Чтение онлайн

— Добро. Ваша ведьма…

— Да какая ж она наша-то?

Веренир со стуком поставил на стол металлический кубок с красным вином, которое он лишь пригубил. Часть напитка расплескалась. Его собеседник в момент притих и как-то весь поник. Но маг неожиданно смягчился.

— Будешь? — он пододвинул кубок мужику. Тот недоверчиво глянул на десницу, но соблазн был слишком велик. Когда ещё удастся княжеского вина попробовать?

Очень скоро чаша опустела. Маг без слов налил ещё из стоящего на столе тяжёлого кованого кувшина, инкрустированного рубинами, и кивнул гостю, мол, пей. После второй мужик явно повеселел. Сел свободнее. Разговор пошел на лад.

— Так чегой-то я? А, ясно, как день, ведьма околдовала человека божьего. Не дело это в храме ей появляться. А он и рад стараться. Эхрес-то наш ее и близко не пущал.

Веренир приподнял брови. Мужик пояснил:

— Ну, старый жрец, помер недавно.

— И что дальше?

— А дальше ведьма девку логовскую сгубила. У всех на глазах! Ох, и красивенная была! — гость нарисовал в воздухе два арбуза в районе своей груди. Веренир нетерпеливо покашлял. Прямо сейчас его мало интересовали женские прелести.

— Как?

— Так к нам скоморохи приезжали, забава та ещё! Весь город на площади собрался, народу — тьма. Ведьму шут из толпы выхватил и корону их шутовскую дать хотел. Ну, на ней же не написано, что она колдунья! С виду девка себе и девка, рыжуха, — рассказчик так откровенно косился на кувшин, что не понять намека мог только слепой. Но Веренир не поддавался на это и демонстративно отставил сосуд подальше. Его собеседник вздохнул, но продолжил.

— Ну, навроде как княжной красоты чтоб у них побыла.

Княжной красоты? Что-то тут не сходится. Зачем красивой девице "становиться" ведьмой? Ее даже без приданого замуж возьмут горожане из тех, кто побогаче. В то, что у нее действительно есть дар, маг по-прежнему не верил.

— Допустим. Что потом?

— А та другая девка бойкая оказалась, не захотела ведьме поганой почет уступать. Рядом тогда стояла. Корону вырвала и сама на подмостки взбираться стала. А ведьма-то глазищи выпучила, руки растопырила, заклинание значится выкрикнула, аж на небе громыхнуло! А та хрясь — вниз головой с высоты об камень, — мужик с размаху саданул по столу.

Веренир удивлённо поднял брови. В записке от местного головы этого не было. Только "бьём челом, спасите, помогите, ситуацию дурную разрешите". Тем временем мужик вошёл во вкус.

— И все, хана девке. Лежит, не дышит, кровища так и хлещет. А ведьма схватила ее и сидит смеётся. А потом вскочила, в свое логово убежала!

Маг покачал головой. Это было настолько лишено всякого смысла, что либо мужик внаглую врал, либо так называемая ведьма просто спятила. Люди не любят никого, кто отличается от них. По большому счету их терпят до первого большого промаха. Сколько уже случалось таких самосудов в княжестве — не сосчитать. Конечно, был ли кто-то из них действительно наделен даром, десница знать не мог, но очень в этом сомневался.

Что было после, Веренир уже знал из письма. Народ собрался и поджёг женщину прямо в ее избе, а жрец кинулся за ней, хотя было ясно, что уже бесполезно. Глупый. Очень-очень глупый поступок. Хорошо, сам жив. Хотя вряд ли теперь он останется жрецом. По крайней мере, в Тихом Логе. Это уже будет решать верхушка духовенства. Конечно, к княжескому совету они прислушаются. А князь — к совету десницы.

Теперь же этот идиот (жрец, не князь, конечно!) объявил, что на рассвете проведет поминальную службу по ведьме. Об этом тоже говорилось в письме. Да рассерженные жители съедят его за это с потрохами! А ведь некоторые наверняка станут его защищать. В итоге поубивают друг друга. Так всегда в вопросах религии, будь она неладна! А виновата, как всегда, будет ведьма. В свою очередь храмовники не смогут просто так оставить смерть или увечье жреца, хотя и глупого. Но… Как есть. Ситуация скверная, скандал может разразиться такой, что полетит не одна голова. И не известно ещё, фигурально ли. Веренир всеми силами старался не допускать подобных ситуаций, особенно с участием своих "коллег", пусть даже они по сути таковыми не являлись. Рано или поздно волна недовольства докатится и до него, и тогда… Впрочем, о том, что будет "тогда" времени размышлять уже не оставалось.

