Чтение онлайн

Поэтому по совету Риоты они остановились в таверне, расположенной почти на самой окраине города. Вот только если в Каноку подобные районы, как правило, представляли из себя самые настоящие трущобы, кишащие крысами, бродягами и преступниками, в Йосайе дела обстояли чуть лучше. По крайней мере, здесь можно было пройти по улице и не споткнуться о храпящего в луже пьяницу с разбитым лицом. Впрочем, как метко предположил Белый Лис, вполне возможно, что оные просто не переживают зиму.

Харчевня оказалась на удивление славной — ладное двухэтажное здание, где на первом этаже находились большой зал и кухня, отделенная от него тонкой бамбуковой стенкой, а на втором — не слишком просторные, но довольно уютные спальни. Четыре из которых Кенджи оплатил разом на три дня вперед — так, на всякий случай, если вдруг им придется тут задержаться — чем заметно смягчил нрав хозяина, который поначалу посматривал на гостей довольно косо, но увидев, что у них водятся деньжата, сподобился положить им в лапшу лишний кусок масла.

Поужинав — уже смеркалось и солнце, скрывшееся за серыми облаками, готовилось отойти ко сну — Кенджи оставил приятелей цедить разбавленное пиво, поднялся наверх, скинул сапоги, растянулся на жесткой кровати, покрытой лишь тонкой циновкой, и от нечего делать принялся листать подаренную Атамой книгу.

То оказались записи некого ученого и путешественника Ито Гисукэ, который почти шесть лет тщательно исследовал север и скрупулезно конспектировал все увиденное и услышанное: от обычаев айров до конфликтов между местными родами. И если междоусобные разборки мало волновали Кенджи — вряд ли информация о том, как свара на каком-то пиру чуть не переросла в настоящую войну, в которой мог погрязнуть весь север, сильно ему пригодится — то вот первое было весьма любопытно. К примеру, Кенджи узнал, что некоторые племена варваров — как правило те, что селились неподалеку от вессов и нередко даже торговали с ними — переняли от южан их пантеон и поклонялись им точно также, как и собственным древним богам стихий.

Кенджи и сам не заметил, как провалился в дрему. И сон его выдался весьма тревожным. Он опять переместился в какое-то незнакомое место. На этот раз то было широкое плато расположенное где-то на вершине. Быстрый ветер бил в лицо, заставляя глаза слезиться. Всюду стояли зеркала самых разных форм и размеров — от круглых, едва ли больше ладони, до прямоугольных, возвышающихся над Кенджи на несколько голов — с черной гладкой поверхностью. Позади некоторых зеркал стояли высокие фигуры, кутающиеся в длинные черные плащи и скрывающие лица за широкими капюшонами.

Один из незнакомцев подошел к пьедесталу посреди площадки, на котором лежал невероятно крупный — размером со среднюю тыкву — кристалл глубокого синего цвета с бирюзовыми прожилками. Воздев над ним ладонь, незнакомец начал нараспев произносить какие-то слова на странном наречии. Один за одним фигуры присоединялись к собрату и вот уже в воздухе звучал целый хор голосов. К удивлению Кенджи, он и сам не остался в стороне, словно бы некто нашептывал ему на ухо нужные слоги.

Внутри кристалла загорелся меленький огонек, который с каждым мгновением становился все ярче и ярче. Воздухе вокруг будто бы задрожал, пение становилось все громче, кристалл приподнялся над пьедесталом на несколько ногтей… И потом разлетелся на куски. Все собравшиеся тут же смолкли, словно по щелчку пальцев, незнакомец же, начавший ритуал, судя по всему разразился громкой бранью. Да и сам Кенджи чувствовал глубокую досаду и даже горечь от того, что у них опять не получилось связаться с теми, кто остался…

Кенджи?.. Кто это? Почему он называет себя этим странным именем?

Сзади послышался громкий стук. Он оглянулся, подошел к одному из зеркал, пригляделся и замер. То, что он поначалу принял за собственное отражение, на деле оказалось мерцающим силуэтом с пылающими глазами, которого точно заперли внутри. Размахнувшись, тень что есть мочи ударила по стеклу, будто надеясь пробить себе выход.

Дико заболела голова. Столь сильно, что пред глазами поплыло, а в ушах зашумело.

Тень била все сильнее и сильнее и каждый удар отдавался в висках стуком молота.

