Чтение онлайн

Я удивленно взглянула на Радима, а тот с усмешкой продолжил:

– За шалью беги. Прохладно нынче. А то как простынешь перед дорогой.

Едва не подскочив на месте от осознания, что меня все-таки берут в Каменицу, я бросилась в дом с поистине спринтерской скоростью – только юбка взметнулась. Позади послышался смех. Я схватила шаль, провела рукой по волосам, стараясь их пригладить, точно на свидание собиралась, и бросилась к выходу, пока Радим не передумал. Запыхавшись, я вернулась к воротам. Добронега и Радим улыбались, и я не могла не улыбнуться в ответ. Когда же брат Всемилы подтолкнул меня в спину, чтобы я выходила на улицу быстрее, я вдруг поняла, что мы и вправду почти семья.

Добронега свернула чуть раньше, а Радим взял меня за локоть и потянул за собой. Идя по улице и кивая на приветствия свирцев, я чувствовала, как в животе холодеет от волнения. Почему-то я иррационально боялась встречаться со Златой. В своей прошлой жизни я ни разу толком не общалась с беременными женщинами. Не то чтобы я верила в слышанные ранее байки о том, что женщины в положении становятся капризными, непредсказуемыми и от них лучше держаться подальше, но вот сейчас испугалась, что Злата на волне гормональных изменений за что-нибудь обозлится на меня, наговорит Радиму всякого, а тот возьмет и оставит меня в Свири. Поэтому, перед тем как шагнуть во двор дома воеводы, я глубоко вздохнула и сосчитала до пяти. До десяти просто не успела – Радим снова подтолкнул меня в спину.

Стоило мне войти во двор, и я замерла как вкопанная, а не ожидавший этого воевода налетел на меня, едва не сбив с ног. Ему удалось подхватить меня под локоть и вздернуть на ноги, не то я пропахала бы носом влажную от недавнего дождя землю. Причина моей заминки сидела на нижней ступени крыльца и щелкала пальцами перед носом толстого и сердитого щенка, похожего на большую плюшевую игрушку. Щенок злился и норовил укусить дразнившую его руку. Альгидрас же смотрел на эти попытки с ленивой снисходительностью. Вдруг он вскинул голову, и наши взгляды встретились. Я к тому времени успела принять вертикальное положение и даже открыла рот, чтобы поздороваться, а заодно извиниться перед Радимом. Однако именно в этот момент щенок воспользовался тем, что Альгидрас отвлекся, и с рычанием вцепился в застывшую перед его носом руку. Наш зрительный контакт разорвался, потому что Альгидрас зажмурился, что-то прошептал по-хвански на выдохе и свободной рукой расцепил челюсти малыша.

– Красавец будет! – гордо сказал Радим и повернулся ко мне, точно ничего не произошло: – Олег для Азара выбрал. – Тут он слегка смутился. – Я помню, что тебе обещал. Да ты пока дома была, Олег уже сам.

Я не стала напоминать, по чьему приказу просидела взаперти почти неделю, вместо этого направилась к крыльцу, присела на корточки в полуметре от Альгидраса и пощелкала пальцами в воздухе:

– Эй, толстяк! Иди сюда.

Щенок увидел новый раздражитель и, подпрыгнув, бросился ко мне. Я успела отдернуть руку, но этот маленький монстр крутанулся волчком и врезался боком в мое колено, отчего я уселась на землю, потому что явно недооценила размеры и силу свирских щенков.

– Осторожно, – прошептал Альгидрас, и в его голосе послышалась улыбка. Он подался вперед и поймал разошедшегося щенка. – Он кусается и оцарапать может.

Я подняла взгляд на хванца, и этот хмурый день вдруг показался светлее. В серых глазах притаилось веселье, и я почувствовала, как губы сами собой расползаются в улыбке.

– Ну что, специалист по щенкам? – Моя подначка прозвучала тихо, но губы Альгидраса дрогнули в ответной улыбке.

Я вдруг почувствовала, как отпускает тугой комок страха, державший меня в плену всю последнюю неделю. Он жив, с ним все хорошо, он здесь, и я смогу справиться со всем на свете. Встав с земли, я отряхнула юбку, ладони и повернулась к Радиму:

– Может, твой хванец в луках да травах разбирается, а в щенках ничего не понимает.

