И придет Он
Шрифт:
— Впечатляет. Откровенно скажу, не ожидал такое увидеть.
— Я же говорил. А ты как думал, мы тут в глуши, за тысячи верст от столицы, только отверточной технологией занимаемся и японские драндулеты собираем? Нет, дружище, Кроль бизнесмен, но с мозгами. Сразу сообразил, что без новых идей жить можно, но, чтобы хорошо жить, не имея при этом нефтяного краника, надо заниматься высокими технологиями. Для этого собрал нас, дал денег и, как видишь, результат на лицо.
— Хорошо, а вы запускали установку, получили какие-то результаты?
— Разумеется. Ты же смотрел отчеты. Третью неделю уже обкатываем. Плазмоидное образование возникло и просуществовало более десяти секунд. А ведь это только начало. Если удастся удержать его в стабильном состоянии длительное время, получим возможность для снятия показаний, а это шаг к тому, чтобы понять его структуру, свойства, возможности.
— И как ты представляешь его практическое применение?
— Пока проводим чисто теоретические исследования, но в перспективе есть кое-какие размышления.
— Например?
— Использование в авиации и создание кораблей с гиперзвуковой скоростью. Я уже не говорю о том, какие возможности откроются в других сферах, например при запуске космических кораблей. А дальше и загадывать трудно. Перспективы могут оказаться такие, о которых мы пока и не догадываемся.
— Что же, весьма и весьма интересно. Дай-ка мне документацию, я еще раз посмотрю на принципиальную схему, которую вы использовали при модуляции тока.
Илья углубился в изучение чертежей, потом внимательно посмотрел на математические выкладки, после чего взглянул на результаты экспериментов.
— А когда собираетесь провести следующую серию испытаний?
— Меня ждали. Я в Москву ездил на завод Хруничева. Мы у них кое-что заказали. Сроки прошли, а они никак, вот и пришлось срочно вылететь, чтобы на месте решить проблему.
— И как, решил?
— Обещали на этой неделе выслать, я потому поездом и поехал обратно, что спешки не было.
— Да, очень интересно, — размышляя о чем-то своем, произнес Илья и снова приник к чертежам.
Вячеслав искоса посмотрел на него и, усмехнувшись, тихо произнес:
— Нет, ну точно, каким был, таким и остался. Как сейчас помню, прилипнешь к чему-то интересному и всё, тебя не оторвать.
— Ладно, ты того, иди своими делами займись, а я пока посмотрю. Мне надо четко всё представлять, а не в общем.
— Понял. Пойду, переговорю с Кролем по поводу твоего зачисления к нам в лабораторию. Не возражаешь?
— Что? А, нет, давай…
Кроль принял Илью спустя два часа, в своём роскошном директорском кабинете. Как показалось Илье, когда он здоровался, Кроль не узнал его. Впрочем, он тоже, как не силился, не смог припомнить в человеке, сидевшем напротив него в кресле за громоздким столом, однокурсника по институту. Выглядел Кроль, как и подобает удачливому бизнесмену, элегантно. Каждая деталь гардероба подчеркивала, что вещь куплена в дорогом бутике.
— Значит, Америка не смогла достойно принять и оценить ваш талант? — произнес Кроль и с прищуром посмотрел на Илью.
— Да как сказать…
— А вы как думали, вас там с распростертыми объятиями ждут?
— Да нет, я ничего не думал…
— И всё же поехали. Бросили Москву, институт и рванули?
— На то были свои обстоятельства, — мрачнея от ненужных на его взгляд вопросов, произнес Илья.
— Ну да Бог с ней, с этой Америкой. У нас тут своя, ничуть не хуже. Иванцов мне дал о вас самые лестные рекомендации. Так что могу предложить работу в лаборатории, если есть, конечно, желание?
— Поэтому и приехал.
— Вот и отлично. Будем считать, что вы зачислены. А раз так, то сразу перейдем к деловой части. Установку видели, документы смотрели, есть результаты, и, я надеюсь, будут еще, и гораздо интереснее. Но, я не филантроп, а бизнесмен, и поэтому, если хотите у меня работать, вот контракт, — и Кроль пододвинул в сторону Ильи лист с текстом договора на котором не хватало только подписей.
— Еще один, — мысленно произнес Илья, и, взяв документ, бегло его прочел.
— Мне надо это подписать?
— Если вопросов нет, то да.
— Вы же сами сказали, бизнес есть бизнес. Любое запатентованное изобретение вне зависимости от числа сотрудников, записанных при оформлении документа, дают вам право на пятьдесят процентов всех доходов при продаже или использовании его в последующем. Я согласен.
— В таком случае, прошу, — и Кроль протянул Илье ручку. Подписав экземпляры, Кроль поставил на них свою подпись и один экземпляр вернул Илье.
— Это вам. Ну, что же, будем считать, что все формальности соблюдены. Да, совсем забыл насчет зарплаты. Полагаю, что пятьдесят тысяч рублей для начала вас устроят?
— Вполне.
— Замечательно.
Кроль нажал какую-то кнопку на столе, панель справа от него тихо раздвинулась, и откуда-то из недр стола появились рюмки и бутылка коньяка. Маленькое представление явно было направлено на демонстрацию эффекта, и оно удалось. Удивление на лице Ильи было очевидным. Довольный собой, Кроль наполнил бокалы.
— За плодотворное сотрудничество.
— Спасибо, — скромно ответил Илья и пригубил коньяк.
— Да, кстати, аванс для начала, и Кроль вытащил из кармана увесистую пачку денег.
Илья взял её и, скорее по привычке, спросил:
— Мне надо где-то расписаться?
Кроль громко рассмеялся.
— Нет, ну честное слово, с вами, людьми науки, иногда сложно разговаривать. Некоторые вещи вы воспринимаете как-то… Бога ради извините, но… заторможено. Примите к сведению. Я шеф, кассир и бухгалтер для вас в одном лице. Так что по всем вопросам только ко мне, а не в кассу заводоуправления.
— Понял.
— Замечательно. В таком случае, можете идти и спокойно заниматься наукой. А всем остальным займусь я.
Кроль поднялся со своего кресла и протянул Илье руку. Тот пожал её и направился к двери. Подходя, услышал голос Кроля и потому обернулся.
— Насчет документов не беспокойтесь, я помогу. Для меня это не проблема. Было бы желание и финансовая поддержка, и все вопросы решатся в шесть секунд.
— Спасибо, — Илья вышел из кабинета, осторожно прикрыв за собой дверь. По пути в лабораторию он подумал: «Делец. В полном смысле слова делец. Точно знает, чего он в этой жизни хочет и, как этого добиться. Что уж говорить, можно только по хорошему позавидовать, когда люди чего-то добиваются. Хотя… кто его знает, через что пришлось перешагнуть, чтобы этого добиться? Впрочем, кто бы знал, через что мне пришлось пройти в этой жизни…»