Чтение онлайн

– Я просто представил себе её, - иллюзорный огонь уже почти потух, у змеи остались лишь слабые очертания, затянувшиеся лёгкой дымкой.
– А потом зачерпнул силы из Кубка и…

– Да, потом ты разжал пальцы, незаметно для самого себя выпуская силы. Как раз то, что и нужно было делать. Но всё равно, получилось слишком грубо: будь поблизости маг хотя бы первой ступени, он почувствовал бы волшбу. Мне потом придётся научить тебя не тратить лишних сил и получше скрывать свою магию. Ну а теперь попробуй снова вызвать свою змею, только пусть она слетит с твоей руки. Сможешь сделать это сейчас?

– Я постараюсь, учитель, - голова уже почти перестала гудеть.

Снова эфир. Следы от моей змеи и вправду остались: еле заметные для меня нити тянулись от пола, где сохранился силуэт змейки, до моих ладоней. И снова я представил огненную гадюку.

Вот нити из Кубка потянулись к моим ладоням, и иллюзорное пламя снова заплясало на моих руках. Я представил, как гадюка сползает на землю, извиваясь несколько мгновений, а потом сворачиваясь в клубок.

Только вот сама она не спешила этого делать, только шипела. Попытался стряхнуть её с руки - ничего, никакой реакции. Пришлось поломать над этим голову. Я попробовал разжать пальцы, отдавая силу змее - снова ничего.

Задумавшись на несколько мгновений, я решил влить в змею ещё немного магии. Несколько взмахов руками - и вот гадюка свернулась на каменном полу, шипя на Тенперона.

– Великолепно, Николас! Мало кто придумал бы быстрее. Но и такие нашлись бы, именно поэтому я должен за эту зиму научить тебя как можно большему. Ты готов к этому?

– Как всегда, учитель, - я едва нашёл в себе силы улыбнуться: словно невидимые кузнецы со всей силы били меня своими молотами по голове, надеясь пробить череп.

– Ты должен отдохнуть, а потом вечером - к графу Беневалю. Он просил, чтобы ты навестил его сегодня. Думаю, снова будет рассказывать тебе про дворян Королевства.

– Как Вы догадались, учитель?

– А что, он это делал? Хм, значит, я угадал. А вообще, что ещё может делать ревенант графа, все предки которого были помешаны на всём, что связано с дворянством: начиная от семейных преданий и заканчивая элементами гербов. Но именно такой учитель тебе и нужен, Николас. Надеюсь, что ты станешь приближённым короля. Если мы, кончено, сможем возвести на престол Фердинанда.

– Я тоже надеюсь, учитель.

– Тогда иди, отдохни: волшебство отнимает слишком много сил.

– Я так и сделаю, учитель, - голова кружилась, но я старался выйти из кабинета как можно более твёрдой походкой.

Едва дверь за мной закрылась, верный кенари подхватил меня под руки.

– Я ещё могу идти, Владек, это всего лишь головная боль.

– Вот потому что Вы ещё можете идти, Вам и нужна помощь. Как думаете, сколько ступенек и поворотов Вы пройдёте сами?
– больше Владек не разговаривал на северном акценте. Неужели магия настолько его изменила?

– Столько, сколько понадобится, Владек, - голова уже почти перестала болеть.

– Вот и славно, - кенари всё равно продолжал меня поддерживать.

Я возблагодарил Тарика, добравшись до своей кровати. Голова уже практически не болела. Просто немного давило на виски. Я закрыл глаза и через несколько минут заснул.

Проснулся я, когда солнце уже почти зашло за Саратские горы. Помню, что мне снился какой-то странный сон, но из него я запомнил лишь фигуру в чёрном балахоне…

Граф Мишель и Карломан Сегюр встретились у Дорожного замка с Реджинальдом. Заранее договорившись, они привели по двадцать воинов каждый: на всякий случай, если кто-нибудь из них попытается устранить противника. Людольфинг вначале страшно нервничал, узнав, что его приглашают на переговоры. Он уже был на пути в столицу, когда прибыл гонец от двух Владетелей с предложением встретиться. Реджинальда терзали сомнения: согласиться - и народ уж точно обвинит своего правителя в слабости. И это будет знаком для других мятежников, что трон под Людольфингами зашатался. Отказаться - и обречь себя на войну ещё с двумя Владетелями. Эр-При уже предал его. Осталось так мало верных короне людей…

И Реджинальд согласился…

Встреча произошла на том самом холме, где Яков Эр-При выкинул маршальский жезл. И Мишель, и Сегюр были в своих обычных латах: ничего лишнего, только выгравированные гербы и отчеканенный на груди девиз.

Реджинальд облачился в парадный доспех: позолота сверкала на солнце, лёгкий снежок хрустел под коваными сапогами, а шлем король держал в левой руке. Два десятка особистов шли сзади него, выстроившись полукругом.

– Ваше Величество, - Карломан ухмыльнулся, кивнув головой в знак приветствия.

–

– Реджинальду не осталось ничего другого, кроме как стараться не замечать этого. Королём в этих землях он оставался лишь на словах.

–

– Король, - Мишель и вовсе держался нагло. И даже не кивнул.

– Приветствую вас, Владетели, - обычное королевское приветствие.

– Я хотел бы сказать, что мы несказанно рады принимать короля огнаров на земле графа Мишеля.

– Я… - голос Реджинальда дрожал, - бы хотел обсудить условия нашего договора.

Только бы сердце в очередной раз не заболело. Почему оно стало так его мучить? Но ни в коем случае нельзя обращаться к лекарю! Это точно угробит короля…

– Я бы сказал, мира, Ваше Величество, - Карломан был довольно-таки искушён в дипломатии: многолетние переговоры и отношения с Конфедерацией мидратов располагало к этому.

– Так что лучше не будем церемониться, - Филипп сверкнул глазами, - и перейдём к условиям мирного договора.

– Я готов, Владетели.

– Великолепно! Во-первых, мы требуем независимости…

– Я не ослышался? Вы требуете независимости?
– Реджинальд нервно засмеялся.
– А что вы скажете насчёт моих армий? Восемьдесят тысяч воинов не так-то просто остановить, особенно если они точно такие же огнары.

Может быть, сработает? Должно, просто должно сработать! Мятежники

– Ну, пока что мы не видим этих восьмидесяти тысяч, - Карломан улыбнулся.
– Всего лишь остатки Южной армии. Не забывайте, что этих воинов надо чем-то кормить. В столице и окрестностях хватит запасов, ну, месяца на два-три. Это известно и последнему нищему. Почти всё зерно южного Королевства в наших руках.

– Я понял, - плечи Реджинальда поникли.

Зерно было главным козырем Карломана и Филиппа. Из-за нехватки хлеба в столице, которая обязательно будет в случае, если война затянется, Людольфинги могли лишиться короны. Ну, ещё и армии, но это мелочи.