Чтение онлайн

С одной стороны, такой жести и врагу не пожелаешь. С другой, нечего трогать чужое — будет теперь наука. А самое обидное — в трех шагах от убежища виднелся укрепленный люк в подвал, где на полках сплошными рядами стояли соленья, компоты и домашняя тушенка. Всего три шага отделяли бедолаг от спасения, но они либо замешкались и не сообразили, как лучше всего поступить, либо им попросту не оставили выбора.

— Вашу ж мать… — Смузи опустил оружие. — Зато теперь похаваем от пуза.

— Лично я наелась, — Малири кашлянула в кулак и утерла дрожащие губы. — Идем отсюда.

— А с ними что? — Саяна неотрывно глядела на мертвецов и легонько покачивалась из стороны в сторону. — Так и оставим?

— А какие варианты?! — окрик вожака увел воительницу от грани обморока. — Тут в каждой халупе такие сюрпризы. Предлагаешь всю деревню похоронить?

Девушка шмыгнула и отвернулась, а я никак не мог отвести глаз. Тлен еще не тронул плоть, не исказил лица, и в разгладившихся морщинах легко угадывался возраст. Хозяева едва разменяли седьмой десяток и выглядели крепким и здоровыми. Сибирская природа, суровые морозы и труд на открытом воздухе закалили тело и дух. Это вам не городские пенсионеры, сутками сидящие перед телевизорами и пьющие валидол после каждого выпуска новостей. Эти люди спокойно прожили бы еще лет десять, а то и больше, но Катаклизм поставил крест на их судьбах. Как и на десятках тысяч погибших по всей России, а может и за ее пределами.

Не знаю, как и почему пришла игра, но у виновницы всех смертей и злодеяний есть имя — Цеметра. И я приложу все усилия, чтобы уничтожить эту тварь до того, как вернусь домой и найду в шкафу своих родителей. Не удивлюсь, если поборники специально не убирают тела, чтобы новички во всей красе увидели, что на самом деле представляет собой полуголая красотка с пафосными речами о добре и зле. Во снах эта мразь одна, а в реале — совсем другая. И чтобы не пыталась показать и доказать, никакие зверства «Последнего Рубежа» не сравнятся с ее проделками. И об этом должен помнить каждый, кто с охотой внемлет гнили из змеиной пасти.

— Захар! — позвала эльфийка. — Идешь?

До хруста сжал кулаки, стиснул зубы и быстрым шагом покинул дом. Это надо остановить. Любой ценой. Но если бы знал, с чем вскоре предстоит столкнуться, от боевого запала не осталось бы ни следа.

***

В поисках цели вышли на центральную улицу, вполне разумно рассудив, что посреди деревни уж точно наткнемся на что-нибудь полезное. Где ж этому полезному еще быть, как не в самом сердце локации, однако сколько ни шлепали по асфальту, находили только лужи, грязь и мрак. Но ничего, похожего на разруху и разбой — вполне себе мирное заброшенное поселение, деревня-призрак без каких-либо намеков на вторжение монстров. Но что тогда загнало стариков в шкаф и принудило сидеть там до голодной смерти?

— Где эта гребаная капсула? — Смузи снял шляпу — с полей текло так, что мутные водопады застилали взор.

— Черт знает, — Саяна повертела головой. — Обычно рядом трутся мобы, но в деревне вообще никого нет.

— Что странно, — с опаской произнесла Малири, не сводя взгляда с окутанных мраком домов. — Прихвостни Цеметры обожают падаль. Для них тут шведский стол накрыли, а они спят.

В сердце словно кольнули маленькой ледяной иглой. Я сбился с шага и замер прямо посреди улицы. Внезапная догадка нагнала такого страха, что лапы одеревенели, дыхание перехватило, глаза защипало, а халат раздулся от вставшей дыбом шерсти. Нестепримо захотелось рвануть к ближайшей постройке, закрыть все окна, двери и не высовываться наружу до самого утра. А лучше — до полудня.

— Ты чего? — спутники сразу заметили мой ступор, несмотря на шелест капель в кустах и дребезжание по крышам. Просто мой посох — единственный источник света в подступившей ночи, и стоило оказаться вне тусклого огня, как нервозность накатила и на товарищей.

— Они спят, — дрогнувшим голосом повторил слова подруги.

— Кто спят? — не сразу поняла она.

— Мобы. Забыли, что ли? У некоторых есть фазы — дневная… — судорожно сглотнул, — и ночная.

