Чтение онлайн

– И последнее, ученики, - Тенперон окинул взглядом свой класс.
– Вы всегда должны сохранять равновесие магии, иначе магия сама покарает вас.

– Учитель, - хотел я задать давно мучивший меня вопрос, - а что может случиться с магом, нарушившим равновесие?

– Хороший вопрос, - на лице Тенперона мелькнула улыбка, - Николас. Маг может погибнуть, заклинание может обратиться против него самого, или, что самое худшее - мага постигнет безумие. А теперь все свободны, урок окончен.

Повторять дважды не пришлось - все вскочили со своих мест и ринулись вон из класса.

– А тебя прошу задержаться, Николас Датор, - окликнул меня Тенперон.

–Да, учитель, - в классе уже почти никого не осталось.

– Ты мой лучший ученик, Николас. Я хочу предложить тебе посещать мои дополнительные занятия по магии. Ты согласен?
– Тенперон внимательно смотрел мне прямо в глаза.

– Это будет честью для меня, учитель.

– Прекрасно. Тогда сразу после уроков, на северной террасе, там будет ещё несколько учеников. До завтра, Николас, - Тенперон начал перебирать свитки с формулами, словно забыв обо мне.

– До завтра, учитель, - со вздохом облегчения я выбежал из класса.

Класс "Изучения стихий и подготовки к боевой магии" находился на последнем, четвёртом этаже Магической академии Королевства, расположенной высоко в заснеженных Саратских горах, а вот спальни - на первом. Так что мне приходилось идти через всё здание. За стенами академии уже стемнело, и коридоры освещали одни лишь тускло горевшие лампы да чадящие факелы.

Меня поразила одна вещь, когда я шёл по коридору, - тишина. Обычно после уроков по школе бегают толпы учеников, сейчас же был только я один. Когда я начал спускаться по лестнице, меня чуть не сбил с ног бежавший периан - явление редкое и очень странное, ведь обычно они ходят не спеша, если не сказать лениво, с чувством собственного достоинства.

– Поосторожнее, - бросил я ему вслед, отряхивая свои чёрные брюки.

– Не до тебя, - на ходу отвечал периан и забежал в кабинет Тенперона.

Тогда я не придал этому значения…

Коронация Реджинальда Людольфинга была не самой пышной. Некоторые даже называли её убогой. Длилась она не более трёх часов. Сначала прошёл обряд миропомазания в храме Онтара, затем "празднество" перенесли в пиршественный зал королевского дворца.

Зал освещали сотни факелов и свечей. Многочисленные столы были поставлены в форме молний, герба Огнаридов. Молодой король хотел даже в такой мелочи показать преемственность власти. К сожалению, у него получилось как всегда, неуместно, неудобно и несколько глупо. Слуги, разносившие блюда и кувшины с вином, петляли между хмурыми гостями, которых даже красное аркадское не смогло развеселить. И вряд ли тому виной был тот способ, которым расставил столы Реджинальд. Но, во всяком случае, это тоже сыграло свою роль в этом деле.

Молодой король лицом совершенно не походил на отца, а был вылитой матерью, сестрой короля Альфонсо V. Чёрные как смоль волосы были растрёпаны. Лицо было слегка удлинённым, с острым подбородком, длинным и тонким носом и редкими бровями. Зато вот карие глаза были отцовские, людольфингские: их цепкий взгляд оценивал всех пирующих. Реджинальд был слаб глазами, и поэтому всё время щурился, что придавало ему надменный вид. Но молодого короля это не волновало, даже наоборот: он считал, что так он будет только сильнее похож на великих королей древности, о которых Людольфинг так много читал. Ради этой же цели Реджинальд, облачённый в пышную горностаевую мантию с пурпурной каймой, старался сидеть прямо и выглядеть как можно более величественным.

Но ближе к вечеру Реджинальд устал, и даже пошёл на нарушение этикета, осунувшись и опёршись головой на кулак. Слишком молодой для титула короля, Реджинальд, которому буквально неделю назад исполнилось двадцать, начал скучать. Он надеялся, что кузен Фердинанд пусть и не разделит с ним радость, но хотя бы явится на коронацию. Сын Альфонсо никогда не любил государственные дела, часто повторяя, что лучше бы Реджинальд и вправду стал королём огнарским, а ему бы достался титул Первого маршала.

– Проклятые Артуа и Дакрмур, - процедил сквозь зубы Реджинальд, слишком поздно спохватившись, что его слова могут услышать. Пусть эти двоих в столице и не уважали, но они всё-таки были Владетелями, а это что-то да значило.

Именно они, как считал Реджинальд, были виноваты в том, что Фердинанд отдалился от своего двоюродного брата. Теперь его слова, обращённые к нему, были холодными, а глаза - завистливыми.

Но, к счастью для молодого Людольфинга, ни его братья, сидевшие по правую сторону от нового короля, ни придворные не обращали на него внимания. Все они поглощали жареную оленину и красное аркадское.

Реджинальд нахмурился, только тут осознав, что на него почти никто не обращает внимания после первого часа пира. Дворяне и придворные ели, пили уже теперь его еду и вино, шептались о чём-то между собой, но даже не смотрели в его сторону. То же самое было и с братьями Реджинальда, Конрадом, Артуром и Фредериком. Все они были старше него, и до сих пор не могли поверить, что именно их младшему брату достался огнарский престол.

– Ну и пусть, - опять прошептал Реджинальд, продолжая смотреть на пирующих.
– Я вам всем ещё это припомню.

Даже в свои семнадцать Реджинальд отличался сильной злопамятностью и поистине детской обидчивостью. Он мог затаить на человека огромную обиду за сущую мелочь. Но разве это такой уж большой порок для короля огнарского?

– Конечно, нет, - Реджинальд зевнул. И сразу же подобрался, резко оглянувшись по сторонам. Он выглядел совсем не по-королевски, и лучше бы этого никто не заметил. Нет, похоже, все позабыли о Реджинальде, которому даже королевский титул не принёс людского внимания и простого общения.

Молодой Людольфинг мечтал о какой-то мелочи, как человеческое общение, но его мечтам, похоже, не суждено было сбыться. Нет, он, конечно, читал, что у великих королей не было по-настоящему близких друзей, а лишь подданные, враги и временные союзники. Но чтобы подобное случилось и с ним…

– Я вам всем ещё это припомню, - снова прошептал Реджинальд…

Спустившись вниз, на первый этаж, я понял, почему в коридорах не было ни души. Все были здесь, в зале для приёмов, занимавшем половину первого этажа (вторая половина была отведена под спальни учеников). Так вот, всех учеников собрали в приёмном зале.

Я нервно сглотнул: в зале были не только ученики и учителя. У самых стен выстроились королевские воины. Их тут было несколько сотен. На сверкавших в свете тысяч свечей и сотен факелов кольчугах были узкие плащи с вышитым гербом дома Огнаридов. Золотая молния, символ порядка и нерушимости правящего дома, была очень редким гостем в Магической академии. Но вот ноги алых магов, что небольшими группами стояли повсюду: среди учеников, у кафедры, у дверей, поблизости от учителей - ни разу не ступали на мраморный пол зала. Все эти красные мантии, надвинутые на глаза капюшоны, полные ненависти взгляды. Как Гильдия магов ещё терпела их существование?