Наконец черное стекло треснуло, пошло трещинками и…

Кенджи резко поднялся на кровати, с шумом втянул ртом воздух и огляделся. К счастью, вокруг была все та же тесная комната, пропахшая опилками. В дверь постучали. Натянув сапоги, Кенджи поднял с пола упавшую книгу, положил ее на подушку и подошел к порогу. За ним оказался Кума — донельзя смущенный.

— Прошу прощения, если разбудил, учитель, — пробасил он, глядя на Кенджи сверху вниз.

— Я же говорил — не называй меня… а, ладно, — начал было Кенджи, но потом лишь тяжко вздохнул и тряхнул головой, будто пытаясь стряхнуть остатки наваждения. — Что-то случилось?

— Хозяину только-только привезли бочонок хорошего сакэ, а сам он уже снял с вертелов цыплят и, боюсь, долго не задержится ни то, ни другое.

Спустившись вниз, Кенджи действительно увидал битком-набитый зал, гудевший, словно встревоженный улей. Ясу занял стол в углу, подальше от лишних глаз. Кое-как пробившись сквозь гомонящих людей, Кенджи вместе с Кумой присел рядом с Ясу — и почти сразу же перед ними возникли дымящаяся тарелки и наполненные стаканы.

— Приснился плохой сон? — поинтересовался Ясу, взглянув на Кенджи.

— Угу, — промычал тот. — Я бы даже сказал — отвратный.

— Понимаю, — кивнул Ясу и, немного помолчав, вдруг спросил: — Скажи, а ты задумывался о том, что будешь делать, если одержишь вверх?

— В смысле? — нахмурился Кенджи, вяло ковыряя разварившееся мясо.

— В прямом, — пожал плечами Ясу. — Допустим, тебе удастся настигнуть Жнеца и отправить его на тот свет. Возможно ты даже сумеешь вернуться назад целым и невредимым. А что дальше?

Признаться, столь простая мысль до этого момента просто не приходила Кенджи в голову. Все, чем он жил — месть. Найти ублюдка, лишившего его дома и уничтожить его. Во что бы то ни стало. Потом же… Кенджи с трудом мог представить то, что будет дальше. Разве что… В голове раз за разом всплывало лицо Рэй. Ее голос, ее дыхание на шее. То, как она прикусывает нижнюю губу, когда раздумывает. Но есть ли будущее у чудом выжившего в чудовищной мясорубке воина, случайно приобретшего таинственные силы, и синоби, чья судьба была предопределена ее кланом?

Вряд ли.

— Как говорит мой дядя: прежде чем размышлять о том, за сколько продать шкуру оленя, его необходимо подстрелить, — вмешался в разговор Кума, с хрустом разламывая большую куриную кость, и невольно спасая Кенджи от неудобного вопроса.

— Согласен, — кивнул он, а после огляделся и спросил: — К слову, а где Белый Лис?

— Нашел себе новых друзей, — кивнул в сторону Ясу, не скрывая презрения.

Белый Лис сидел неподалеку в компании пятерки мужей, играющих в кости. Судя по их сочной брани, старику сегодня явно везло, а судя по его красной шее — выигрыш он уже успел отпраздновать и не один раз. После очередного кона Белый Лис таки распрощался с новыми знакомыми и бухнулся между Кенджи и Кумой.

— Сегодня удача явно на моей стороне, — довольно ухмыльнулся Белый Лис. — И половины вечера не прошло, а я уже умудрился вдвое увеличить то, что получил от Окамото. Правда, кажется, те простофили остались не слишком довольны тем, что вообще позволили мне сесть к ним за стол.

— Так может это намек на то, что пора завязывать? — заметил Кенджи. — Портить отношения с местными сейчас — не лучшая идея. Особенно если учесть, что гостей здесь и без того не слишком любят.

— Брось. Когда еще нам доведется хоть маленько развлечься? — махнул рукой Белый Лис, взглянул в пустой стакан и крикнул: — Эй, хозяин, у меня уже глотка высохла, пока ты пойло несешь!

Ясу хотел было что-то сказать, однако вместо этого только выскользнул из-за стола и направился к выходу, пред тем буркнув, что ему необходимо подышать свежим воздухом. Кенджи же не успел даже дотронуться до еды, когда из-за спины раздался чей-то пьяный голос:

— Проклятые южане. Мало того, что разгуливают здесь как у себя дома, так еще и жульничают!

Оглянувшись, Кенджи увидел одного из незадачливых игроков, что прожигал спину Белого Лиса осоловевшим взглядом.

— Если ты позволяешь обдурить себя своими же костями — лучше выкинь их куда подальше, — спокойно произнес в ответ тот.