Чтение онлайн

Полковник подумав, добавил.

–  У Объекта была странная просьба.

–  Слушаю тебя.

–  Он готов обменять продукты на один или два боевых вертолета МИ-24 или МИ-8, но согласен и на более ранние вертолеты в любых количествах.

В трубке раздался хохот.

–  Береза это самая лучшая новость которую мы сегодня слышали.

–  Почему?

–  Объект тебе открытым текстом сказал что он действительно добился прорыва в проекте "Искупление". В нашем мире ему не нужна боевая летающая техника, она же долго не проживет. А вот в другом мире, вполне пригодится и главное ему есть чем оплачивать закупки. Сами же говорили, что они собирают любую боевую технику, ремонтируют и куда-то отправляют. Скажешь ему, что если надо мы расконсервируем тяжелые транспортные самолеты и доставим в Симферополь все что закажет. Главное установить контакт, раньше чем это сделают смежники. У них был сильный взрыв в центре, где проводились исследования по "Искуплению" и видимо они много чего потеряли. В общем, Береза, я вам даю самые широкие полномочия - время не терпит.

Пока посланец ГРУ ГШ Министерства обороны Российской Федерации докладывал своему руководству и прорабатывал тактику дальнейшей деятельности, я занялся срочными делами, которые требовали немедленного решения, и обязательно моего участия. В тоже самое время пришла шифрограмма от полковника Лукичева, в которой он почти в открытую напрашивался в гости с парой своих товарищей. Еще он обрадовал тем, что умудрился довести до сведения руководства моего недавнего российского визитера сведения о недопустимости каких либо силовых действий, в противном случае они будут иметь дело со специальными подразделениями военно-морской разведки и практически всем имеющимся в наличии составом аэромобильных войск Украины.

Таким скромным способом Лукичёв известил меня, что определенная информация по установкам перемещения во времени была доведена до командования сил быстрого реагирования и народ весьма энергично отнесся к перспективе переселения в прошлое, даже к товарищу Сталину на прокорм. Это конечно не могло, не радовать, но делалось за моей спиной. Как я и ожидал, Лукичёв поставил меня просто перед фактом, стараясь даже в таком виде потихоньку перетягивать управление проектом на себя. Пришлось показать зубы, сообщив, что будут приняты только командиры, числом не более четырех и обязательно с подарками в виде бронетехники, мобильных комплексов ПВО. На что получил достаточно зубоскальный ответ, в котором полковник вещал, что в ближайшее время наша гопкомпания станет богаче на один комплекс С-300, снятый с глубокой консервации специально для нас. Я не удержался и заржал. Умеют ведь когда хотят найти то, что нужно, хотя жаль, что вертолетов нет. Их и в довоенные времена на Украине не много-то было, а сейчас и подавно ничего не сохранилось.

В это же время передо мной достаточно актуально стояла проблема спасения окруженных под Вязьмой войск Красной Армии. Я забросил многие вопросы, переложив их на своих заместителей и полностью занялся разработкой и техническим исполнением пространственно-временного маяка, что должно было сильно повлиять на наш статус, и основательно изменить геополитическую картину мира. Хотя, если честно, то я боялся давать в руки Сталина и Берии такой инструмент завоевания мира, поэтому одновременно тщательно продумывал возможность закладки ограничений на использование системы. В это же время с той стороны пришло сообщение, что Олег Дегтярев с переселенцами удачно достиг конечной точки, убедился в приемлемых условиях содержания, остался доволен и в данный момент с группой возвращается в Оренбург. Это не могло не радовать, потому что полностью доверенных людей осталось не так уж много и когда в ближайшее время тут объявятся множество всяких товарисчей с большим количеством звездочек на погонах, мне понадобится полная и беспрекословная поддержка.

С помощью наших, весьма производительных бульдозеров, была быстренько построена импровизированная взлетно-посадочная полоса, на которую сразу же были переброшен истребительно-авиационный полк, в задачу которого входила охрана воздушного пространства вокруг нашей базы. Чтоб в случае опасности они не попали под раздачу "Тунгуски" и двух "Шилок, которые мы собирались привлечь для обороны базы, начали разрабатывать систему распознавания "свой-чужой". Также, по договоренности с руководством СССР этот полк должен был стать прототипом для новой боевой единицы ВВС СССР. Наши специалисты с диким энтузиазмом, по-другому это никак не назовешь, сразу принялись за модернизацию самолетов. В основном на них ставились новые цифровые радиостанции с системой шифрования, радиомаяки, приборы ночного видения, тепловизоры, которые превращали истребители в мощных ночных охотников. При этом отрабатывался вопрос разработки глобальной системы управления воздушном боем. Для этого должны были использоваться данные радаров, звукометрической разведки, постов наблюдения, все это собиралось, классифицировалось и выводилось на большие плазменные панели. Учитывая старые договоренности, на базу под Оренбург перетащили через порталы, сняв крылья, большую часть уцелевших бомбардировщиков Черноморского флота. Здесь они по опробованной в Севастополе схеме, с использованием авиационных пушек с подбитых БМП-2, стали переделываться в ночные охотники, которые очень неплохо себя зарекомендовали. По личной просьбе наркома внутренних дел Берии мы должны были в ближайшее время модернизировать и подготовить эскадрилью таких охотников для воздушной обороны Москвы.

