Чтение онлайн

— Сынок, я все хочу спросить…Что произошло между тобой и твоей любимой. Ты так убиваешься, что жалко тебя прямо до слез, — она сделала усилие и выдавила одинокую слезу.

— Ох, бабушка, тяжко мне. Так тяжко, что и жить не хочется. Влюбился я на свою беду в первую красавицу деревни, и принесла она мне беду.

— Ты рассказывай, не скрывай ничего сынок, может, я помогу тебе чем-нибудь.

— Никто мне уже не поможет. Я попросил стать ее моей женой, а она мне в лицо рассмеялась, Поросенком обозвала.

— И что ж ты хочешь? Чтобы полюбила она тебя?

— Теперь я хочу только отомстить.

— Сильна в тебе мужская гордость, сынок. Не печалься, поможет тебе старая Клотильда.

— Спасибо, бабушка.

— А сейчас слушай меня внимательно. Ночью перед хижиной я нарисую пятиконечную звезду, произнесу заклинание и вызову жителя страны вечных теней.

— Демона! — задрожал Иган, к нему возвращались прежние страхи.

— Да ты не бойся, пока он будет находиться в звезде, тебе ничего не угрожает. Я попрошу его помочь тебе. Прекрати дрожать, ты же мужчина, они не такие ужасные, как все считают. Про меня тоже много слухов ходит, хотя я не такая уж и страшная.

Колдунья лукавила, не рассказывая о купаниях в крови младенцев, о ночных оргиях с одурманенными молодыми мужчинами, о своей коллекции пальцев, спрятанной в дупле рядом с хижиной. Она смотрела на Игана грустными глазами, и он поверил ей.

— Что я должен буду делать?

— Ты главное кровушки побольше выпей, а остальное я сама сделаю.

Иган вернулся к прерванному занятию, кровь стекала по подбородку и капала на землю, супа больше не хотелось. Он с нетерпением ждал ночи, а сзади подкрадывалась колдунья с корнем сиррфа. Она все-таки решила не оставлять на волю случая свое омоложение, нельзя было допустить даже крохотной возможности, чтобы человек убежал. Мужчина ощутил легкое жжение в шее, упал на землю. Некоторое время он еще видел зеленый потолок ветвей, потом глаза отказались служить, и он оказался словно изолированным от окружающего мира.

Едва на землю спустилась тьма, как Иган очнулся. Он сидел возле наполовину распотрошенной тушки зайца, губы, шея и одежда покрыты засохшей пленкой крови. Рядом колдунья, синим мелком, чертила на земле пятиконечную звезду, поглядывая в его сторону с неприятной усмешкой. Он попытался подняться, тело слушалось плохо, убежать было невозможно. Колдунья дочертила звезду и забормотала заклятие. До Игана доносились звуки неведомого языка, ему было страшно. Но вот посреди звезды вспыхнуло серое пламя и нечто бесформенное недовольно взревело, распарывая мрак выпрямилась крупная косматая фигура сквозь которую были видны стволы деревьев.

— Что тебе опять надо старуха?

— Я хочу стать на десять лет моложе.

В ответ послышался скрипучий смех, нервы Игана не выдержали и он попытался выдавить из своего пересохшего горла крик, не получилось. Существо внутри звезды вновь заговорило:

Повторяю специально для старых маразматиков. Бесплатно я даже ногти тебе не подстригу. Я же демон, а не благотворительная организация.

— А я не бесплатно прошу, — ворчливо заметила старуха — Я заплачу.

— И чем же? Старыми носками? Ты никогда ни за что не платила, так что прекрати врать и отправь меня обратно.

— Вот моя плата! — Клотильда демонстративно указала на Игана, у которого прорезался наконец голос. Он закричал от ужаса.

Демон с интересом посмотрел на кричащего человека.

— Надо же, мужичок. Подойди-ка поближе.

Ноги Игана сами сделали шаг навстречу ночному ужасу.

— Ближе.

Голос демона завораживал, лишал воли и Иган сделал второй шаг, потом еще и еще, пока не оказался прямо на одном из лучиков звезды. Старая Клотильда, поняв, что происходит, кинулась оттолкнуть мужчину от опасной близости к демону, но было уже поздно. Демон, схватившись за Игана лапищами, мощным рывком оттолкнул его от звезды и ринулся следом. Старуха беспомощным движением попыталась затолкать демона обратно в звезду, но он отмахнулся от нее как от надоедливой мухи. Клотильда отлетела к хижине, ударилась о нее всем телом и, упав на землю, больше не пошевелилась.