— Вели седлать мне лошадь, — обратился он к писарю, все это время беззвучно стоявшему в углу. — Я еду в Тихий Лог.

Оставалось только поговорить с шуйцей* [буквально: левая рука] князя, который заведовал стражей, чтобы тот выделил ему несколько человек в охрану — и в путь. Нужно успеть до рассвета. По правде говоря, Веренир и сам прекрасно справился бы с любой опасностью, но княжеская стража всегда вызывает благоговейный трепет у обычных селян. А это как раз то, что ему сейчас необходимо. Не допустить ещё большего кровопролития. Пусть мертвой останется только эта злополучная ведьма. Признаться, маг был заинтригован и даже немного сожалел, что уже не узнает, действительно ли она владела даром?

***

В храме было до звона в ушах тихо. На алтарных колоннах, где огонь по обычаю поддерживался день и ночь, догорели и погасли жертвенные поленья. Лишь один светильник со свиным жиром выхватывал несколько локтей у темноты, образуя желтый круг света.

На широкой каменной скамье неподвижно лежала молодая рыжая женщина, хотя былой красотой ее волосы сейчас не отличались: часть сгорела, другая была спутана и грязна. Одежда и руки перепачкались копотью. Но самое страшное — лицо. Правая сторона и нос остались не тронуты, но на левую больно было смотреть. От середины щеки на шею спускались безобразные ожоги, местами кожа лопнула и обгорела до черноты.

У скамьи, прямо на полу, прислонившись к ней спиной, сидел мужчина. Он опустил голову между коленей и не двигался. Близился рассвет. Жрец забормотал. Разобрать что-то, кроме слов «моя вина», было почти невозможно. Пламя светильника вдруг заплясало от внезапного сквозняка. Однако жрец, поглощённый своими мыслями, этого не заметил.

— Ты совершенно прав. Это твоя вина, — услышал он сзади ровный мужской голос. — Ты — идиот.

Григ даже не поднял головы. В круг света вошел высокий мужчина. Хотя больше ничего о нем сказать было нельзя: длинный темный плащ с широким капюшоном скрывал все остальное. Жрец молчал.

— Ты привлек к себе и к ней ненужное внимание. Этого делать не следовало! — тон был властный и обличающий. Незваный гость пропустил сквозь пальцы в кожаной перчатке один из локонов ведьмы и небрежно уронил его обратно.

Жрец только издал какой-то неопределенный звук между стоном и всхлипом.

— Ты — идиот.

— Повторяешься, — прохрипел Григ, не поднимая головы, — голос плохо слушался его сейчас.

— Я готов был бы повторить ещё пару дюжин раз, если бы это как-то спасло ситуацию. Только теперь уже ничего не исправишь. Каких трудов стоило назначить именно тебя, именно сюда — и все псу под хвост! — Мужчина медленно вышагивал от одной стены к другой. — Удовлетвори мое любопытство. Признаться, это не даёт мне покоя. Ответь, как человек, настолько дороживший своей репутацией и должностью, что поддался на шантаж лишь бы руководство не узнало о твоей пагубной привычке тратить время и деньги на карты, кости и петушиные бои. Какого лешего ты так открыто показал свое расположение к этой девке? Не мне тебя учить, как приличные жрецы относятся ко всему этому колдовскому сброду, — он особенно выделил слово "приличные", давая понять, что Григ в их число явно не входит.

Жрец долго молчал.

— Ну? Что ты на это скажешь?

— Ей нужна была чья-то поддержка. Не просто тайные встречи. А настоящая опора. Человек, на которого она могла бы положиться, который сказал бы, что она все делает правильно.

— Что за чушь? — перебил его собеседник. — С каких это пор ты стал таким сентиментальным? — он сделал паузу. — Да ты никак влюбился?!

— Замолчи! — вдруг вскочил жрец. Его одежда была порвана в нескольких местах и вся в пятнах грязи, копоти и крови. — Убирайся отсюда! Можешь катиться, куда угодно. Хоть к своему начальству, хоть к моему, хоть к демону в задницу! Теперь уже все равно!