Помимо всего прочего много внимания уделили организации системы безопасности поселка. Вся территория была поделена на несколько зон по американскому принципу, как в Ираке: внутренняя зеленая зона, с максимальной степенью безопасности, охранялась нашим спецназом. В желтой зоне за безопасность отвечал специальный отряд войск НКВД, красная зона охранялась обычными армейскими подразделениями, в задачу которых входил контроль дальних подступов к нашему поселку.

На следующий день после визита полковника ГРУ, мне сообщили, что в гости летит сам товарищ Берия и хочет лично осмотреть, что мы тут наворотили и посмотреть на наш мир.

Вы принципе я его понимал: хотелось самому лично посмотреть и как мне кажется, наедине поговорить насчет пространственно-временных маяков и их использования в военных целях. Ведь по сути дела это было чуть ли не абсолютное оружие, которое позволяло бить противника всегда в самом слабом месте.

Пока мы готовились к приему высокого гостя, служба радиоперехвата доложила, что на связь вышел полковник Семенов с просьбой встретиться еще раз на старых условиях. Судя по скорости, с которой он хочет пообщаться, у него жесткие временные рамки, значит, подводная лодка уже где-то в черном море и он хочет получить гарантии нашей лояльности раньше, чем здесь появятся ФСБ-шники. Я не сомневался что аналитики ГРУ давно уже просчитали необычное поведение, наличие скоропортящихся продуктов, которые нельзя сейчас нигде вырастить, количество топлива, и другие мелочи, которых вроде как у нас не должно быть, и сделают соответствующие выводы. Значит, логически рассуждая, они сначала пытаются договориться, если не получится, попытаются давить авторитетом и бряцать оружием, а вот тут как раз и понадобится Лукичёв с его друзьями. Пока все складывается вполне контролируемо, но все равно надо подстраховаться. Поэтому Санька Артемьев все время мотается по окрестностям Симферополя, изображая шумную деятельность, а на самом деле подготавливая для нас пути резервного отхода…

И вот снова, та же комната, и те же действующие лица: я, майор Оргулов, и представитель с российской стороны полковник Семенов. Снова оценивающие взгляды и сильное рукопожатие.

–  Добрый день Сергей Иванович.

Сходу начал Семенов и судя по тону, он хотел произвести самое лучшее впечатление своей открытостью и искренностью, хотя такие качества в исполнении профессионального разведчика выглядели весьма настораживающе. Я прекрасно понимал, что это общий антураж, который является затравкой для дальнейшего серьезного разговора, поэтому приняв правила игры, я ответил.

–  Добрый день, товарищ полковник. Как я понял, вы успели проконсультироваться с вашим руководством, получить аналитическую справку, прийти к определенным выводам, и тщательно проработали тактику дальнейшего поведения со мной. Давайте не будем играть в эти игры и поговорим открыто, как мужчина с мужчиной, как солдат с солдатом. И вы, и я успели повоевать, и многие вещи понимаем с полуслова. Я прекрасно понимаю, что у нас осталось мало времени, но поверьте, нисколько не собираюсь на этом играть…

Выражение лица полковника изменилось, он сразу подобрался и очень серьезно посмотрел мне в глаза.

–  Вы что-то знаете про план "Тень-2".

А вот теперь я немножко удивился. Вообще-то в первый раз про это слышал и, по-моему, Семенов понял, что сболтнул что-то лишнее. Хотя профессионал его уровня вряд ли на это способен и возможно эта оговорка часть продуманного разговора.

Я устало откинулся на спинку стула, прикрыл глаза и сказал:

–  Полковник, мне надоело, давайте рассказывайте тем более, как я понял, вам нужно со мной во что бы то ни стало договориться. И эта ваша оговорка про план "Тень-2" не случайна. Для таких проколов вы слишком уж хороший профессионал. Будем крутить хороводы?

–  Хорошо Сергей Иванович, вы, я вижу, не знакомы с основными положениями плана "Тень-2".

Я кивнул головой.

–  В двух словах: это продолжение плана глобальный ядерной войны, так сказать, второй этап. В основу его положен факт, что после глобального конфликта у противника уцелеет некоторое количество бункеров, укрытий и подземных городов. На случай уничтожения командных пунктов, есть глубоко засекреченная автоматизированная система позднего удара. Она замыкает на себя некоторое количество ракет шахтного, морского и космического базирования, и если после конфликта система не получит сигнала на обнуление, начинается автоматический сбор информации по оставшимся укрытиям на территории противника и через некоторое время, у кого как запрограммировано, как правило это два-три года, наносится второй удар возмездия. Отменить и блокировать практически нереально, потому что это распределенная система с несколькими независимыми центрами принятия решений. У нас в стране в эту систему входят несколько шахтных пусковых, не входящие в состав РВСН, это специальные подводные контейнеры, которые лежат на глубине моря и дожидаются нужного момента, это несколько боевых спутников-ракетоносцев, ожидающие сигнала и целеуказания от системы. Наша система частично деактивирована, а вот американская до сих пор функционирует и никто ее отключать не собирается. По нашим расчетам, повторный пуск должен произойти примерно в ближайшие шесть-восемь месяцев. Поэтому, не дождавшись от американцев подтверждения отключения такой системы, недавно было принято решение о полной активации нашей. А это второй виток ядерного конфликта, который уже никто не переживет. Уровень радиации на поверхности поднимется в пять-шесть раз, запыленность атмосферы, которая начала спадать, снова увеличится и нас ждет глобальный ледниковый период с полным или частичным вымиранием биосферы…