Чтение онлайн

– Вымой посуду, когда поешь, – сказала ей Лена, ставя миску на траву.

Наташа кивнула и быстрее заработала ложкой. Саныч хмыкнул. Лена снова улеглась поудобнее на спину, положив голову на запястья, посмотрела на него и сказала:

– Объелась. Через три дня я отсюда не уйду, а укачусь! Боятся – значит уважают?

– Боятся – значит боятся. Уважают подобных себе, а ты из другого мира. Буквально: из другого. Понимаешь меня?

– Конечно…

"Темнота и покой. Пустота ограничена невидимыми стенами. Воздух пахнет… Даже не пылью – все пылинки давным-давно осели на гравий, поскрипывающий под ногами. Воздух пахнет ничем.

Очень тихо. Даже если что-то сказать, то звук просто исчезает в бесконечности. Нет ничего и никого. Тебя самой не существует и никогда не существовало. Непонятно откуда доносятся еле слышные шорохи.

Выбор и тайна…

Храм Гекаты…"

– Из твоего мира.

– Из моего, да, – подтвердил Саныч. – Хотя он и не мой, на самом деле. Не знаю, стал бы я тебе показывать его, если бы знал, что так получится.

Она пожала плечами.

– Что сделано, то сделано. По крайней мере, я сейчас отношусь к этому философски. Кроме того, это выгодно.

– Зачем тебе деньги? – спросил Саныч.

– Я помню, что ты тогда говорил. Деньги нужны тому, кто хочет что-то продать, а не тому, кто хочет это купить. Я все понимаю! Согласна: я должна пока быть рядом с тобой, потому что кто меня еще научить может кроме тебя? Но нам правда жилье нужно побольше. Нату тоже одну не оставишь, а втроем в одной комнате тесновато.

– Рад, что ты это понимаешь.

– Рада, что ты рад. Сам тогда спи с Наташкой на диване. Она пинается ночью и храпит.

– Я не храплю! – запротестовала та.

– Храпишь, – подтвердил Саныч. – Хотя не так уж и громко. В общем, бытовые условия вас не устраивают… Не было забот – связался с молодыми девками.

– Ну правда же!

– Ленка права, – сказала Наташа. – Вы же много выиграли. Что такого – квартиру побольше снять?

– А то такого! Я в этом доме очень давно. Все ходы-выходы в нем знаю, со всех сторон прикрыт. На новом месте я буду гораздо более уязвим, так что никуда не поеду.

– Ну, бли-и-ин!

– Но ваша проблема решаема.

– Как это?

– Увидите.

Он зачерпнул из котелка ложку каши, попробовал, потом посолил варево и перемешал.

– Да, вот так лучше… Увидите сами, короче.

Лена положила голову на покрывало и сказала:

– Ната, развяжи мне завязки на спине и принеси "пепси" из рюкзака.

Бесконечно хорошо было вот так валяться на покрывале, под солнышком, намазавшись кремом от загара, зная, что никуда не надо идти и что диплом уже получен и лежит в рюкзаке. Прав был Саныч: для кого угодно училась, но только не для себя. Ну и ладно! Будем жить здесь и сейчас, а сейчас ей было хорошо. Впереди еще три дня лени, музыки в наушниках и летнего солнышка.

Из домика донесся женский визг.

* * *

Лена вскочила. Верх купальника свалился и остался на покрывале, но она не обратила на это особого внимания, просто прикрылась рукой и побежала к домику. Саныч тоже поднялся, заглянул внутрь. Вместе они остановились в дверях.

Стоявшая посреди маленькой комнаты Наташа прижимала ладони к лицу и с ужасом смотрела в дальний от двери угол, а углу слабо мерцал чей-то прозрачный силуэт.

– Что там? – спросил Саныч.

В его голосе явственно слышалось недоумение.

– Не знаю, – тихо ответила Лена. – На привидение похоже.

– Я его не вижу.

– Да и я тоже еле-еле, только общие контуры. Сквозь него доски просвечивают.

Она позвала:

– Наташа! Кто это?

Та испуганно обернулась.

– Не знаю. Я зашла – она уже здесь была.

– Она?

– Да, она. Это женщина.

– Ты что, различаешь это? Опиши ее.

– Что тут описывать? Молодая, волосы длинные, одежды нет… Смотрит на меня.

– Она что-нибудь сказала тебе? – спросил Саныч.

– Нет. Молчит.

– Выходи. Не говори ей ничего и не смотри в глаза.

Девушка выскочила наружу и он закрыл за ней дверь.

– Какая-то чертовщина здесь творится…

Теперь его голос звучал встревоженно.

– Кто это? – спросила Лена еще раз, на этот раз у него.

– Без понятия. Я вообще его… то есть ее, не вижу. Что я могу сказать?

– Домик-то твой, значит и призрак тоже твой.

– Мой!? Я живой пока, слава богу.

– Я имела в виду…

– Я понял, что ты имела в виду. Может быть, это из-за Наты она тут появилась? – он повернулся к Наташе. – Ты ее хорошо разглядела.

Та кивнула.

– Да. Там темно, а она вроде как светится.

– Вы не забывайте, что любой одержимый – медиум, по определению. Твоими глазами смотрит твой демон и ничего удивительного, что призрак видишь именно ты, – он показал на Наташу пальцем. – Так, ладно… Давайте успокоимся, сядем и подумаем.

Он подал пример, сев обратно на скамеечку. Наташа, то и дело испуганно оглядывавшаяся на дверь, пристроилась рядом с ним. Лена, вспомнив, что она почти голая, сходила за рубашкой.

– Что ей нужно? – спросила она вернувшись и застегивая пуговицы. – Зачем она тут?

Голос у нее немного дрожал.

– Не знаю, – ответил Саныч, отрицательно покачав головой. – Можно ее спросить, но подождем пока, не будем спешить. В принципе возможно, что ей и не нужно ничего и что она последнюю тысячу лет здесь стоит. Просто раньше ее не видел никто.

– Ладно. Следующий вопрос: что будем делать?

– Будем посмотреть. Мы ей, как я уже сказал, можем быть и не нужны. Хотя это легко проверить. Открой-ка дверь снова.

Лена потянула ручку на себя и дверь открылась, тихо скрипнув петлями. Призрак был здесь. Переместился и маячил у порога, на границе света и тени, еле заметным пятном.

– Здесь она.

Саныч проследил ее взгляд и кивнул.

– Переместилась. Значит по делу зашла.

– По какому?

– Откуда мне знать? Может быть, кто-то из нас ее при жизни обидел чем-то, или еще что-то не то сделал. Вообще она не слишком опасна, как я думаю, так что не пугайтесь раньше времени. Про привидения много сказок насочиняли, но сама подумай: чем она может нам навредить? Это не демон, а по сути дела такой же человек, как и мы, только гораздо более слабый. Не нашла покоя почему-то и постепенно будет терять силы, пока совсем не растворится. Если конечно мы сами с нею не заговорим.