Иган трясся всем телом, пока демон задумчиво осматривал его со всех сторон. Наконец демон заговорил:

— Та-а-ак, видно у тебя неприятности, малыш.

— Д-да — выдавил из себя Иган, глядя на мокрое пятно, расплывающееся на штанах. Пятно воняло.

— Да я не об этом, — демон скалил зубы, — я в общем.

— Д-да.

— Могу помочь, не из жалости конечно. За плату.

— Ка-к-к-кую?

— Сначала послушай, что ты приобретешь. Ты станешь почти всесильным в мире людей, я дам тебе свою силу, способность превращаться в животное. Ты каких животных любишь?

— К-котов.

— Значит, сможешь при желании бывать котом. От тебя же потребуется сущая безделица, убивать людей и кушать их сердца. Уж больно я до сердец охоч. Согласен?

— Я не вообще-то не против, — слегка осмелел Иган — но все же чисто риторический вопрос. Что ты сделаешь, если я откажусь?

— Убью тебя. Есть еще риторические вопросы.

— Нет, я согласен.

— Тогда расслабься и позволь вселиться в твое тело.

Иган зажмурил глаза, сначала он почувствовал могильный холод, а потом в его тело стала вливаться неведомая сила. Он становился демоном…

Демон-кот поскреб когтями волосатую грудь, подумал, что в дупле мало места, обернулся котом. Он уже почти позабыл, что был когда-то человеком по прозвищу Поросенок и собирался сделать так, чтобы об этом ничтожестве забыл весь мир. Кот в дупле сладко зевнул и, свернувшись калачиком, погрузился в сон.

Корделия шла по лесной поляне, ее узкие щиколотки утопали в высокой траве. Прекрасные глаза покраснели от слез, которые тоненькими ручейками стекали по нежным щекам. Она шла, опустив голову и не замечая окружающей красоты. А природа разрисовала полянку разноцветными красками, лютики, васильки, ромашки создавали ковер удивительной красоты. Сочная зелень деревьев, окружающих поляну, манила прохладой, птицы щеголяли заливистыми трелями, но девушка ничего не видела и не слышала. В ушах не замолкая ни на минуту, звучал родной голос, перед глазами стояло лицо матери. Казалось, время повернуло вспять и мама жива.

Неожиданно, в замкнутый мирок Корделии проник жалобный женский крик. Невольно девушка посмотрела в ту сторону, она увидела одинокую хижину на краю поляны, похожую на нахохлившегося черного ворона. Закрытая дверь, ни одного окна, хижина производила гнетущее впечатление, но именно оттуда донесся ранее крик, а сейчас слышались стоны, прерываемые разъяренным мужским голосом.

— Тварь, за что я тебя только кормлю. Пользы от тебя никакой. Ты — камень на моей шее.

Ноги как-то сами собой понесли Корделию прямо к двери хижины. Девушка осторожно открыла ее, и личные переживания временно отошли на второй план. Высокий грузный мужчина с косматой бородой, грязными слипшимися волосами, избивал лежащую на земляном полу женщину. Лицо несчастной представляло собой сплошной синяк, хрупкое тело вздрагивало от мощных ударов, корчилось от боли. Мужчина схватил женщину за длинные волосы, грубо обмотал ими свое запястье и поволок ее в угол, где стоял стол с двумя грубыми лавками. Не в силах сопротивляться, та только слабо стонала от боли.

Корделия, всю свою жизнь была защищена от жестокости, и это зрелище заставило ее замереть от страха. Невольно девушка вскрикнула. Мужчина мгновенно высвободил руку и отпрыгнул в сторону, одновременно поворачиваясь лицом к двери, с неожиданным проворством для такого массивного тела. Глаза настороженно блеснули из-под густых, сросшихся на переносице бровей. Когда он увидел лишь молоденькую девушку, то ухмыльнулся, взгляд пробежал по ладной фигурке, слегка задержавшись на крыльях. Корделия поморщилась от похотливого раздевающего взгляда мужчины, ее сердце забилось в бешеном ритме, она почувствовала, как внутри разрастается ярость. Мужчина лениво пошел навстречу.