хоть убей, не помню, чтобы тот красавец заикался о проигрыше.

– Так ведь не проигрыш же, - хмыкнул Арамис.
– Просто - "без выигрыша". Дурят, ох дурят нашего брата!

– Просьба покинуть зал, - раскатился над амфитеатром бесстрастный голос.
– Желающие вновь поучаствовать в битве могут приобрести билеты в кассах. При повторном участии предоставляется скидка.

– Ну уж нет, - проворчал беловодец.
– Совсем уж конченых болванов поищите. Хотя я чуть этого Арджуну не завалил...

Крис поднялся, рукавом куртки вытер потный лоб.

– А я наоборот.

Арамис тоже встал, повел плечами.

– Что значит: "наоборот"?

– Не успел Карну прикончить. Так вот почему местное солнце Карной назвали...

– Нет, просто совпадение, - отрицательно качнул головой Арамис.
– Переименовывали строго по Древнему Риму, только Солнце не трогали. Карна - это богиня какая-то римская. Вот нам бы на базу такую игрушку... И в кабаки бегать перестали бы.

– Ох, сомневаюсь, - не согласился Крис.
– Хотя я бы точно не ходил. Во всяком случае, долго бы не ходил.

– Пьянство - мать всех пороков, - назидательно изрек Арамис.

– Тоже мне учитель!
– фыркнул Габлер.
– Давно так поумнел?

– С вами поумнеешь, как же! Последние мозги пропьешь...

Они в толпе таких же неудачников вышли в коридор, потом в просторный вестибюль. И обнаружили, что довольно много людей устремилось к кассам, возле которых по-прежнему нетерпеливо колыхались очереди. А вот к окошку выдачи выигрышей не спешил никто.

– Невероятно, но мне опять есть охота, - сказал Арамис.
– Словно сутки без пайка.

Габлер прислушался к себе и понял, что тоже очень не прочь перекусить, причем как можно быстрее.

"Интересное заведение, - усмехнулся он.
– Знают, чем взять".

Арамис словно подслушал его мысли.

– А вот если бы это было участие в строительстве какой-нибудь Вавилонской башни, такой толпой бы не повалили, - заметил он.
– Или даже Олимпийские Игры. На кровь же денег не жалко. Вот она каково, естество звериное наше...

– Да уж, - поддакнул Крис.

И подумал:

"Если чужаки к нам прорвутся, драка будет похлеще этой, на Курукшетре. А может, и не драка будет, а просто резня. Причем не мы их, а они нас... У них ведь, надо думать, кое-что поубойней луков и топоров имеется".

* * *

Утолять внезапный голод они устремились в расположенное наискосок от гейм-холла заведение с многообещающим, хотя и непонятным названием "Дары Арьяварты". Никто из многочисленных прохожих вроде бы не обращал на них никакого внимания. В отличие от минувшей ночи, народ не прохлаждался, а, кажется, действительно шел по делам.

Правда, у входа в "Дары" сгрудились человек двадцать с лишним. Судя по внешности, приезжие. Габлер и Арамис начали было протискиваться через это очередное сборище, но, заинтересовавшись, остановились. Смуглый человек, завернутый во что-то наподобие белой простыни, раскрутил в руке смотанную веревку и запустил ее одним концом в небо. Веревка взлетела и повисла вертикально, словно зацепилась в воздухе за что-то невидимое. Смугляк выпустил из пальцев другой конец веревки, и тот застыл в десятке сантиметров над тротуаром. Мужчина повернулся к такому же смуглому мальчику, сидящему на корточках у стены. Мальчику было лет десять-одиннадцать, и вся его одежда состояла из вполне доисторической набедренной повязки, белой, как легкий снег, продолжающий почему-то падать с безоблачного солнечного неба. Мужчина молча кивнул, и мальчик встал и подошел к неподвижной веревке. Заученно обхватил ее руками и ногами и принялся ловко карабкаться, возносясь над задирающимися вслед головами зрителей, словно это была не гибкая тонкая веревка, а шест. При полном молчании раскрывших рты присутствующих он быстро добрался до верхнего конца веревки, оказавшись на высоте восьмого этажа здания, в котором размещалось кафе "Дары Арьяварты". Но это было отнюдь не все. Не сбавляя темпа, мальчуган полез еще выше, прямо по воздуху, по-прежнему перебирая руками и помогая себе ногами, словно веревка-шест возносилась и туда, только невидимая. А где-то на уровне двенадцатого этажа парнишка просто исчез. Сначала пропали поднятые руки, потом голова, туловище, и последними - босые ноги. У Габлера создалось такое впечатление, что мальчик забрался в трюм зависшего над улицей невидимого штурмера. И веревка тут же упала на тротуар.

