И имя ей Гроза
Шрифт:
– Сижу под домашним арестом, - легко призналась Нилейн.
– Что ты успела напортачить?
– Почему сразу напортачить? – Нилейн восприняла его фразу в штыки, что было неудивительно.
– Извини, - повинился Аспен.
– Я не подумал.
– Когда мы с тобой встретились в лесу, я улизнула от телохранителей.
Свидание с толпой телохранителей. Аспен представил себе чудесную картинку и чуть не присвистнул!
– Они так мне надоели! – призналась Нилейн.
– Везде за мной ходят, мешают, - девушка печально вздохнула.
– Что тут поделаешь!
– Вот я и сбежала, - похвасталась Нилейнорит.
– И чем это закончилось? Лучше бы пришла к компромиссу с отцом или охраной.
– Думаешь это легко? – спросила Нилейн, и Аспен задумался, озадаченный вопросом.
Не выходило у них нормального диалога.
– Не думаю, - ответил Аспен.
– Я пыталась. Если пришел ругать меня, то уходи.
– Нилейн подошла к окну, водила тонкими пальцами по помутневшему стеклу. В долине просыпался туман, полз разлапистым зверем, обнимал тонкие деревца, карабкался по склонам и живым стенам замка.
– Извини. Ты вернешься? – с надеждой выпалил оборотень.
Нилейн обернулась. Печаль замерла на ее лице, дрожала в широких зрачках, трепетала крыльями в шелковистых волосах.
– Не знаю, - произнесла она.
– Как видишь пока я под арестом. И Ллейда будет рыдать над моими мечтами, - тонкая усмешка скользнула по ее губам.
Аспен смотрел на нее с удивлением. Отчего вдруг она стала такой циничной и пессимистичной? Ему хотелось открыть ее, как запертую дверцу в чулан, где притаились сказки, разобрать по винтику весь механизм загадочной девичьей души.
– Все наладится! – попытался он утешить подругу.
– Если что мы с дракошей примчимся к тебе на выручку!
– Он уже дракоша? – улыбнулась Нилейн, скрестив ноги усаживаясь на ковер и утопая в нем.
– Хм, - Аспен нахмурился, - скорее да, чем нет.
Внезапно Нилейнорит вскочила на ноги. Длинные ушки зашевелились, а лицо приняло неожиданно сосредоточенное выражение. Миг и она метнулась к Аспену и принялась толкать его к окну, причитая:
– Уходи! Они идут, идут! – громкий, взволнованный шепот срывался с ее губ.
– Хорошо, хорошо, - Аспен послушно подошел к окну и распахнул створки.
– Только как я спущусь?
Вертикальная морщинка разрезала лоб Нилейн. Она не успела подумать об этом.
– Тогда прячься, - быстро решила девушка, мечась по комнате смерчем, открывая сундуки, шкафы, думая о наилучшем месте, где Аспена не найдут.
Но Аспен не собирался рисковать и быстренько схоронился в гардеробной Нилейн. Это была огромная зала, увешанная платьями всевозможных расцветок и стилей на одной из стен, а по бокам, заставленная высокими шкафами, в один из которых резвой птичкой и запрыгнул наш гордый сокол. Его решение оказалось единственно правильным, так как вскоре замок едва слышно щелкнул и в спальню вошли.
Аспен, задыхаясь от волнения постарался занавесится одеждой, и при этом, словно злостный токсикоман он испытывал непередаваемую смесь эмоций от тонкого флера духов и естественного аромата эльфийки. Он зарылся лицом в ее платья и затих, чутко прислушиваясь к происходящему за резными дверями. Лишь благодаря обостренному слуху оборотней он слышал голоса и шум шагов.
Нилейн смотрела на вошедших. Это был один из телохранителей и грузная, толстая эльфийка с цепким, злым взглядом.
«Так странно, - удивленно подумала девушка.
– Ведь мы в основном худые. Как ей удалось набрать такой вес? Видимо, генетическая или магическая аномалия».
Эльфийка принюхалась и на ее лице расплылась масленая улыбочка.
– Кто здесь был, госпожа? – спросила она, но в ее голосе не было почтения.
– Никого, - ответила Нилейн.
– Я открывала окно, наверное, ветер занес запахи.
– Ваш отец, глубокоуважаемый и безмерно мудрый Владыка повелел мне продолжить ваше образование, - с пиететом и пафосом изрекла эльфийка.
– Мне остается лишь подчинится его решению, - склонила голову Нилейн.
– Похвальные слова, - у дамы был такой вид, точно она сейчас захлопает в ладоши.
– Меня зовут Ретрелид лер Анес, - приставка лер означала, что эльфийка приближена к высшей власти, Владыке. Те, кто носил приставку эр были простым дворянами, вер – средним, и только тер относились к правящей семье.
Нилейн ответила, из-за всех сил стараясь казаться спокойной:
– Пусть звезды осветят миг нашего знакомства и дальний путь судеб, - красота церемониальных фраз завораживала ее, но в то же время она ненавидела свою обязанность произносить их так часто.
А сердце ее тем временем сходило с ума, грозя перебить стальной каркас ребер.
– Да будет так, - изрекла Ретрелид тер Анес, поклонилась и вместе с телохранителем покинула комнату.
«Ух, пронесло» - Нилейн осела на пол.
Только она не знала, что сейчас Ретрелид несется по коридорам, точно буйвол на врага, дабы сообщить Владыке, что в комнате дочери кто-то был.
Нилейн поднялась на ноги и вновь приоткрыла окно, чтобы свежий воздух убрал всякий намек на запах оборотня.
– Мне пора, - Аспен вышел из гардеробной.
– Ты не против если я превращусь? Смешно, правда, - он заглянул в ее лицо, - что я не догадался так сделать раньше?
Нилейн несмело искривила губы в улыбке:
– Я тоже, не догадалась.
– Бывает, не скучай тут без меня, - он принялся расстегивать рубашку. Нилейн скользнула взглядом по его груди: красивой, без волос, без капли лишнего жира, покраснела и отвернулась.
«А как же иначе?» - мысленно ответила она на его последние слова. Но вместо этого она спросила:
– Что делать с твоей одеждой?
Позади раздалось шуршание:
– Спрячь, вдруг я буду еще прилетать птицей.
– А если найдут?
– А ты спрячь так, чтобы не нашли, - посоветовал Аспен.
Молчание туго натянутой нитью соединяло их, пламенело в сердцах ожиданием чего-то прекрасного, волшебного.
– Пока, - прошептал Аспен.
– Пока, - отозвалась Нилейн.
– Я прикрою тебя иллюзией, а затем она растает.
Сокол взлетел с тихим клекотом, вылетел в широко раскрытое окно и постепенно превратился в маленькую точку, в бледный росчерк пера на хрустальной синеве неба.
Я сжимала в пальцах ручку под столом, обводя подчиненных строгим взором.
– Все знают, для чего мы здесь собрались?