Говоря это, я не смогла сдержать улыбку. Радим, напрягшийся было от моих слов, тоже усмехнулся:

– Это почему?

– Он толстый и явно прожорливый, – ткнула я пальцем в ни в чем не повинного щенка. – А еще злой. Куда его в няньки ребенку?!

Я повернулась к Альгидрасу и почувствовала, как сбилось дыхание, потому что он улыбнулся уже по-настоящему.

– Большой да прожорливый и должен быть. А то, что злой… так никто ребенка не обидит.

Альгидрас смотрел на меня снизу вверх, зажмурив один глаз точно от солнца, хотя день стоял пасмурный. Или для него он тоже посветлел? Я вновь улыбнулась и повернулась к Радиму.

– Пусть будет этот. Я сегодня добрая, – милостиво разрешила я и поднялась по ступенькам, еле удержавшись от того, чтобы щелкнуть Альгидраса по уху.

Злата встретила меня немного настороженно. Она как раз накрывала на стол, да так и замерла, нелепо прижав к груди пустую миску, точно щит. Дверь позади меня скрипнула, и я не увидела, а скорее почувствовала, что Радим с Альгидрасом вошли за мной в комнату. Эйфория слегка отступила, когда я поняла причину присутствия Альгидраса. Радиму вновь нужен был помощник. Я вздохнула и раскрыла объятия.

Злата бросила нервный взгляд поверх моего плеча, суетливо поставила миску на стол и шагнула ко мне. Я осторожно обняла ее за плечи, побоявшись прижать к себе крепко, хотя даже намека на округлившийся живот пока еще не было и при комплекции Златы вряд ли беременность станет очевидна так скоро. Злата хранила молчание, поэтому мне пришлось заговорить первой.

– Я очень-очень за тебя рада. И за Радима тоже.

Злата осторожно сжала мои плечи и отстранилась, заглядывая в глаза.

– Правда? – тихо спросила она.

Я кивнула и встретила ее взгляд. Словами здесь не убедишь, но, поскольку моя радость была искренней, Злата, вероятно, что-то для себя решила.

– Ох, переменилась ты, Всемилка, – повторила она то, что уже говорила мне в этой комнате однажды, и добавила: – А мы не знали, как сказать тебе.

Радим за моей спиной усмехнулся, и я обернулась к нему, желая подначить, мол, что, струсил? Но, посмотрев на его лицо, не стала. Вместо этого повернулась к Злате и попросила:

– Возьмешь меня с собой в Каменицу? А то они все боятся.

Я ткнула пальцем через плечо. Злата посмотрела на мужа, потом, вероятно, на Альгидраса и решительно кивнула:

– Беру. Коль пообещаешь Олега во всем слушаться.

Удивленно обернувшись к хванцу, я наткнулась на такой же изумленный взгляд.

– Меня? – Альгидрас даже уменьшился в росте. – Так я же… больше…

– Пусть другие что хотят, то и думают, – резко перебил его Радим. – Если сам не хочешь ту ношу брать…

Альгидрас поднял ладонь, и Радим послушно замолчал. Было в этом жесте столько властности, что я сразу невольно вспомнила, что он по положению ничуть не ниже Миролюба и уж точно выше Радима.

– Пустое не говори! Клянусь, что сделаю все, чтобы твои жена, мать и сестра прибыли в Каменицу в целости.

Что-то мне не понравилось в его словах, однако я еще даже не успела додумать, как Злата встревоженно спросила:

– А почему только в Каменицу? Ты с нами в Свирь не воротишься?

Альгидрас медленно повернулся в нашу сторону, сморщил на миг переносицу и осторожно пожал плечами.

– Я не знаю, куда поведут меня боги.

Злата не стала больше ничего расспрашивать, зато у меня сразу появился миллион вопросов, однако задавать их сейчас было не время. Убедившись, что я в порядке и впадать в неистовство не собираюсь, Альгидрас попытался было распрощаться. И тут началось…