И мы обязательно встретимся…
Шрифт:
Эти блокноты, которые нашел вчера, стояли с видео дочки, самыми ранними, начиная с возраста нескольких месяцев. Раннее – ранний цикл?!
От родителей я забрал аккуратно написанные тобой поздравления, семь открыток со стихами, обращенными к твоей маме. Вот так!
12.12.2005
Фото, которое я забрал у родителей, оно с датой! Это не значит, что мы не могли фотографироваться в тот день, вовсе нет – значение имеет само фото – несколько расплывчатое, затуманенное, нечеткое, с твоим очень задумчиво-усталым выражением лица, с этой самой загадочной улыбкой, которая может все!!! Дата – 16.08.2000 г. Начало нового тысячелетия! Август!
На Крите, в ресторане, откуда будут фото из твоего мобильного телефона, мы были 15 августа, за один день до 16-го числа. Дочка сидит за столом ресторана, как будто окруженная каким-то божественным светом!.. Это были Знаки, которые мы не замечали?!
18.12.2005
14:35. Ровно месяц после похорон, прошло около полутора часов, как на могилу положили последний цветок.
Сегодня я попросил Митрофановну погулять с Асей в воскресенье. Мы начали гулять с полудня, катать снеговиков во дворе, затем я потихоньку ушел. Взял асемобиль и поехал за цветами, а потом в церковь на кладбище, как всегда поставил три свечки: Ася, Маша и я, папа Костя.
Потом поехал к тебе. Могила вся в белом, только что выпавшем, чистом снеге и… темные бордовые розы на нем. Мы с тобой! И любим тебя!
Как у Гарсиа Лорки в «Осенней песне»:
Снежинки души – поцелуии целые сцены порою;они во тьме, но сияютдля того, кто несет их с собою.На розах снежинки растают,но снег души остается,и в лапах бегущих летон саваном обернется.15:20. Я сделал сегодня тебе подарок: уже отпечатанные стихи вложил в файлы, чтобы видеть объем, еще не все, в этом варианте – сорок пять!
Но количество отпечатанных страниц совпало с произвольно взятой папкой с файлами – их было сорок пять штук!
21.12.2005
Сегодня первый раз не был в церкви на кладбище, я был на кафедре! Наконец-то встретился с Людмилой Николаевной Кононовой и с Марией Марковной Ягнетинской. Поделился с Людмилой Николаевной мыслями об издании Ирочкиных стихов! Одни восклицательные знаки. У нее есть интересные и душевные заметки от Ирины, а Мария Марковна сказала, что Ира подарила ей открытку на день учителя с очень трогательными словами – можно вставить в эпизоды воспоминаний. Кононова вспомнила слова Ирины об отпуске, когда та не спала ночью, смотрела, не откатывается ли волна от побережья, не надвигается ли цунами. По ее предположению, у Ирочки было ощущение Чего-то, словно она чувствовала Что-то…
…Горит свеча, которую мы ставили с ней.
К космическому пифагоризму…
Мама моего отца Татьяна Ефимовна родилась 7 января. Мама мамы моей жены Аграфена Васильевна родилась 7 июля. Мама моей жены Людмила Григорьевна родилась 7 ноября. Папа моей мамы Алексей Васильевич умер 7 ноября. Жена ушла, впала в глубокую кому 7 ноября.
Что это? Спирали Судеб?
7 ноября в осажденном Ленинграде умер от голода отец моей мамы Алексей Васильевич, военврач, прошедший всю Финскую войну. Его жена, моя родная бабушка Клавдия Петровна, у которой зимой 1941–1942 гг., с ноября по февраль, в блокадном Ленинграде умерло от голода пять самых близких родственников – муж, тетушка, двоюродные братья, племянник, осталась в блокаду с двумя детьми – Ниной и Лелей. Одной было четыре, второй два годика. Они пережили блокаду! Она спасла своих дочек в этом аду.
Конец ознакомительного фрагмента.