И сильнее страха
Шрифт:
Она не слушала его, потому что испытывала шок, и отчаянно цеплялась за надежду. Дрожащими руками, она сорвала с пояса аптечку:
– Вот таблетка…
– Я уже принял две… Я ждал тебя… Послушай же меня, Рери! Действие обезболивающего и стабилиотика скоро закончиться, и я истеку кровью, и не успею сказать…
– Ничего не говори, не будем тратить твои силы! Давай руки, я вытащу тебя!
– Нет! Не стоит, милая, – проговорил он серыми губами, с усилием перехватив ее руку, но все же улыбаясь, чтобы не испугать окончательно, – боюсь, больше вытаскивать нечего… я был прямо под двигателем, когда прошла эта волна… корабль осел…и меня почти разрезало пополам… Я бы и пытаться вылезать не стал, если бы не ты… Ритер умер мгновенно. Я слышал, его вздох… Орн и Карла ведь… тоже погибли?.. Чтож, похоже, детка, тебе придется справляться одной… Хорошо, что ты останешься… жить… Если бы пришлось выбирать, я бы хотел, чтобы выжила … именно ты… Черт, уже больно!… Ладно… Теперь о главном, дорогая: иди на корабль, и улетай отсюда… «Ринго» – надежный корабль, ты долетишь даже с неисправностями… Не медли! Может, они пошлют еще волну… Это горячий сжатый воздух… новая технология, нам не знакомая… Думаю, это все же пираты, и ты должна… принять все меры предосторожности. Ты ведь их… не забыла?
Внезапно он весь побелел сквозь ожоги и пыль, его тело начало конвульсировать: действие лекарств заканчивалось.
– Ну, вот… пора кончать… болтовню… а так… не… хочется!
Арерия схватила его руку и задрожала, слезы градом катились по щекам, несмотря на то, что ей нужно было быть сильной, ради него.
–Ну, что ты… не плачь!… Но знаешь… мне… приятно… что ты… по мне… плачешь… Я… всегда…
Он еще попытался улыбнуться ей напоследок, но тут судорога боли искривила его лицо и кровь, уже не сдерживаемая стабилиотиком, хлынула изо рта.
Неписанный закон пилотов гласит, что тела погибших товарищей нужно предать земле, любой земле, где бы смерть их не настигла… так их души обретут покой, и не будут странствовать по чужим мирам, в поисках родных, потерянные и одинокие. И близкие смогут сказать о них: «покоится с миром».
Она не похоронила их. Сначала это угнетало ее, но позже она поняла, что они обрели покой и без нее. Они были избавлены смертью от ее судьбы, от долгих мук, от стыда, страха, страданий и опустошения. На планете Скорби близкие смогут положить цветы к памятникам, на которых будут написаны их имена, и они сделают это без содрогания, без мыслей о том, что их смерть была ужасной, но явилась, как избавление от стыда и боли. В глазах всего мира они останутся героями, и память о них всегда будет светлой.
О ней никто так не скажет. Никогда… И пусть. Лишь бы умереть!
Она не успела. Сколько раз потом, в клетке, она просчитывала каждую минуту, секунду, чтобы успеть! Ее, как и многих других, попавших в беду, преследовала мысль, что она была на волосок от спасения… но не успела, растерялась, не смогла воспользоваться шансом! Сколько раз она проживала это время по-другому, снова и снова. Как будто это возможно – спорить с судьбой.
Когда Миша умер, она сидела рядом с ним еще какое-то время, обхватив себя руками и раскачиваясь из стороны в сторону, как делала в детстве, когда оставалась одна и чего-нибудь боялась. Она не понимала, никак не могла принять происходящее, и поэтому вместо того, чтобы идти на корабль, отправилась искать Ритера, как будто, это что-то могло изменить!.. Но расстаться с надеждой пусть совершенно призрачной было очень трудно… Потеряв их, она осиротела во второй раз, и это полностью обесценивало в ее глазах будущее.
Ритера она не нашла, не успела найти, потому, что почувствовала приближение новой волны. Воздух снова стал сухим и жестким, и она бросилась к кораблю.
Она нажала на клавишу, прямой защиты и кнопку экстренного старта, предусмотренного программой безопасности… и ничего не произошло. На дисплее отразилось: «Внимание! Системы жизнеобеспечения корабля выведены из строя. Покиньте корабль…» и пропало…
Что-то невидимое приподняло корабль и легко, несмотря на огромный вес, поволокло по пыли…
Арерия вытерла слезы и собралась. В Школе они отрабатывали эти движения до автоматизма: подготовка оружия к бою, позиция у входа, предельная концентрация внимания… Арерия заняла оборону у иллюминатора рядом с входным люком. Никто не возьмет этот корабль, пока она жива. Она будет защищать его до конца, ведь ее товарищи… единственная ее семья, погибла из-за этого корабля.
Корабль двигался, минуя холмы и равнины пыли, и впереди показалась гора. Не очень высокая, и слишком ровная, чтобы иметь природное происхождение… Гора оказалась огромной пирамидой с широкой каменной платформой, ее вершина предельно точно и угрожающе нацелилась прямо в небо. Арерия не сомневалась, что там ее и встретят те, кто убил ее товарищей.
