Чтение онлайн

Когда я стала больше узнавать Дэна, то стало понятно, что за строгим костюмом и папками с бумагами прячется душа, которая жаждет новых приключений и свежего опыта. Я видела, как Дэн постепенно раскрывался рядом со мной, раскрепощался, отпускал навешанные ранее зажимы и комплексы. Я просто была искренней и расслабленной рядом с ним.

– Я еду в августе на Burning Man. И у меня нет пары. Поехали вместе!

Уже через полдня у меня на почте были билеты на самолет до Рино, а оттуда на Burner Express – маленький «кукурузник», который приземлялся прямо в пустыне рядом с фестивалем, минуя длинные очереди. Я танцевала и прыгала от счастья! Благодарю тебя, Вселенная! Благодарю тебя, Дэн!

Я иду по Мелроуз-авеню – улочке с самыми экстравагантными магазинами, в которых закупают сценические костюмы и аксессуары Леди Гага, Ники Минаж, Пэрис Хилтон и многие другие дивы. Стилисты подбирают мне сумасшедшие наряды.

– Детка, хватит стесняться! Burning Man – это твоя свобода и раскрепощение! Примерь вот это прозрачное платье и ботфорты! Камон, смелее!

Цены на костюмы какие-то безумные! Карточка в моей руке раскаляется. Я откладываю шикарную серебряную handmade-фуражку, не решаясь отдать за нее ну о-о-очень кругленькую сумму.

– Я еще вернусь к вам с великаном Китом!

Парни-стилисты несут мои пакеты, наполненные луками на каждый день фестиваля, и укладывают в багажник машины. Дэн стремительно врывается после работы домой и с горячим интересом смотрит, как я примеряю костюмы.

Уже через неделю мы в том же магазине. Стилисты подбирают наряды для Дэна, стоящего с круглыми глазами. Это перевоплощение для него – шаг в неизвестность. Я артистка, на сцене с восемнадцати лет. Он – адвокат, чья жизнь протекала в черно-белой гамме букв и бумаг. Обнимаю его, делаю комплименты. Все отлично! На кассе он забирает огромные пакеты и мою отложенную красивую фуражку. Я прыгаю от радости! Танцую с владельцем магазина. Мы едем на Burning Man!

Я помогла Дэну раскрепоститься и выглядеть в духе фестиваля. Он помог мне с тем, что я обычно забываю: набрал миллион пачек салфеток, фонарики, какие-то специальные светящиеся обручи, скотч, маски против пыли – как истинный юрист, он изучил всю информацию вокруг события. Как истинный креативщик, я договорилась, в каком лагере мы будем жить, подобрала среди моих друзей замечательную семейную пару из Сан-Франциско, с которыми мы делили наш быт в эти пять дней, подобрала образы, задала настроение.

– Это ты? – спрашивала я постоянно, заглядывая в эти безумно красивые глаза, лежа на плече у Дэна.

– Да, это я. Это меня ты ждала, Саша. А я искал тебя… Всю свою жизнь.

– И мы просто можем быть счастливыми прямо сейчас? У нас нет никаких запретов?

– Саша, мы легальны. Мы здесь и сейчас. И мы вместе!

Перед вылетом мы практически не видимся. Дэн не вылезает из офиса, стараясь завершить и распределить все дела, ведь в пустыне у него не будет связи. Вообще!

И я завершала все приготовления семьи к жизни без мамы и без связи с ней в следующие пять дней.

Ранним утром, когда только начало светлеть небо, мы топали в специальных ботинках к такси. Из вещей – только небольшие сумки для ручной клади, которые могли поместиться в «кукурузнике».

Все вещи заботливо упакованы в коробки, отправлены заранее Дэном в Сан-Франциско и переданы водителю автобуса, который повезет наш багаж в Black Rock City, займет место и будет нас ждать. Пересадка в аэропорту Рино была самой запоминающейся.

Вместо выхода на посадку к «кукурузнику», летящему в нашу пустыню, был разбит небольшой лагерь прямо на аэродроме. Гамаки, пуфики, чилауты. Еще на борту самолета из Лос-Анджелеса до Рино я узнавала людей, которые летели на Burning Man. Они явно отличались от общей массы. Даже Дэн отличался. Мной. Мои волосы были завиты на три с половиной тысячи маленьких завитушек. Я нарисовала на лице узоры. Элегантное черное платье с запахом в маленькую белую звездочку в сочетании с белыми бутсами и рюкзак, весь покрытый черными пайетками, с ушками, как у зайца. Да, все наряды от Gucci пришлось оставить дома. Там им было не место. Burning Man запрещает логоманию.

Пилот в шортах, форточка в окне самолета, приземление на пыльную твердую почву пустыни без взлетно-посадочных полос. Мы просто вышли из самолета, достали из багажника вещи и пошли к палаточному городку вместимостью около девяноста тысяч человек, разбитому прямо посреди пустыни.

На входе нас попросили изваляться в пыли – в знак того, что мы стали настоящими бернерами. Мне было слегка жалко платье, но видя, что Дэн колеблется, я первая завалилась с хохотом на землю и водила по ней руками и ногами, делая пыльного «ангелочка».

К своему лагерю мы поехали на шаттле. Водитель автобуса встретил нас на велике в шотландской юбке и большой черной шляпе.

Днем температура достигала +30…+35 °C, а ночью опускалась до +8…+10 °C.

Мы обрадовались нашим коробкам в домике на колесах, распаковали их, я заправила постель белоснежными простынями; стопка махровых полотенец полагалась в придачу к арендованному фургону. В это время прилетели наши друзья из Сан-Франциско, и мы дружно начали наряжаться, чтобы выехать на разведку.

По территории жилых лагерей и по главной плазе фестиваля абсолютно все передвигаются на велосипедах. Ну или на арт-карах со скоростью не более пяти миль в час. Вереница наших великов направилась к русским ребятам, готовящим плов. Там было о-о-очень много наших, желающих поесть плова, потусить и поглазеть на присутствовавших гостей.

Я взяла с собой золотую пыльцу, повесив ее в красивом кулоне на шею, и рисовала всем на лице полоски, лепестки, точки… Дэн все время был рядом, смотрел, чтобы ко мне никто не приставал.

Ночью мы отправились на Плайю[6]. Вот это был шок! У меня, Дэна и у всех наших друзей. Ночная пустыня светилась сотней подсвеченных разноцветными огоньками велосипедов. Повсюду виднелись арт-кары с музыкой, площадки мигали и переливались, зазывая нас звуками. Мы покатились исследовать территорию, просто по велению сердца и настроению, останавливая велики в красивых местах и танцуя.

Стало очень холодно. Я надела заготовленный плащ в пол. Ветра не было. Просто леденящий холод. Мы танцевали, чтобы согреться. Я подходила к Дэну, двигаясь в такт музыке, и просто счастливо улыбалась. Вскоре мы устали и захотели спать. Уехали в наш домик на колесах около одиннадцати вечера. В это время жизнь на Burning Man только началась. Но я знала, что у нас еще много ночей в запасе. Когда мы ехали обратно, поднялся ветер, стали раздаваться тревожные сигналы предупреждения о пыльных штормах. Нас слегка припорошило. И под ритмичное раскачивание вагончика и лагерную сирену то мы, то наши друзья усыпляли друг друга.