И сердцем, и душой
Шрифт:
Внутри все сжимается от его слов. По тому, как напряглось его тело, было видно, как нелегко ему было даже сейчас, после стольких лет.
– Что с ней произошло, Майкл?
– Поздно вечером у нее случился приступ острого аппендицита, и мы вызвали скорую. В больнице ее сразу повезли в операционную, но в ту ночь, врач отвечающий за анестезию был уже больше 48 часов на смене и не рассчитав дозу, просто убил мою сестру.
– О боже… – вырывается у меня и инстинктивно прикладываю руку к сердцу.
Как же в тот момент мне было больно за него. Из-за какой-то ошибки врача он потерял близкого человека. – Мне очень жаль…Правда, мне так жаль…Даже не представляю, что тебе пришлось пережить, – абсолютно искренне произношу.
– Мне тоже жаль…Но все, что я пережил после ее смерти и после того как ушел из дома, кажется закалило меня.
– А что с тобой было, когда ты ушел из дома?
Но хотела ли я знать? Мне и так было достаточно больно за него.
Кажется, я ввязывалась сейчас в опасную игру…
– Я связался не с теми людьми, Рейчел. Меня предавали, я был в долгах, мне угрожали, меня даже могли убить. Чего со мной только не было, – опускает голову и начинает качать ей.
– Убить? Ты это серьезно сейчас? – нахожусь в полном шоке.
– Абсолютно. На моих глазах убили моего друга, с которым мы пытались заработать. А меня самого ранили. И в тот момент я понял, что пора что-то менять в своей жизни.
– О боже, какие страшные вещи ты говоришь.
– Это все давно в прошлом.
– А тюрьма…в тюрьме ты не сидел?
– Слава богу, до тюрьмы я не скатился. Но в первый год после ухода из дома, у меня были серьезные проблемы с полицией.
После его слов, становится трудно дышать и чувствую, как быстрей начинает биться сердце.
– Ты в порядке? – слышу его голос и повернувшись, вижу на себе его встревоженный взгляд.
– Да-да…Все нормально. Просто меня немного шокировали твои слова.
Но на самом деле, мое сердце просто обливалось кровью за него. Похоже, он жил с слишком тяжелым грузом прошлого. К тому же собирался повесить на себя обязательства женившись без любви.
– Я тебя понимаю, но сейчас мою жизнь не назовешь настолько экстремальной, – улыбается, будто пытаясь отвлечь меня.
– И все равно. Человек не должен столько всего переживать, – качаю головой.
– Это сделало меня лишь сильнее, Рейчел, – смотрит на меня с какой-то теплотой во взгляде и, кажется, ему приятна моя не безразличная реакция.
Стараюсь успокоить себя и улыбаюсь ему, отпив немного чая.
Остальное время общаемся на отвлеченные темы, допивая чай и пробуя вкусный торт, испеченный поваром из маминого бара.
Майкл охотно отвечает на мои вопросы о своей работе, которой, кажется, горит, как и я своей. В этом мы оказываемся с ним похожи – оба законченные трудоголики.
Меня очень трогает, как он тепло отзывается о своих родителях. Что многое сделал и делает, для того, чтобы они ни в чем не нуждались и больше никогда не работали, а жили в свое удовольствие.
И этим еще больше располагает к себе.
– А что насчет тебя? Чем ты занималась после окончания школы? – ставит пустую чашку на стол и переводит взгляд на меня.
– Я поступила в Калифорнийский университет на факультет журналистики. Параллельно подрабатывала в одном журнале, писала статьи для колонки. А сейчас, уже третий год, работаю редактором в небольшом издательстве, – вижу, как начинает улыбаться.
– Почему-то я даже не сомневался, что ты свяжешь свою жизнь с чем-то подобным.
– Почему же? – вопросительно приподнимаю бровь.
– Потому, что, кажется, ты никогда не выпускала книгу из рук или все время, что-то записывала в свой блокнот.
– Откуда ты знаешь? Мне казалось, я была настолько незаметна, когда училась в школе, – опускаю взгляд на чашку, ворочая ее в руках.
– Только не для меня… – слышу нежность в голосе, и подняв глаза, вижу, как он смотрит на меня без улыбки и сейчас взгляд его серо-зеленых глаз, стал каким-то другим, отчего я непроизвольно сглотнула и поднесла чашку, сделав глоток чая.
– Ты даже не смотрел в мою сторону, – смущенно улыбаюсь.
– Я делал это издалека. Ты была слишком хорошенькой и правильной. Я не хотел испортить тебя, – чувствую, как по телу бегут крупные мурашки.
– Майкл…яяя… – смотрю на него совершенно сбитая с толку, но не отвожу взгляда.
Пытаюсь прочесть, что-то в его глазах и, кажется, он говорит это искренне.
– Вот только сейчас ты стала еще более красивой… – продолжает, окончательно выводя меня из равновесия. – Помню, как Эмбер говорила мне: «Подойди к ней, что же ты медлишь». Но я понимал, что не был тогда достоин тебя.
Руки начинают дрожать и кажется чай, который был отпит уже наполовину, сейчас расплескается на пол.
Не в силах что-либо сказать, быстро поднимаюсь, взяв его чашку со стола, и направляюсь в кухню.
Нахожусь растерянности и совершенно не знаю, как реагировать на сказанное им.
Ставлю чашки в посудомойку и вижу, как он берет со стола тарелки и идет в мою сторону.
Не могу поднять на него глаза, а лишь забираю у него из рук тарелки и ставлю к чашкам.
Меня трясет и чувство, будто воздух в помещении изменился.
На ватных ногах обхожу его и подхожу к кухонному острову, на котором лежит мой телефон и зачем-то беру его в руки.
Внезапно чувствую, как сзади меня обхватывают сильные руки и смыкаются на животе, от чего непроизвольно делаю судорожный вдох. Кидаю телефон назад и поддаюсь порыву, положив свои руки поверх его. Закрываю глаза от удовольствия и ощущение мурашек по коже, просто сводит с ума.
Внутренний голос кричит, чтобы я оттолкнула его, но я не в силах.
Не понимаю, что со мной происходит.
Прижимается губами к моему затылку, глубокого вдохнув.
– Почему мне так хорошо, когда ты рядом? – понижает голос до шепота.
«И мне…» – произношу про себя.
Ощущаю исходящий от него приятный запах, но это не запах духов, а скорее запах геля для душа.
– Ты скоро женишься, Майкл, – слегка отклоняюсь назад, ощущая спиной рельеф мышц на теле.
– Ты права, Рейчел…но боже…как же я хочу поцеловать тебя… – мои ноги буквально подкашиваются, отчего мне приходится облокотиться руками об остров. Тело нещадно предает меня, слишком ярко реагируя на него. Дыхание учащается. Сердце бьется как сумасшедшее.