И имя ей Гроза
Шрифт:
Какой все-таки он еще мальчишка, хоть и благородный. Я улыбнулась ему и пошла к выходу из пещеры, но мне не было суждено уйти.
А ведь ничто не предвещало такого финала. Нож вонзился прямо в левое бедро, и я сползла на пол. Боль растеклась алой лужицей по всей ноге, обожгла каленым железом.
Я попыталась подняться, наблюдая за тем, как Юрий обнажает клинок. Зачем ему драться из-за меня? Хотелось крикнуть во все горло: «Стой!», да только это бы ничем не помогло нам.
С верным мечом я шагнула вперед, превозмогая невыносимую боль.
Едкая усмешка скользнула по губам главы. Одним движением он извлек меч из ножен и ударил.
Я парировала, делая шаг влево. Обманный выпад оставил на его рукаве кровавое пятно.
– Ах, погань!
– сквозь стиснутые зубы выдавил мужчина, нападая с удвоенной яростью.
Я отражала все удары, окольными путями двигаясь к выходу, пятясь, ускользая, и когда вожделенный черный круг, выход из пещеры появился перед глазами, услышала крик, и вместо того, чтобы убежать, метнулась к бывшему сопернику через силу. Разогнала половину охотников, ранила двоих, но неизбежно… меня все равно скрутили.
Вы скажете, что я совершила глупость, но как оставить человека, который спас в час беды?
Теперь к рельсам привяжут нас обоих.
Слабое утешение…
К Юрию подошел седой, но все еще крепкий воин, и ударил его по щеке наотмашь. Слово подобно яду гадюки просочилось под кожу:
– Предатель!
– Отец, послушай! – выпалил Юрий, но мужчина оборвал его:
– Не желаю слушать твои жалкие бредни! – и ушел.
Нас обоих швырнули в угол, предварительно хорошо связав, и потушили все факелы, оставив лишь костер и часового.
Я слизнула кровь с разбитой губы. Хорошенько же, меня приложили. Внезапно я почувствовала чью-то дрожь и тихий вздох.
– Эй, ты чего, Юрка? – «Плачет что ли?» - мелькнула мысль.
– Отстань! – буркнул он и отвернулся.
Ну и черт с тобой! – я устроилась поудобнее, решив хоть перед смертью выспаться. Еще не все потеряно. Вдруг, мы успеем спастись?
Нас тащили по лесу. Тащили грубо, тянули за веревки, привязанные к шее, как собак.
Так зубы и чесались впиться во врага. Наверное, это и чувствуют вампиры.
Я всеми силами отгоняла от себя черную тучу отчаяния, застилавшую мой взор.
Самое обидное, солнце ярко сияло, природа пробуждалась после холодной ночи. Какими сочными казались листья и трава, какими нежными цветы! Неужели… это конец?
– Быстрей, кобыла! – меня пнул один из охотников, так что я едва не клюнула носом в землю.
Я щедро окатила его презрением.
– Ты скоро умрешь! – пообещала.
Мерзавец издевательски загоготал.
Мы вышли к железнодорожным путям. Я сглотнула, почувствовав себя внезапно бесконечно слабой и одинокой.
Нет! Нельзя сдаваться! Только не сейчас…
Всю дорогу пришлось трудиться, пытаясь порвать или хотя бы ослабить веревки, но руки освободить так и не удалось.
Надо было бежать. Прямо в лес! И я приступила к свершению «гениального» плана, резко бросившись прямо в сторону так, что поводок вырвался из рук охотника-разини.
– Куда? – взвыл Рэн, бросаясь прямо за мной.
– Стой, мерзавка! Ловите ее!
Я мчалась, как в последний раз в жизни, петляла между деревьями, падала и вновь вставала, а сзади грохотала толпа охотников.
Они пытались меня окружить.
Страх ударил душной волной.
Я вырвалась вперед, несясь все быстрее и быстрее, лишь деревья мелькали перед глазами.
Рана горела огнем
Надо бы превратиться, но как?! Ведь для процесса нужны хотя бы несколько минут покоя.
Они загоняли меня настойчиво и целенаправленно.
Силы мои исчезали, медленно утекали с каждым рывком вперед, как вода в брешь пробитой цистерны.
И наконец, я упала и больше не смогла подняться.
Это была хорошая попытка, выше сил человеческих и оборотнических…
Слабая улыбка искривила мое лицо.
А потом пришла новая боль.
И тогда во мне что-то сломалось…
Нас привязывали к рельсам толстой веревкой, больше похожей на канат. Я смотрела на старания охотников почти равнодушно.
Они сгрудились около рельсов, любуясь на дело рук своих.
– Так тебе и надо! – выплюнул глава.
– Хочу увидеть как вы умрете!
– Сам скоро сдохнешь! – выпалил Юрка с яростью.
Наказания не последовало, лишь мстительный прищур.
– Как бы не так!
– Мишка тебя найдет. И стая, - медленно цедя каждое слово, произнесла я.
– И от тебя, и от вас ни одного живого места не останется! – пообещала я.
– Сегодня ты умрешь…- лишь такие слова заставили меня замолчать. Потому что я в них поверила.
Вдалеке послышался гул, который постепенно все нарастал и нарастал. Железный состав, весящий тонны приближался.
И внезапно, когда я уже перестала надеяться, на дорогу выскочили друзья. Мишка ловко метнул кинжал и глава свалился прямо на землю, рядом с нами.
– Я же говорила, - пробормотала, пытаясь вывернуть шею, чтобы посмотреть, где поезд.
Успеют ли друзья?!
Нервная дрожь прокатилась по телу.
Оборотни бросались на охотников, метя кто куда, и мерзавцы падали на землю, умирая.
Арр скользил по небу, обжигая врагов кислотой и пламенем.
Звон клинков, вопли раненных и стоны умирающих.
И поезд, мчащийся к смерти.
«Помните, поезд мгновенно остановить невозможно» - истерический смех сорвался с моих губ.
Где же они там?!
Я видела, как Андрей бежит ко мне, а за ним Мишка и Рая. Она превращалась на ходу из пушистой рыси в человека.
– Ах так! – выкрикнул охотник, стерегущий нас, увидев моих друзей.
– Ты все равно умрешь! – и резанул меня ножом прямо по горлу.
Я умирала. Кровь медленными толчками покидала мое тело, обагряя разорванное горло. Дрожь, смертельный ужас смерти, потрясал меня.
И даже гудящий вдалеке поезд, несущийся с бешеной скоростью ко мне, уже не пугал. Я чувствовала, что умру до того, как он переедет меня, перемелет кости в мелкий порошок, разорвет мышцы, артерии и само тело, заберет все, что я считала своим.