Чтение онлайн

— Это все понятно. Ты главное объясни, почему дочь в коме — это хорошо? — не выдержал долгих объяснений и перебил Рюя, Фань Шень.

— Хорошо это потому, что есть только два результата этой тренировки в первый раз! — Рюй начал загибать пальцы, — Первый — переход в состояние праха, второй — кома, ну или потеря сознания, как минимум…

— И моя дочь прошла эту тренировку? — воскликнул Фань Шень. — Она же могла умереть!

Вернулся Кюнн и из пространственного кольца распечатал чайник со стаканами и еды на всех.

— Культивация — это путь против неба! Если боишься умереть, лучше вообще на него не вступать! — провозгласил Кюнн, — Каждый культиватор должен готов умереть! Либо на тренировке, либо в попытке поймать шанс. Это достойная смерть!

— Разумом я это понимаю, но вот сердцем принять не могу… — горестно вздохнул Фань Шень.

— Я понимаю твои чувства! — потрепал его по плечу патриарх семьи Хуанг.

— Я тоже! — патриарх семьи Ши налил ему чаю.

— Риск был минимальный! Это же старейшина Ян! — утешил его Рюй.

Некоторое время в ложе было тихо. Присутствующие молча пили чай и размышляли, каждый о своем.

Кюнн допил чай в своей кружке.

— Объясни-ка мне, почему план «великого стратега», — скепсис в голосе Кюнна просто зашкаливал, — Полностью провалился и чуть не стал бедствием?

— Для начала я и сам хотел бы задать несколько вопросов. — Рюй задумчиво держал полную кружку в руке болтая чаем в ней,

— Конечно, клан Бьяо те еще отморо… (под внимательным взглядом Кюнна Рюй изменил формулировку), беспреде… задиры! Вот только брать в заложники и устраивать поход по причине отмены помолвки это даже для твоих… подчиненных перебор! — обличительно выдал Рюй, под синхронные кивки патриархов.

— Честно говоря, я тоже… несколько опешил. — шокировал всех присутствующих Кюнн. — Не думал, что у Гина настолько хорошие отношения в клане. Ладно с Мо… С ним он провел полгода. С Ксианом он мог сойтись. Допускаю, что у библиотекнутых на всю голову из-за общности интересов может быть взаимоподдержка. Но он ведь даже Лао из культивации вытянул раньше срока, а это даже мне не удавалось. Хоть прямо сейчас его главой клана делай! Как он сошелся с остальными — вообще не понятно?

— Среди хора голосов призывающих «мочить и убивать» я точно слышал голос Юкси? — сразу решил уточнить Рюй.

— Этого я даже не учитываю! Опять «злые» кубики походу выкинул! — сразу открестился Кюнн.

— Так ты САМ такого человека сделал ответственным за внешнюю политику! — обличительно выдал Рюй.

— Кризис кадров! Не моя вина! — открестился Кюнн.

— Ладно-ладно… То есть ты не знаешь? — примирительно поднял руки Рюй.

— Так это мой сын! Природную харизму от отца никуда не денешь! У дракона и сын дракон! — не дрогнув ни одним мускулом на лице заявил Кюнн.

— Стоп! — словно в прозрении воскликнул Рюй. — Ты до этого сказал, что он с Ксианом сошелся на почве того, что ходит в библиотеку?!

— Да! — подтвердил Кюнн, — А что, это важно?

— Это в корне меняет абсолютно всё! — заявил Рюй, хлопнул чашку об стол и замер, серьёзно задумавшись.

— Да объясни, что не так-то по-людски, чтобы даже я понял! — не выдержал Кюнн.

Патриархам тоже было интересно, почему план не пошел по задуманному.

— Какова вероятность, что он изучал работы Тзы Суня? — словно в трансе сам себе задавал вопросы Рюй.

— Какого такого Тзы Суня? Ты давай объясняй, чтобы понятно было. — не выдержал Фань Шень.

