И нет у него тайн
Шрифт:
Девушка стыдливо спрятала руки под фартуком.
— Да ничем, пан лекарь, что вы, право? Ну, смазала я его на ночь барсучьим салом, что ж тут такого?
— А, вот в чем дело! — лекарь наконец вздохнул облегченно. — Ну-ка, покажи.
Марта вынула небольшую деревянную плошку и подала лекарю.
— Вот. Там еще травки разные добавлены, меня бабка научила.
Молодой лекарь опасливо понюхал желтоватую смесь. Запах был преотвратный. Стефан тоже поднес ее к носу, но немедленно зажал его.
— Уфф, ну и гадость...
— Главное, что помогает, пан Стефан, — благоразумно заметил лекарь.
Винс во время всей этой беседы лежал и переводил взгляд с одного на другого. На его губах блуждала счастливая улыбка. О нем здесь так заботились, что даже дома так не всегда получалось.
— Ну что же, — наконец подвел черту лекарь. — Еще день-два, и можно будет выйти погулять ненадолго. А уж солнце его и вовсе на ноги живо поднимет!
— Благодарю. Если нет больше никаких замечаний, ты можешь идти, — сказал Стефан лекарю и тот не замедлил покинуть комнатку.
— А теперь..., — Стефан хитро прищурил глаза. — Марта, что там у тебя к завтраку?
— Вам, пан Стефан, уже в обеденном зале стол готовят. Уж повара расстарались.
— Я не про себя спрашиваю. Чем ты собиралась Винса кормить?
Марта удивилась, но ответила:
— Да сготовила потрошка куриные, суп наварила.
— Вот и славно. Подавай-ка их сюда. Я буду сам его кормить!
— Ой, да Бог с вами, пане! Или я сама не накормлю хлопчика?
— Не перечь! Сказано, подавай миску!
Стефан был настроен весьма решительно и никто ему не смел слова поперек сказать. Служанка налила в глиняную миску ароматный янтарный суп и подала Стефану. Он взял ложку и поднес ее ко рту удивленного донельзя Винса.
— Так, открывай рот.
Винс глотнул горячего супа, не сводя глаз с улыбающегося Стефана. А тому понравилось новое развлечение. Он кормил Винса с таким явным удовольствием, что даже Марта едва сдерживалась от смеха.
Едва миска опустела, Винс откинулся назад, расправляя наполненный досыта живот и отдуваясь.
— Спасибо, — сказал он и вытер масляные губы ладонью.
— А теперь, — Стефан вернул пустую миску Марте. — Теперь мы будем с тобой разговаривать. Ты мне расскажешь про свой дом, а я попробую понять, где же он находится.
— Ладно, — кротко согласился Винс.
— Твой отец знатного рода? — задал Стефан давно беспокоивший его вопрос.
Винсент задумался, потом нехотя ответил:
— Я не знаю... Пожалуй, нет... У нас нет знатных, у нас все обычные.
— Хм, странная какая деревня. Чем он занимается, твой отец?
— Землю пашет, охотится. Еще рыбу ловим...
— М-да-а, — протянул Стефан. — Жаль... Значит, ты мне не ровня... Тогда вот что... Будешь моим слугой. Понял?
— Как это?
— Как... Очень просто. Будешь выполнять все, что велю.
Винс снова умолк. Он еще никогда не был в услужении. Хотя... Почему не был? Он ведь служил несколько дней у конунга Харальда Одноглазого! А тот был гораздо хуже и страшнее, чем Стефан! Так почему бы и не послужить? Винс привык отвечать добром на добро.
— Я согласен служить тебе, — произнес он.
Стефан просиял. Он был доволен таким исходом. Теперь Винс будет жить в его поместье на законных правах и шляхетский статут не пострадает.
И все же болезнь дала о себе знать — слабость вновь настигла Винса и на лбу выступила испарина. Стефан не упустил это из виду и обеспокоенно спросил:
— Что с тобой? Хуже стало?
— Нет... Просто... устал чего-то, — слабо сказал Винс.
— Все-все, быстренько спать! И чтоб до обеда! Понял?
— Да...
Стефан заботливо укрыл мальчишку белым покрывалом. Винс умудрился поцеловать его руку, что случайно мелькнула у подбородка. Стефан же в ответ потрепал его по щеке и удалился.
Начинался первый день без отца...
Глава одиннадцатая
Наутро Стефан, как обычно, занимался с учителем — занятия ведь никто не отменял. Но мысли Стефана витали где-то за тридевять земель, в далекой снежной Московии. Конечно, она представлялась Стефану снежной, хоть вокруг еще было в полном разгаре лето. Там, на белых холодных полях бородатые мужики в кафтанах махали окровавленными топорами и вилами, сражаясь с его отцом.
Отвечая учителю невпопад, Стефан быстро вывел его из себя и был отпущен на все четыре стороны.
Сделав вид, что ему ужасно не хочется расставаться с учителем, Стефан выбежал во двор и первым делом решил навестить Винса. Как он там провел ночь?
Осторожно заглянув в комнатку, Стефан удивленно поморгал — там было пусто! Та-ак, начинается, ну и куда он подевался? Стефан вошел внутрь, окликнул:
— Эй, есть кто живой? Винсент, Марта, вы где там?
Под кроватью кто-то зашевелился и показалась лохматая голова Винса. Он привычно улыбнулся и сказал:
— Доброе утро! А у меня тут кружка убежала!
— Я смотрю, от тебя не только кружки, но и служанки убегают, — пошутил Стефан. — Куда Марту подевал?
— Она на рынок ушла, хочет гуся купить. Говорит, лучше его печенки и жира ничего от болезней всяких нету. Сразу силы прибавятся.
— Это правда, — согласился Стефан. — А сейчас-то у тебя силы есть? Пора на улицу нос высунуть!
У Винса так заблестели глаза, что даже комнатка озарилась.
— Вот здорово! А то мне так уже здесь надоело, ну просто настоящий погреб! Ой, прости пожалуйста, я снова глупость ляпнул...
Мальчишка искренне огорчился и его вид показался Стефану таким уморительным, что он не удержался от смеха.
— Правильно, это я виноват, сунул тебя в погреб, как мешок с капустой! Вот и пошли скорей на солнышко, будешь отогревать косточки.
Винсент наконец выполз из-под кровати, позабыв там кружку-беглянку, и заоглядывался.
— Ну, что еще не так? — нетерпеливо спросил Стефан.
— А что мне надеть? В этом идти?
Винс был в длинной, до полу, ночной сорочке.