Чтение онлайн

— Пощадить не проси, — угрюмо проворчал военный. — Бабу рыжую и танцы вприсядку — тоже.

— Передайте родителям, что я погиб в бою, — шмыгнул и проглотил застрявший в горле ком, — а не вот так…

Лейтеняша закрыла лицо ладонью и быстрым шагом вышла из комнаты.

— Что ж… — полковник вздохнул. — Это можно. Начнем часа через два. Если передумаешь — только скажи.

— Сдать оружие, — рявкнул охранник на выходе.

Похлопал себя по карманам халата (надо было шмота прикупить, да уже поздно) и развел руки — мол, где ты тут оружие увидел.

— Я уже забрал, — лениво протянул целитель. — Теперь выйди из отряда и заблокируй своих дружков. Потом покажешь игнор-лист — и только попробуй что-то в нем поменять.

Вызвал голографическую панель и коснулся клавиш. Для обычного человека это выглядело так — я замер, как парализованный, сощурил левый глаз и водил пальцами перед собой. Солдат от такого зрелища отошел на шаг и поудобнее перехватил пулемет, с опаской поглядывая и на пленника, и на лояльного игрока.

— Ага, — Ткемали удовлетворенно кивнул. — Теперь дуй в настройки, вкладка «сообщество» и нажми «отключить все уведомления». Это на случай, если вздумаешь растрепать кому-нибудь о своей горькой участи. Все, топай.

Меня перевели из допросной в отдельную камеру и оставили под усиленной охраной. Соратников отпустили из левого сектора, о чем написала Саяна в чате отряда — и это было последнее сообщение от друзей перед там, как я остался в полной изоляции. От нечего делать просто сидел на кровати и пялился в стену, стараясь не думать ни о чем. В голове гудело, перед глазами стелился туман, а грань реальности окончательно размылась — я уже с трудом понимал, кто я, где я и зачем.

Через полчаса (минуту, час, два?) дверь отворилась, но вошел не палач, а лейтеняша с бледным лицом и потупленным взором, точно это ее назначили командовать казнью.

— Хочешь чего-нибудь поесть? — тихо спросила женщина, стараясь не смотреть в глаза.

— Последний обед? — хмыкнул, не отводя взгляда от зеленой обшарпанной стены.

— Ну… да.

— Спасибо, не голоден.

— А выпить?

— В смысле, напиться? Тоже мимо. Я и без бухла ни черта не соображаю.

— Захар… — Волчок села рядом и положила ладонь на лапу. — Не надо. Никто не хочет тебя убивать. Просто убеги, а там как-нибудь выкрутишься.

— Никак я не выкручусь, — в спокойном тоне прорезалось раздражение. — Цеметра меня из-под земли достанет и заставит присягнуть. А ее методы ничуть не лучше ваших… И если сломаюсь, если приму темный дар — обратного пути не будет. Шкура посереет, глаза почернеют, а череп до краев наполнит зло. И вернуться к добру и свету не получится — это против игровой механики. Фракция выбирается раз и навсегда, и лучше сдохнуть, чем примкнуть к этой гниде.

— Ты очень смелый и достойный человек, — Анна вздохнула и взъерошила шерсть между ушей. — Нам таких не хватает. Очень жаль, что все так закончится.

— Только не тяните, ладно? Это еще хуже.

— Стужин дал тебе время подумать. И не рубить сгоряча.

— Я уже все обдумал. И не хочу превратиться в тварь, которая однажды со смехом и весельем убьет собственных родителей. А зная Цеметру, это будет ее первым приказом. Раз нельзя остаться — тогда вперед. Раньше начнем — быстрее закончим.

Снаружи взвыла сирена, под потолком заплясали отсветы алых маячков. Да сколько, блин, можно? Хоть вставляй кристалл в рот и жги на всю ману, лишь бы никогда не слышать этот гребаный вой. Жаль, Ткемали отобрал посох еще на выходе из пыточной.

— Что на этот раз? — сердито прижал уши. — Опять учебная тревога?

— Внимание! — известил женский голос из динамиков. — Прорыв периметра. Срочно занять оборону. Повторяю — прорыв периметра. Срочно занять оборону.

— Да нет… — Анна резко выпрямилась. — Такому здесь не учат.

Топот тяжелых ботинок эхом прокатился по коридору. «Ратники» бряцающей серой волной пронеслись следом, направляясь прямиком к огромному ржавому люку. Волчок тоже поспешила на выход, но у порога столкнулась со Стужиным — красным и взъерошенным, как после пробежки.

— Ну что, — полковник ткнул в мою сторону пальцем. — Кажется, твоя подружка пожаловала в гости. Не знаю, как она нас нашла, но если хочешь в самом деле погибнуть в бою — лапы в руки и за мной. А ты — верни ему посох.

— Она не моя подружка, — бросил в спину, но командир уже не слушал.

В депо собралось около полусотни солдат — все растянулись дугой и держали гермоворота на мушках. Воздух дрожал от непрерывного гула, похожего на запертых в бетонном коробе пчел. Поначалу показалось, что это трансформаторы или иная электрика, однако прислушавшись, понял — это без остановки стрекотали тяжелые пулеметы в туннелях снаружи.

— Посты, доложите обстановку, — Стужин подошел к переносной станции, подключенной к проводам внутренней связи.

— Они прут отовсюду! — сквозь грохот, треск и дикий рев пробился встревоженный голос. — Из всех порталов! Пока валит мелочь, но долго не протянем! Нужны патроны и подмога!

— Отказано, — рявкнул полковник. — Держать позиции любой ценой!

— Но…

Стужин отключил станцию и повернулся к пронумерованным створкам с видом Нерона, любующегося горящим Римом.

— Саша… — Волчок с удивлением посмотрела на мужчину. — Почему…

— Потому, что придется пойти на крайние меры, — процедил в ответ.

— Но тогда они погибнут!

— А иначе погибнут все! Нас взяли за жопу, Аня. Вцепились, как волкодав, и так просто хватку уже не ослабить. Только рвать с мясом, чтобы уцелело все остальное, — военный тяжело вздохнул и нажал несколько кнопок на пульте. — Говорит полковник Александр Стужин. Личный номер: два-девять-девять-семь-три-семь. Пароль: дезоксирибонуклеиновый тринитротолуол. В связи с нападением на учебно-тренировочную базу приказываю задействовать план «Последний Рубеж». Повторяю: приказываю задействовать план «Последний Рубеж».

Несколько мгновений из динамика доносились лишь треск и писк, напоминающие сигналы древнего модема. Затем прозвучал краткий механический ответ:

— Личность установлена. Пароль верен. Приказ принят к исполнению. Пять… четыре…

— Ты как-то спрашивал, заминированы ли арки, — Стужин хмыкнул и поднес ладонь к виску. — Ты не ошибся.

— Один… ноль…

Снаружи громыхнуло так, что фундамент содрогнулся, а с потолка посыпались крупные куски побелки. Саперы явно переборщили с мощностью зарядов, и несколько ворот вогнулось в депо, а пару вовсе сорвало с петель. И если бы не массивные засовы, многотонные плиты точно рухнули бы на пол.