— В глубокой древности был великий генерал — Тзы Сунь. Он участвовал во многих воинах и выигрывал любые, даже казалось бы, проигрышные сражения. В одном из своих трактатов «Война — это искусство!», он разработал концепцию «Абсолютная безжалостность… к себе». — словно в трансе начал свой рассказ Рюй. — Так вот, согласно этой концепции, чтобы победить врага допускалось наносить вред самому себе. «Пожертвую пальцем, чтобы оторвать врагу руку! Потеряй глаз, но выколи врагу два!». Ведь то, что враг получит — явно не будет стоить затраченных усилий.

— Когда противник САМ готов уничтожить у себя что угодно, лишь бы это не доставалось врагу… начиная от ресурсов и заканчивая разменом жизнь за жизнь…

— При жизни он создал такую репутацию, что даже после трехсот лет с момента его смерти, никто не рисковал нападать на страну, в которой он проживал!

— Да нет, не может же быть такого!? — воскликнул патриарх семьи Хуанг.

— Именно! — резюмировал Рюй.

— Можно, я попробую! — спросил патриарх семьи Хуанг. — Поправь, если где ошибся. Обычно разрыв помолвки — это потеря лица. Это общеизвестный факт. И именно из этой концепции исходил многоуважаемый Рюй, когда предложил свой план. Но, если мы вводим в уравнение, что молодой господин Гин изучал работы великого генерала, то он решил изначально строить репутацию человека, который готов нанести вред себе, если это нанесет еще больший вред его врагам! Он решительно разорвал помолвки зная, что понесет репутационный урон! Вот только его это не остановило! Наоборот, он специально пошел на это, рассчитывая, что разрыв приведет к тотальному уничтожению кланов обидчиков! Он просчитал всё! И отношение к себе внутри клана Бьяо, и их реакцию на обиду!

— Возможно, он даже вычислил, что все три помолвки — это звенья одной цепи и догадался, что это план господина Рюя! Он прямым текстом задекларировал: «Попытаешься использовать меня — подавишься!»

— Господа! Мы же говорим о шестилетнем ребенке? Вы слегонца того, не перегибайте палку! — вклинился патриарх семьи Ши.

— Мы говорим о моем сыне! — Кюнн моментально вызверился.

— Мой внук! — начал вторить ему Рюй.

— Ладно! Допустим! Но тогда из этой схемы выпадает семья Шень. — продолжил спорить патриарх семьи Ши.

— Не выпадает! — хором ответили Рюй с Кюнном.

— Поясните!

Хотя Кюнн не особо запаривался над всеми объяснениями, зачем ему думать над сложными вещами, когда этим могут заниматься другие, а он в это время продолжит культивировать. Но здесь, в данном конкретном случае, всё стало понятно даже ему.

— Обратное следствие! — воскликнул Рюй.

— Что еще за «обратное следствие»! Из тебя слова щипцами тянуть надо? — зарычал Фань Шень.

— Принцип: «я порву себя, но уничтожу врага», имеет обратный вывод. Для друзей сделаю всё, так же не щадя себя. Образно говоря, это репутационный кнут и пряник. Придешь с мечом — умрешь, придешь с миром — я ни в чем не откажу. — воскликнул Рюй. — Он строит отношения с нуля и сразу задает стандарт. Ему точно шесть лет?

— Ты бы радовался, что изначально план был согласован с господином Кюнном. Будь вместо нас какие-то случайные кланы, их бы уже не было. — сказал патриарх клана Ши.

— Мой внук дошел до таких сложных концепций. И в таком малом возрасте. Рад, что моя кровь оказалась доминирующей! — радостно заявил Рюй.

— Поговори мне еще! — для проформы рыкнул Кюнн, а про себя подумал: «Я с детства знал, что частые походы в библиотеку ничем хорошим не закончатся! Оставил ребенка с этими… старейшинами и вот, на тебе… Началось все с иероглифов, а потом пошли какие-то мутные концепции! Это не нормально! Я в его годы морды бил и за ресурсы боролся, а не каких-то „Тзы Сюней“ изучал! Но ничего, ничего. Ты у меня вернёшься на истинный путь!»