И боги горшки обжигают
Шрифт:
– Тивко, тивко. Смири се. Се е добро.– Он произвел какие-то манипуляции в изголовье Сониной кровати и она почувствовала, как веки её смежаются, а в теле появляется легкость. Последней мыслью было слово ДОБРО. – Всё будет добро, то есть хорошо! Это ОН сказал.
***
– Значит, они так изменили язык слова, что она не понимает его!?
– Да, только обрывки.
В круглой, богато обставленной комнате беседовали двое мужчин. Эта комната располагалась в одной из башен древней Обители. Сами же люди, обитавшие в ней, были еще древнее. Когда-то, со стен замка открывались величественные виды способные заворожить взгляды самих богов. Сейчас – только бесконечные воды мелкого Океана. Океана планеты с потухающей звездой на самом краю Галактики.
– Придется использовать мыслетранслятор. Другого выхода в этой ситуации я не вижу. Нам нужно торопиться. Я чувствую, Триа что-то задумала. Ты же знаешь, Дио, она всегда сначала делает, а потом все разгребают последствия её экспериментов, – черноволосый мужчина поднялся из кресла и подошел к широкому окну. Помолчав немного, он произнес:
– Как удивителен Океан в это время суток. Не правда ли, Дэк?
– Ты уходишь от вопроса дружище.
– А разве ты задал вопрос Дэк? По-моему, ты утверждал.
– Да, это так, но…
– Делай, что нужно Дэк. Мы все должны знать правду. На счет Трии не беспокойся. Я разрешил ей взять образцы крови этой девочки. На какое-то время она будет занята.
***
Соня открыла глаза. Во всём теле ощущалась поразительная гармония и легкость. Она явно выспалась на сто лет вперёд. Оглядевшись, молодая женщина сделала три открытия. Первое. Пока она спала, её переместили! Второе. Она одета. И третье. Она голодна, как львиный прайд!
Новая комната разительно отличалась от предыдущей. Назвать её шикарной – не сказать ничего! По истине, королевская кровать на которой свободно бы разместилось пять человек. Круглый, шерстяной ковёр с вычурным рисунком на полу. Позолоченные светильники в виде обнаженных дев и невиданных животных. Зеркала в резных рамах. Мебель красного дерева с инкрустацией. Всё здесь, каждая мельчайшая деталь, просто «вопили» о роскоши. В дверях зашуршало. Они медленно открылись и в комнату, чинно, вкатился металлический сервировочный столик.
– Ваш завтрак, – сообщил мелодичный женский голос.
Любопытство и голод взяли своё. На завтрак Соне было предложено: великолепный кофе, сдобные булочки и стакан сладковато – кислого сока, вкус которого достаточно сложно было понять. Стол укатился, оставив Соню одну. Она решила немного исследовать комнату и обнаружила ещё одну дверь, которую раньше не заметила. Толкнув её, она попала в смежную комнату. Это была ванная.
«Однако, какая разительная перемена в интерьере», – удивилась Соня.
Стены этой комнаты сверкали розовым перламутром. В центре находился небольшой круглый бассейн. Вода в нем легко бурлила, маня и приглашая расслабиться. Соня с блаженством опустилась в бассейн, наслаждаясь теплыми, струящимися пузырьками. Когда она вернулась в комнату, её ждали.
«День сюрпризов», – подумала Соня, разглядывая гостью. Конечно, она узнала её. Эния, кажется, так звали молодую женщину. Только сейчас, перед нею стояла не медноволосая красавица. Волосы женщины были голубого цвета. Цвет глаз тоже изменился, он стал бирюзовым, отчего взгляд её казался пронзительным. Фигуру облегало великолепное, тончайшее платье в пол, гармонирующее по цвету с глазами. Она была гладко причесана, волосы заплетены в косу, оплетающую её прелестную головку, и украшены сапфировой диадемой. Она мило улыбнулась Соне и произнесла на чистейшем русском:
– Я вижу, дорогая, ты уже в полной форме.
– Вы говорите по-русски?
– Ах, да, ты же не знаешь! Видишь ли, дорогая. Ты присядь, – она сделала приглашающий жест и сама, элегантно, присела на краешек кровати. – Пока ты находилась без сознания, мой брат Дэк, ты помнишь его? Отлично! Так вот, он применил одну… один, как это сказать? В общем, специальное устройство. Оно помогает снять матрицу сознания. И…
– Где то я уже это слышала, – пробормотала Соня.
– Да? Где? – c не скрытым любопытством спросила гостья.
– Это потом, что дальше? – Соне нужны были ответы.
– А дальше всё пошло немного не так. Машина считала только твой, м-м-м, язык, на котором ты говоришь. Русский. Так? – она произнесла слово «русский» протяжно, как будто смакуя его на языке. – Русский, – повторила она. – Русс. Русы. Ты из этого племени? Русачка? Что-то слишком худощава ты для них и кожей темна.
– После трехсот лет татар монгольского ига и не таких русских увидишь. В наше время и негры русские встречаются.
– Негры? Кто это?
– Люди с черной кожей. У вас таких нет?
Женщина странно посмотрела на Соню:
– Мы много пропустили, – медленно произнесла она.
– Вы бывали на Земле?
– Земле… Мы родились там. Но мы называем её Гея.
– Это на греческом.
– Как? Греческий? Не знаю.
– Когда – то они были эллинами.
– Да, – женщина возбужденно воскликнула. – Эллины! Одни из любимых наших созданий!
– Что значит ваших созданий?
– Это потом. Ты всё узнаешь! Сейчас – дальше. Эта машина считала только твой язык и обрывки ещё одного. Но русский, был самым полным. Для общения с тобой, я э-э, выучила этот язык.
– И сколько же я была в отключке.
– Один оборот планеты.
– Сутки?
– Сутки!
– И за сутки ты выучила мой язык, – Соня от волнения перешла на – ты.
– Зачем учить. Дэк просто перелил мне информацию.
– Понятно. Перелил, значит… – Соне почему-то показалось глупым продолжать эту тему. Она спросила:
– А что за женщина в меня стреляла?
Гостья замялась. Было видно, что ей не приятен этот вопрос.
– Это Триа, супруга Дио. Ты не обижайся на неё. Она не хотела причинять вред. Просто наши обстоятельства очень… сложные.
– Лучше скажи, а как ты прошла сквозь Врата?
– Портал?
–Да, портал.
– Меня пропустила Система. Мне сказали, что я имею допуск и ключ.
– Ключ? Какой ключ?
– И ещё генетический маркер, – запоздало добавила Соня.
Гостья задумалась. Глаза её цвета бирюзы застыли. Она, как будь-то, отрешилась от этого мира. Соня испугалась. Но это состояние женщины длилось мгновения. Взгляд снова стал осмысленным.
– Видишь ли…
– София. Меня зовут София. Можно – Соня.
– София. Ты совершенно не чувствительна к телепатическим контактам!
– А должна?
– Да. Мы и не думали иначе. Но ошибались. Не помог даже усилитель – мыслетранслятор. Кристалл матрицы твоего сознания практически пуст, а машина снимавшая матрицу уничтожена вирусом. И этот вирус был у тебя здесь, – она дотронулась до виска Сони.– Кто-то очень постарался защитить твое сознание и подсознание.
– У меня нет ответа на этот вопрос. Мне жаль вашу машину. Но и копаться в моих мозгах, моей памяти, я бы не позволила!