Соратники не сговариваясь встали кругом и сощурились, но рассмотреть что-либо дальше нескольких метров не представлялось возможным. Стоило только вспомнить о ночных чудовищах, как монотонный шум дождя наполнился скрежетами, треском и гулкими вздохами, будто кто-то тяжелый и неповоротливый вышагивал вдоль заборов, топтал сломанные ветром прутья и задевал плечами доски. Может, воображение разыгралось. Может, не только.

— Да ладно вам ссать! — со злостью произнес лидер. — Капсула всего пятого уровня. Нашли, чего бояться.

— А в прошлый раз была всего восьмого, — ответил Панцу, который после пережитого выглядел мрачнее нависших над нами туч.

— И че теперь? Назад двигаем или ждем до утра?

Могу лишь догадываться, какое решение принял бы отряд, но тут случилось то, что еще долго будет являться в кошмарах. Вдоль обочин загорелись фонари — и уж не знаю, каким чудом уцелели сети и кто вырабатывал ток, но лампы вспыхнули строго по расписанию. Яркие снопы озарили подошедшую с двух сторон толпу — спереди и сзади мерно колыхалось море людей, вот только живым я бы его не назвал.

Мужчины и женщины, старики и молодежь, всего сотни полторы, не меньше. Кожа посерела, как асфальт, из глаз сочилась смола, на шеях и висках вздулись крупные — с желудь — гнойники. И что самое жуткое — сканер их видел, но не мог определить статы и характеристики, выдавая белиберду из символов и букв. Так что это за существа? Люди? Мобы? Нечто среднее? Или ни то, ни другое?

Они вели себя, как тихие слепые зомби, но стоило загореться лампам, все разом запрокинули головы, раззявили рты и взревели. Но в том реве не слышалась звериная ярость, зато отчаяния, смятения и боли — хоть отбавляй. Существа протянули руки и спешно заковыляли к нам, выглядя так, словно хотели не разорвать в клочья, а ухватиться, как за последние нити, связывающие их с реальным миром.

— Охренеть… — выдохнул Хантер.

— Хил по откату, — Смузи вскинул лук. — Всем к бою!

— С ума сошел?! — меня больше пугала не стычка с такой оравой, а непонятный статус несчастных созданий. Что если им еще можно помочь? Что если это — своего рода тест, дающий понять, каким мозгом игрок думает в первую очередь — тем, каким надо, или же спинным. — Их слишком много!

— И что предлагаешь? Мы окружены!

— Вот… городской житель. Уходим огородами!

И бросился к ближайшей калитке. «Зомби» попытались перехватить, неловко кидаясь навстречу и цапая скрюченными пальцами воздух, но с грацией и скоростью пьяниц у них ничего не вышло. В два счета перемахнув через забор, открыл засов и тут же запер, как только соратники шмыгнули во двор. Увы, хлипкая преграда задержала толпу не дольше, чем сугроб — экскаватор, и вопли за спиной нарастали с каждым шагом.

Слепыши толкали друг друга, спотыкались, сносили ведра и лопаты, но и не думали сбавлять темп. Вой позади казался не угрожающим — поймаю и съем, а жалобно-призывным — подождите, не бросайте нас. А сама орда походила на вышедших покурить пассажиров, чей поезд внезапно и стремительно покатил от перрона. И даже упав, страдальцы продолжали ползти, ломая ногти и протягивать к нам руки.

Огороды кончились быстрее, чем я думал. Мы выбежали на окраину — еще метров триста пустырей, а за ними вековечная тайга. И хорошо, если в лесу существа отстанут — просто заночуем под корягами или выворотнем, а утром вернемся на базу: да, получим нагоняй, но хотя бы выживем. А если попрут до конца? Тогда итог один: заблудимся, изголодаем и упадем в радостные объятия преследователей. И разум подсказывал, что даже если моя гипотеза верна, нас ждут вовсе не дружеские посиделки и разговоры по душам.

— Ну и куда дальше, умник? В лес?

Я замешкался с ответом, а Смузи чертыхнулся под нос и натянул тетиву.

— Стой! — встал напротив и поднял ладони. — Не стреляй.

— С какого перепоя?

— Вдруг их можно… — попытался подобрать наиболее подходящее слово, чтобы и донести свою идею, и не показаться при том наглухо поехавшим, — вылечить?

— Ты совсем котанулся? — Вася вылупился, как анимешная девочка. — Это же гребаные зомби!

— Уверен? — настал мой черед нападать. — Сканировать пробовал?