Чтение онлайн

Какого армянина не подкупит такое обращение:

– Ну, он выгрыл... Ибрагим..., - он тяжело вздохнул, - пят - нол, да...

Большакова сама была любительницей этой популярной в Закавказье игры, и быстро прикинув, что по продолжительности пять партий должны были занять не менее полутора-двух часов, сняла один из своих вопросов на синьке.

– Так два часа и просидели за нардами или Ибрагим отлучался куда-нибудь? На полчаса, на двадцать минут, или даже пять минут?

Аракелов немного подумал, вспоминая, потом широко улыбнулся и сказал:

– Вспомнил , Наталяванна, конечно, отлючался, минут на два-три, - он понизил голос как-будто сообщал великую тайну, - по-маленки ходил... за угол наша стансии, потому что уборни далеко, а ветер силни был... Я точно знаю - вместе с ним ходил... Ещё он удивлялся - ара, куда механик машин угонял, сварочни машин... Потом дядя Коля приезжал, время спрашивал, Ширинбека спрашивал... Я вчера рассказал ваш помощнику. А когда дядя Коля уехал, уже САГ здесь стоял, Ибрагим тоже свой дело делать поехал, сначала под буровой пошёл, всё проверил, потом поехал...

– А куда, не сказал случайно?

– Сказал, когда пят-нол случайно выгрыл... Он вобче злой чалавек... Мне говорит: "Раз проиграл, иди около рации сидись и в будке печку топи, если меня вдуруг будут звать, узнавай, что надо, а я скоро вернусь - со вчерашни дня на 310-й платформе рыба лежит и колада... Отвезу - приеду... Днём где я машин достану...".

– А когда вернулся?

– А часа через два, уже будка тёпли был - я печку топил, но его никто по рации не звал, и мы до утра спали...

Вошёл Алиев, и Наталья Ивановна протянула ему исписанные листы:

– Исмаил, оформите это, пожалуйста, как дополнение ко вчерашнему протоколу допроса свидетеля Аракелова... Спасибо, Карен, Вы свободны.

– Да здрастит свобода, - не удержался Аракелов, кивнув головой, а показалось - ушами, на прощанье.

Следователи уже собрались на обед, когда появился шофёр автобуфета. Наталья Ивановна уточнила у него время обслуживания интересующей её ветки эстакады в ночь с прошлого вторника на среду и о попутном пассажире на обратной дороге.

Во время долгожданного обеда, который им с Алиевым подали, как особо уважаемым гостям, в кабинете заведующего столовой, Большакова, вопреки своим наклонностям истинной гурманши, перебирала в уме возможные варианты дальнейшего следствия и уточняла рабочую версию преступления. Чем их кормили в обед, она выясняла у Исмаила Алиевича уже поздно вечером, за ужином.

А пока, вернувшись в кабинет, Наталья Ивановна опять зарылась в свои записи, выстраивая всё более логичную схему. Оставалось выбрать из двух зол... большее и, главное, доказать преступнику его вину и неотвратимость признания.

В назначенное время в дверях показался участковый милиционер Тофик Мамедов с неестественно оттянутой назад левой рукой. Правую он приложил, как положено, к козырьку и доложил:

– Товарищ старший следовател, нарушител рыбного дела..., - он не мог себе представить, за что ещё может понадобиться рыбак следователю прокуратуры, - адмирал... то ест Ибрагим Магеррамов доставлен..., - и потянул левую руку вперёд, - давай, захады...

Стало видно, что Тофик наручниками связан с Ибрагимом, и теперь оба оказались в кабинете. Наталья Ивановна рассмеялась. Действительно, очень смешно выглядела эта пара в связке - казалось, что упитанный Ибрагим, не менее, чем вдвое превышающий по весу и почти на голову выше своего "ведущего", мог бы запросто раскрутить его на цепочке над головой и запустить куда подальше.

– Слушай, Тофик, ты сам сказал, куда он, дескать, здесь денется, а тогда наручники зачем? Сними, пожалуйста... И подойди сюда.

– Инстурукси, Наталаванна, - объяснил он, открывая замки. Затем сунул наручники в карман своих галифе и подошёл к Большаковой. Она с минуту нашептала ему какие-то распоряжения, и он, ответив "есть" и задумчиво поглядев на Ибрагима, подвинул стул к двери кабинета и сел там, еле доставая ногами до пола..

– Садитесь, Магеррамов, - она по всей форме представилась и, перейдя на азербайджанский язык, провела вводную часть допроса. Затем пошли вопросы по существу.

– Скажите, в каких Вы отношениях с Ширинбеком Расуловым?

Ибрагим посверлил Большакову своими глазками-буравчиками, и зло ухмыльнулся:

– Так и знал, что начнёте ко мне... лепиться... В плохих отношениях... Много лет зуб на него имею... Он мою невесту увёл, прямо из нашей деревни...

– Неправда, Магеррамов, Гюльнара никогда не была вашей невестой...

– А Вы откуда знаете?
– Ибрагим даже приподнялся на стуле.

– Сядьте, у нас работа такая - обязаны знать. Так когда Вы последний раз видели Расулова, и где?

– В прошлый вторник, вечером на буровой №1105.

Наталья Ивановна вошла в привычный темп допроса:

– Говорили с ним?

– А о чём нам говорить? Всё и так ясно... Он вызвал - механик меня привёз, я шов заварил и остался дежурить...

– А Юркевский с Расуловым?

– Я думал, что они уехали, пока я работал под постаментом вышки, поэтому, когда кончил сварку, пошел в помещение электростанции - там мотор работал и было тепло. Увидел там моториста Карена, фамилию не знаю. Мы решили поиграть в нарды, и я сходил в культбудку за нардами. Когда брал их в "рабочей" половине вагончика, слышал, что в кабинете мастера Сергей с Ширинбеком сильно ругались. Я вышел наружу, через окошко посмотрел, даже хотел к ним зайти, потому что Сергей его так схватил за грудки, думал задушит, но он отпустил, просто кричал ещё... Он же боксёр, руки сильные. Я постучался, сказал, что кончил работу и пошёл к Карену. Оглянулся, видел, что они вдвоём вышли из вагончика и пошли под постамент к скважине. Я знаю - Сергей всегда проверяет нашу работу...

– Потом, значит, в нарды играли... Ну, и как?

– Что как?

– Как сыграли, спрашиваю - кто кого, какой счёт?

– Э-э-э, а с кем там играть... Лопух он..., - Ибрагим в улыбке показал зубы породистого жеребца, - Насухую я его сделал, пять-ноль. А зачем вам?

– Вы отвечайте, Магеррамов, спрашиваю я. Юркевский машину вам оставил?

– Да, сказал, что...

Большакова перебила его:

– И где она была, пока Вы были у Карена, и как она стояла на площадке?

– Когда я работал под буровой, САГ стоял задним бортом к постаменту, чтобы ближе к устью скважины, и от ветра немного меня загораживал. Потом они куда-то уехали...

– Кто уехал?

– Ну, Сергей с Ширинбеком...

– Вы видели, как они садились, отъезжали?

– Н-нет, но я через 30-40 минут выходил на площадку - машины не было, значит...

– Ничего не значит. Зачем выходил?
– она незаметно перешла на "ты".

– Ну... это... мы там чай пили... много... отлить надо было...