Из страны, где солнца светЛьется с неба жгуч и ярок,Я привез себе в подарокПару звонких кастаньет.Беспокойны, говорливы,Отбивая звонкий стих, —Из груди сухой оливыСталью вырезали их.Щедро лентами одетыС этой южной пестротой;В них живет испанский зной,В них сокрыт кусочек света.И когда Париж огромныйВесь оденется в туман,В мутный вечер, на диванЛягу я в мансарде темной,И напомнят мне онеИ волны морской извивы,И дрожащий луч на дне,И узлистый ствол оливы,Вечер в комнате простой,Силуэт седой колдуньи,И красавицы плясуньиСтан и гибкий и живой,Танец быстрый, голос звонкий,Грациозный и простой,С этой южной, с этой тонкойСтрекозиной красотой.И танцоры идут в ряд,Облитые красным светом,И гитары говорятВ такт трескучим кастаньетам,Словно щелканье цикадВ жгучий полдень жарким летом.Июль 1901Mallorca. Valdemosa
Париж
1. С Монмартра
Город-Змей, сжимая звенья,Сыпет искры в алый день.Улиц тусклые каменьяСиневой прозрачит тень.Груды зданий как кристаллы;Серебро, агат и сталь;И церковные порталы,Как седой хрусталь.Город бледным днем измучен,Весь исчерчен тьмой излучин,И над ним издалека —По пустыням небосклона,Как хоругви, как знамена,Грозовые облака…И в пространство величаво,Властной музыкой звуча,Распростерлись три луча,Как венец… (Твой образ – Слава!)И над городом далечеНа каштанах с высоты,Как мистические свечи,В небе теплятся цветы…<1904–1905>
2. Дождь
В дождь Париж расцветает,Точно серая роза…Шелестит, опьяняетВлажной лаской наркоза.А по окнам, танцуяВсе быстрее, быстрее,И смеясь и ликуя,Вьются серые феи…Тянут тысячи пальцевНити серого шелка,И касается пяльцевТоропливо иголка.На синеющем лакеРазбегаются блики…В проносящемся мракеЗамутились их лики…Сколько глазок несхожих!И несутся в смятеньи,И целуют прохожих,И ласкают растенья…И на груды сокровищ,Разлитых по камням,Смотрят морды чудовищС высоты Notre-Dame…<Февраль 1904>
«Как мне близок и понятен…»
Как мне близок и понятенЭтот мир – зеленый, синий,Мир живых, прозрачных пятенИ упругих, гибких линий.Мир стряхнул покров туманов.Четкий воздух свеж и чист.На больших стволах каштановЯрко вспыхнул бледный лист.Небо целый день моргает(Прыснет дождик, брызнет луч),Развивает и свиваетСвой покров из сизых туч.И сквозь дымчатые щелиПотускневшего окнаБледно пишет акварелиЭта бледная весна.<1902>
«Осень… Осень… Весь париж…»
Осень… Осень… Весь Париж,Очертанья сизых крышСкрылись в дымчатой вуали,Расплылись в жемчужной дали.В поредевшей мгле садовСтелет огненная осеньПерламутровую просиньМежду бронзовых листов.Вечер… Тучи… Алый светРазлился в лиловой дали:Красный в сером – это цветНадрывающей печали.Ночью грустно. От огнейИглы тянутся лучами.От садов и от аллейПахнет мокрыми листами.<1902>
«Огненных линий аккорд…»
Огненных линий аккорд,Бездну зеркально-живую,Ночью Place la Concorde,Ночью дождливой люблю я.Зарево с небом слилось…Сумрак то рдяный, то синий,Бездны, пронзенной насквозьНитями иглистых линий…В вихре сверкающих брызг,Пойманных четкостью лака,Дышит гигант – ОбелискРозово-бледный из мрака.<1903–1904>
«Закат сиял улыбкой алой…»
Закат сиял улыбкой алой.Париж тонул в лиловой мгле.В порыве грусти день усталыйПрижал свой лоб к сырой земле.И вечер медленно расправилНад миром сизое крыло…И кто-то горсть камней расплавилИ кинул в жидкое стекло.Река линялыми шелкамиКачала белый пароход.И праздник был на лоне вод…Огни плясали меж волнами…Ряды огромных тополейК реке сходились, как гиганты,И загорались бриллиантыВ зубчатом кружеве ветвей…<Лето 1904>На Сене близ Мэдона
«В серо-сиреневом вечере…»
Анне Ник. Ивановой
В серо-сиреневом вечереРадостны сны мои нынче.В сердце сияние «Вечери»Леонардо да Винчи.Между мхом и травою мохнатоюКлюч лепечет невнятно.Алым трепетом пали на статуюЗолотистые пятна.Ветер веет и вьется украдкамиМеж ветвей, над водой наклоненных,Шевеля тяжелыми складкамиШелков зеленых.Разбирает бледные волосыПлакучей ивы.По озерам прозелень, полосыИ стальные отливы.И, одеты мглою и чернию,Многострунные сосныНавевают думу вечернююПро минувшие весны.Облака над лесными гигантамиПерепутаны алою пряжей,И плывут из аллей бриллиантамиФонари экипажей.<2 июля 1905>В Булонском лесу
«На старых каштанах сияют листы…»
На старых каштанах сияют листы, Как строй геральдических лилий.Душа моя в узах своей немоты Звенит от безвольных усилий.Я болен весеннею смутной тоской Несознанных миром рождений.Овей мое сердце прозрачною мглой Зеленых своих наваждений!И манит, и плачет, и давит виски Весеннею острою грустью…Неси мои думы, как воды реки, На волю к широкому устью!1905
«В молочных сумерках за сизой пеленой…»
В молочных сумерках за сизой пеленойМерцает золото, как желтый огнь в опалах.На бурый войлок мха, на шёлк листов опалыхРосится тонкий дождь, осенний и лесной.Сквозящих даль аллей струится сединой.Прель дышит влагою и тленьем трав увялых.Края раздвинувши завес линяло-алых,Сквозь окна вечера синеет свод ночной.Но поздний луч зари возжег благоговейноЗеленый свет лампад на мутном дне бассейна,Орозовил углы карнизов и колонн,Зардел в слепом окне, златые кинул бликиНа бронзы черные, на мраморные лики,И темным пламенем дымится Трианон.1909
«Парижа я люблю осенний, строгий плен…»
Парижа я люблю осенний, строгий плен,И пятна ржавые сбежавшей позолоты,И небо серое, и веток переплеты —Чернильно-синие, как нити темных вен.Поток всё тех же лиц – одних, без перемен,Дыханье тяжкое прерывистой работы,И жизни будничной крикливые заботы,И зелень черную, и дымный камень стен.Мосты, где рельсами ряды домов разъяты,И дым от поезда клоками белой ваты,И из-за крыш и труб – сквозь дождь издалекаБольшое Колесо и Башня-великанша,И ветер рвет огни и гонит облакаС пустынных отмелей дождливого Ла-Манша.1909