Около пирамиды корабль остановился и погрузился в пыль. Арерия не вытирая выступивший от напряжения пот, продолжала ждать. В тот момент она была готова к смерти и приняла бы ее достойно, как ее учили, но судьба распорядилась иначе. Как объяснил ей потом Аалеки, любые инструкции и правила формируют стереотипы поведения, которые легко разрушаются, стоит только вмешаться случаю, а часто пустяку. В результате растерянность и негибкость мешают правильно и быстро среагировать на изменение. Тем и опасны стереотипы. Поэтому, когда вместо ожидаемых ею злодеев с внешностью монстров из пирамиды вышли два обычных человека, вышли спокойно, не торопясь, о чем-то негромко разговаривая между собой, она испугалась больше, чем если бы оттуда выползло нечто чудовищное… Это была ее самая серьезная ошибка – она забыла, что настоящие чудовища в жизни выглядят как раз совсем не как чудовища. В тех, кто приближался к кораблю, не было и следа агрессии. Они были одеты в удобные рабочие комбинезоны, наподобие тех, что носили на Базе, и у них не было оружия… по крайней мере, не было видно. Они выглядели, не как пираты, или преступники, а как обычные люди, уставшие от ограниченного пространства душного кабинета, и потому, с удовольствием прогуливающиеся во время рабочего перерыва. Ничто в них не выражало угрозу.
Один из них был постарше и повыше ростом, худощавый и подтянутый, в очках, с тонкими губами на строгом холодном лице, другой – молод и хорош собой: темные волнистые волосы до плеч, большие выразительные глаза, тонкие черты лица и гибкая фигура… Они шли к кораблю, что-то обсуждая между собой, при чем тот, кто помоложе увлеченно о чем-то рассказывал, а второй слушал его внимательно, иногда вставляя короткие фразы, точно учитель. Остановившись перед кораблем, они его неспешно оглядели, и тот, что помоложе, вполголоса высказал какое-то предположение, а потом обратился к ней:
– Здравствуйте!.. Позвольте поприветствовать вас, на Тейе, четвертой планете системы Эдельвейс. Мне не хотелось бы вас огорчать, но экипажу необходимо покинуть корабль, он неисправен, и все системы жизнеобеспечения и защиты отключены. Мы приглашаем вас воспользоваться гостеприимством Эгорегоза, единственного цивилизованного города этой планеты.
– Кто вы?– ее голос осип от напряжения, и молодой человек, услышав это, улыбнулся.
– О, простите, я забыл представиться… Видите ли, столь почетная миссия, как эта, встречать экипаж корабля, посетившего нашу планету, поручена мне впервые. Я – Аалеки, житель Эгорегоза, начинающий ученый, а это мой друг и учитель, Зоонтеген, блестящий ученый-естествоиспытатель, автор ряда выдающихся трудов в области естествознания… кажется, так на межпланетном языке называется область научных знаний, к которой имеют отношение наши труды… Возможно, так. Разрешите теперь узнать ваши имена?
– Почему вы захватили мой корабль?
– О, нет, не захватили! Ваш корабль нам совершенно не нужен, поверьте! Мы только доставили его поближе к городу, чтобы вам не пришлось утруждать себя дополнительной транспортировкой.
– И вывели из строя все жизнеобеспечивающие системы.
– Вы имеете в виду термическую волну, стерилизующую корабль и всю посадочкую площадку?.. Иногда она действительно выводит из строя некоторые приборы, но это, как правило, поправимо.
– Так вы проводили стерилизацию?! Поэтому и погиб весь мой экипаж?
Тот, что назвался Аалеки, кинул на своего учителя взгляд полный смятения
– Ваш экипаж погиб?
– Да.
– Как это могло случиться?!… Неужели, они успели покинуть корабль?
– Да.
– Все, кроме Вас?
Она не ответила.
– Как это печально!.. Нам очень жаль… Видимо, ваш корабль оснащен наиболее совершенными технологиями, и главное, имеет скорость более высокую, чем та, на которую настроены наши системы защиты. Дело в том, что Тейя представляет собой почти стерильную по чистоте зону. А пыль, покрывающая поверхность планеты обладает особой чувствительностью к вирусам. Иными словами, мы вынуждены защищаться от вирусов всеми доступными способами, иначе возникнет эпидемия, и тогда все небольшое население Тейи погибнет. Защитное средство, используемое нами, совершенно в плане уничтожения вирусов, но, к сожалению, смертельно для живых организмов. Если бы ваш экипаж оставался под защитой корабля, они были бы живы!.. Мы и предположить не могли, что члены вашего экипажа успеют выйти! Дело в том, что запуск стерилизующей волны осуществляется автоматически по прохождении кораблем верхнего слоя атмосферы Тейи… Вы сели слишком быстро, и слишком быстро покинули корабль. Запуск противовирусной системы просто не рассчитан на скорость вашего корабля. Нам очень жаль.