Чтение онлайн

* Миноха - африканская богиня.

После ужина все внимательно смотрели ньюзы, но медиары ни на одном канале ни словом не обмолвились о странном приказе по Стафлу. Как, впрочем, и о мятежах. А завершился вечер просмотром отличной тиви-арты "Семнадцать весенних мгновений", в которой симпатичный и немногословный секретный сотрудник имперских спецслужб удачно действовал в самом логове врагов-автохтонов на придуманной планете Алеманния.

...Габлер лежал и все смотрел и смотрел в белый потолок. Он уже предвкушал, как окажется дома и как начнет обходить всех приятелей. И как отправится на рыбалку вместе с отцом и кузеном Йеспером - денька на три-четыре, не меньше. И как будет с аппетитом поедать мамины пирожные, рассказывая о своей службе...

Флаинги заходили на посадку один за другим, в казарму доносились голоса прибывших полицейских, и вслед за Габлером начали просыпаться и другие эфесы.

К шести тридцати все были уже на ногах - как отпускники, так и те, кто оставался в строю. Возвращавшиеся на базу намеревались весело провести время в полете - на ротунде были предусмотрительно припрятаны кое-какие запасы спиртного.

Крис, как и другие, тщательно упаковал боевой комбинезон, сдал оружие и амуницию. Хорошо было бы заявиться домой в парадной форме - цвета тусклого серебра, с золотистыми звездами, - но парадка осталась на базе, и ради нее, пожалуй, не стоило переться за тридевять земель, на Эдем-V. Пришлось довольствоваться служебным комбинезоном. Впрочем, тоже довольно эффектным - темно-синим, с красивыми инсигниями*: белыми буквами "МНР" - "Минерва" - на обоих рукавах и пурпурно-золотой эмблемой Стафла на груди. Прыгунцы на ногах он сменил на еще более легкие бегунцы. Личных вещей у Габлера было совсем немного - смена белья да тюбик с шейв-пенкой, да зубная паста и еще кое-какие мелочи, плюс медикаменты от живота, головы и прочего - так что нэп оказался почти пустым. Все было разложено по привычным местам - Крис любил порядок.

* Инсигния - знак различия.

Сунув руку в один из кармашков нэпа, файтер проверил, там ли стерео, которое он всегда брал с собой. Со стерео беззаботно улыбались трое: он сам, Улисс и Коди Акробат. Совсем молодые, веселые... Первокурсники нэви-колледжа. Коди погиб нелепо, даже не в космосе, а в воздухе. На обычном аэротакси. Если бы не его смерть, Крис ни за что не стал бы таскать с собой это стерео. Потому что на нем были не только он и Коди, но еще и Улисс - Эрик Янкер.

Носовой платок и жвачку он уложил в левый боковой карман комбинезона, черную плитку унидеска - в правый. Коробочка с драже-стимулятором уместилась в правом же, только нагрудном; об убийственном "камешке" из горного храма Крис даже не вспомнил, потому что мыслями был уже далеко. В левом нагрудном кармане, в футляре, расположились документы, "великолепная пятерка": инка, банка, ливка, медка и пейка*. ("Пейка - какое точное название!
– как-то заметил Граната.
– Платим-то мы больше всего за выпитое в кабаках. А кто не пьет, тот полный идиот!") Банк-кард Крис уже проверил и убедился, что финансия** центурии сработала четко: согревающий душу крупный бонус за участие в боевой операции был приплюсован к его счету. Жизнь становилась все прекраснее.

* Инка, ин-кард (от англ. individual card) - индивидуальная карточка, удостоверение личности. Банка, банк-кард - банковская карточка. Ливка, лив-кард - документ, подтверждающий пребывание файтера в отпуске (от англ. leave - отпуск). Медка, мед-кард - медицинская карточка. Пейка, пей-кард - расчетная карточка (от англ. pay - платить).

** Финансия (от лат. finansia) - бухгалтерия.

Прилепив липучки почти невесомого нэпа к комбинезону на спине, Крис подошел к большому зеркалу у двери казармы. Сюда он больше возвращаться не собирался. Из зеркала на него смотрел высокий широкоплечий парень с неожиданно мягкими чертами лица и короткими, тоже мягкими на вид, темными волосами. У парня были карие, чуть раскосые, глубоко посаженные глаза, слегка вздернутый нос и ямочка на подбородке. Его можно было бы принять в легких сумерках за юнца, но этому мешали резкие глубокие складки: одна пара вертикальными полосами поднималась от переносицы на лоб, а другая, расходясь сторонами треугольника, опускалась от крыльев носа к уголкам губ. На темно-синем комбинезоне, под правой ключицей, четко выделялась круглая эмблема Стафла - золотой орел с воздетыми параболой крыльями на пурпурном фоне. Птица, везде сопровождавшая бога Юпитера.