Зрители еще немного поглазели в пустые небеса со слепящим диском Карны, а потом все взоры обратились к невозмутимому демонстратору.

– Э, кио, парня-то верни, - неуверенно произнес кто-то.

Смугляк поднял веревку, неторопливо смотал и изрек неожиданно густым звучным голосом:

– А это от вас зависит, мистеры. По пять сестерциев с носа, наличными, и Радж материализуется.
– Он кивнул на банкомат в простенке кафе.

Кое-кто тут же плюнул и пошел прочь, правда, недалеко, до ближайшего угла, откуда можно было наблюдать за происходящим. Однако основная масса, согласившись с тем, что за зрелище надо платить, потянулась к банкомату.

– Опять надурили, - сказал Габлер и двинулся туда же.

– Есть-то всем хочется, - заметил Арамис, следуя за ним.

Сноровисто спрятав полученные банкноты куда-то в складки одеяния, демонстратор приставил рупором ладони ко рту, поднял голову и зычно воззвал, пугая прохожих:

– О великие боги, верните Раджу тело! Аюрведа-Камасутра-Джавахарлалнеру-Вахидарехман-Сатья-Саи-Баба-Чандрагупта! К вашей милости взываю!

Расставшиеся со своими сестерциями вновь принялись недоверчиво пялиться в воздух. Кое-кто из них посмеивался.

– Свершилось! Благодарю вас, о великие боги!
– торжественно прогудел кудесник.

В вышине было по-прежнему пусто. Зрители стали поворачиваться к демонстратору, проследили, куда он смотрит, и увидели, что босоногий мальчонка как ни в чем не бывало топает по тротуару, приближаясь к кафе. Где он был и откуда появился? Разумеется, эту тайну ни он, ни демонстратор не открыли бы даже на допросе в полиции, и это было их право.

– Занятно, - подытожил Арамис и направился к двери кафе.

– И сравнительно дешево, - добавил Габлер.
– Я бы за такие фокусы побольше брал... если это фокусы.

Арамис на ходу обернулся:

– Какие фокусы? Обычное волшебство.

– Ага, конечно, - усмехнулся Крис.

И подумал о беллизонках - потомках земных атлантов, получивших, как ему говорила Анизателла, от этих атлантов совершенно уникальные знания.

Возможно, этот смугляк тоже владел какими-то неведомыми доисторическими премудростями.

На стене у двери кафе висела привычная доска с очередным изречением. Только имя, начертанное под ним, было каким-то не римским и ранее не попадалось на глаза на других досках, растыканных по всей Империи: Лал-дэд. Да и не просто изречение это было, а стихи:

"Становится бессмертным дух, лишь отказавшись от желанья. Живешь, а плоть как бы мертва: вот в этом - истинность Познанья".

– Странное заявление перед входом в жрачное заведение, - пробормотал Арамис, тоже в рифму.

– Да, я от желания поесть отказываться не собираюсь, - заявил Габлер.
– Тут они что-то не в ту степь...

Желание поесть они, расположившись за столиком у окна, начали удовлетворять с того, что называлось здесь "бириани" и оказалось горячим, душистым и очень вкусным. Потом перешли к чему-то сладкому, что именовалось "ваттилаппам", и принялись запивать все это пенистым белым напитком "ласси", посыпанным травой и семенами. Насытились, переглянулись и взяли еще по стакану этого самого "ласси". И принялись неторопливо прихлебывать, поглядывая в окно. Жизнь на улице по-прежнему бурлила и не обращала никакого внимания на двух отпускников-"минерв" в одежде сивилов. А те, чье внимание они могли бы привлечь, наверное, следили за маячком, катавшимся в такси.