Зашедший сбоку Граната бесцеремонно отпихнул Габлера от зеркала:

– Красавец! Посмотрелся сам, дай посмотреться другим.
– Кросс прищурился, оттопырил нижнюю губу, рассматривая себя, и сделал вывод: - И я тоже неотразим, аж плакать хочется. Сегодня все девки наши!

Комбинезон, однако, сидел на нем несколько мешковато.

– Сегодня нам улетать нужно, а не по девкам, - напомнил Годзилла, обтирая свои гигантского размера бегунцы казенной простыней.

– А!
– беспечно махнул рукой Граната.
– С моим умением все успеть можно!

Вигион покачал головой:

– Ох, смотри, Мхитарян. Не гонись за всем сразу, а то пролетишь, как фанера над Грэнд Ромой.

– Не пролечу, тормознуть всегда успею!
– весело оскалился Граната.

– Носярой своим!
– Годзилла захохотал и бросил скомканную простыню на койку.

Граната подбоченился:

– "Как вверху, так и внизу" - есть такой древний принцип. Каков носяра, таково и все остальное!
– Он презрительно прищурился.
– Я понимаю, что кое-кому завидно. Знаем мы такие памятники - под два метра ростом, а заглянешь в штаны...

– Ты должок собираешься отдавать, мистер?
– прервал его Крис.

Граната смешался и, судя по физиономии, хотел соврать, что бонус ему на банк-кард еще не перевели. Но тут же понял, что этот номер вряд ли пройдет. И все-таки попытался выкрутиться:

– Так я же с отпускных обещал, Гладиатор! Вот когда получу... Могу сегодня напоить за свой счет, - поспешно добавил он.

Габлер шагнул к нему и сунул кулак под горбатый нос Мхитаряна:

– Или возвращаешь долг, или до хошек своих не доберешься, гарантирую. Выверну носяру твой наизнанку и скажу, что так и было.

– Ладно, ладно...
– Граната вытянул из кармана банк-кард, проделал необходимые манипуляции.
– На, смотри. Доволен? Ушли к тебе денежки.

В голосе его звучала такая обида, словно Габлер был вопиюще, чудовищно к нему несправедлив. Словно просто украл его кровные.

– То-то же.
– Крис достал свою банк-кард и проверил выполнение транзакции.
– И в долг больше с тобой не играю, хватит.

– Не очень-то и хотелось, - с оскорбленным видом произнес Граната.
– Только куда ты денешься? На одной же галере поплетемся.

Крис усмехнулся:

– Не беспокойся, мистер, найду, чем заняться.

Пятеро эфесов - Габлер, Граната, Атос, Годзилла и Арамис - заказали билеты на вечер, на галеру до Единорога, главного пересадочного узла Ромы Юниона. У Портоса же был прямой рейс с Нова-Марса до Вери Ромы, и он улетал двумя часами позже. Времени для знакомства с приморским городом Александрией действительно хватало. Если, конечно, не упиться до обалдения в первом же кабаке.

– На завтрак, парни!
– скомандовал вигион.

* * *

Прощание состоялось в столовой и было обмыто местным кисловатым компотом.

– Смотрите у меня: чтоб не нажираться и вернуться на базу живыми!
– напутствовал файтеров-отпускников Андреас Скола.
– И в срок! А то устрою вам такую какаву с чаем...

Обмен рукопожатиями, похлопывание по плечам - и совсем поредевшая вигия направилась на взлетно-посадочную площадку, где уже грузились в либурны другие подразделения. Пострадавшие остались в госпитале на попечении врачей, а шестерка отпускников прогулочным шагом двинулась к выходу из окружного центра. Обгоняя файтеров, ехали к воротам сине-красные полицейские уникары, и точно такие же приземистые обтекаемые машины вползали во двор, возвращаясь с ночного патрулирования. У курилок кучковались полы.

– А вон и наш летун!
– Граната вскинул руку.
– Привет, Зулам!

Коренастый пилот стоял, засунув руки в карманы, в одной из таких группок. Он недовольно посмотрел на шествующих мимо бравых файтеров и тут же отвернулся.

– Вот поганец!
– с чувством сказал Годзилла.
– Имел он нас в виду.

– Ну и пошел он подальше, - кротко произнес Арамис.

А Крис подумал об убитых жрецах и говорящей статуе.

– Зачем так, парни?
– пробасил Портос.
– Если бы не он, где бы мы сейчас были? По-моему, у него к этим жрецам особое отношение.