Чтение онлайн

– Господин Владимир. Мы подлетаем.

Я с тоской подумал о девчонке, которая осталась на другом континенте. Глайдер мягко приземлился. Двери распахнулись, и я поднялся. Протянул Аскольду руку:

– Спасибо, Аскольд. Был рад с тобой познакомиться.

Робот наклонил голову:

– Мне тоже было с вами приятно познакомиться. Всего вам доброго.

Я скатился по трапу. Визжа шинами к глайдеру подлетела ярко-желтая машинка. Из нее выпрыгнули испуганный директор аэропорта и его зам. Я их прекрасно понимал. Не каждый день в смоленском аэропорту приземляется черный как смоль глайдер с золотыми "четырехлистниками" на крыльях. Глайдер втянул трап, фыркнул напоследок и чуть взлетев начал уходить на разгон. Я проводил его взглядом. Обалделый директор посмотрел на меня, на глайдер и чуть помедлив сказал:

– Арсеньев, а не охренел ли ты часом, на таких суднах кататься?

– Николай Павлович? Мое почтение!
– мы пожали друг другу руки. Потом обменялись рукопожатием с замом.

– Что за фигня? Почему тебя "листы" привезли?
– спросил с претензией в голосе, брюхатый зам.

– Долгая история, - махнул я рукой и забрался в машину с мужиками. Мы лихо подкатили к зданию аэропорта. Заместитель выкатив солидное брюхо с важным видом упорскал в сторону второго терминала. Палыч зыркнул на меня: "Не зайдешь на пять минут?" Я послушно кивнул головой.

Мы прошли через служебный вход. Алиска топала сзади. Директор отпер карточкой кабинет, жестом пригласил присесть, сел сам и уставился на меня долгим взглядом.

– Николай Павлович, да клянусь ничего особенного! Просто со знакомой пересекся. Я ж вахту закрыл, поэтому решил у нее в гостях провести несколько дней. А она меня потом до дома подкинула.

– Знакомой? Ты же с "листами" уже не общаешься много лет. Глайдер модель "Империум 300". Такие только у Ли Тао, Баранникова и Стайна. Ты пришел с Северной Америки. Баранников, вроде бы, сейчас в Москве, вторую экспедицию к Трапписту готовит. Тао вчера в новостях показывали, на Азиатской конференции по безопасности. Господа аристократы конечно передо мной не отчитываются, - с сарказмом сказал Палыч, - но судя по временному пропуску, заботливо прилепленному к твоему предплечью, и в котором виднеется герб Стайна, в гостях ты был именно у него. Я угадал? Гребаный Стайн?

Я молча рассматривал плакат на стене: "С праздником великой победы над Халифатом!"

Палыч еще немного посверлил меня взглядом:

– Ладно, иди.

– Николай Павлович, не подбросите меня до дома? Просто хреново мне, сам бы добрался, да сил нет дрона ждать, - опустив глаза сказал я.

– А что, Стайн не мог тебя прямо в лес забросить?
– с издевкой спросил директор, но увидев мой жалкий вид, передумал развивать тему, побарабанил пальцами по столу и сказал:

– Леша? Ты же Арсеньева знаешь? Закинь его домой. Нет. Ага. Только потом сразу назад. Хорошо. Давай!

Я поднялся, пожал директору руку и вышел из кабинета. Прошел через рампу и повернул к залу ожидания. Выйдя из коридора, я едва не столкнулся с девчонкой нео-христианкой, которая презрительно поджав губы посмотрела на меня, а увидев Алиску, плетущуюся сзади словно хвостик, и вовсе сплюнула на пол. У меня не было сил ни ругаться, ни язвить. Я молча прошел мимо. Леша ждал на парковке. Мы поздоровались, и я забрался в кабину микрокоптера, Алиска примостилась сзади. Весь полет до дома, водила что-то бубнил, пытался неудачно шутить и рассказывал смоленские вести. Я удрученно молчал. Высадив меня на поляне, он помахал на прощание рукой и скорее всего подумав, что я нелюдимый мудак, аки бабочка упорхал среди деревьев. Мне было совершенно наплевать.

Я подошел к своему милому домику и нажал на браслет. "Шшшурррхх" отключилось силовое поле. Людей я точно не опасался, не в то время живем, но зверья вокруг хватало в избытке. Алиска радостно запрыгала: "Мы дома. Мы дома!" Я мрачно посмотрел на нее. Дом медленно начал просыпаться от восьмимесячной спячки. Зашелестела вентиляция, включился неоновый свет противопылевой лампы. Вспыхнул камин. Я прошел прямо на кухню и достал из шкафчика бутылку ирландского виски. Для особых случаев, - хмуро подумал я и грустно усмехнулся. В Итаку я вернулся, но моя Пенелопа осталась далеко за океаном.

Первая бутылка, плавно перетекла во вторую. Я сидел за столом, пьяный в зюзю, и жевал кусок консервированной ветчины. Хмель накрыл меня мрачным одеялом пустого и холодного одиночества. Хотелось орать во все горло. Доказывать что-то кому-то. Я действительно не помнил, а самое главное не понимал, как я мог так поступить с Бертой. Алиска поджав под себя ноги сидела в кресле и вязала светло-голубой свитерок. "Гребаный робот", - подумал я со злобой.

– Так ты говоришь нихера не помнишь?
– с пьяной издевкой спросил я андроида.

Она тотчас же бросила свое занятие и подбежала ко мне.

– Зая, прости. Прости! Я ничего не делала такого.

– Чего такого? Просто потрахалась со мной? И именно тогда, когда мне не нужно было этого делать? А так, да. Ты никогда не виновата. Хотя нет, бля, это ж я всегда виноват! Я всегда у вас виноват! Я ж тот дебил, который ничего не помнит. А ты... Ты вроде робот и должна все помнить, но именно самый главный момент в моей жизни ты не помнишь. Конечно!

Алиска обхватила мои колени. Я заорал.

– Да отцепись ты! Дай мне побыть одному!

Алиска еще сильнее обхватила меня:

– Зая! Не злись пожалуйста, не злись! Я тебя люблю! Я давно не видела тебя таким злым. Только в первый раз, когда меня привезли к тебе. Пожалуйста, прости!

– Любишь говоришь? Да ты просто робот! Андроид. Ебучая машина. Даже когда ты спрашиваешь, не брошу ли я тебя ты не чувствуешь страха или волнения, от того, что мы действительно расстанемся. Просто у тебя такая программа, зашита в пластиковую голову. Тебе насрать на эти цветы, на этот лес, на эту речку. Ты видишь, что мне это нравится, и просто копируешь мой восторг.

– Зая! Не надо, пожалуйста!
– Алиска крепко вцепилась в меня и быстро-быстро гладила по спине.

– Да, ****ь, ты меня достала! Ты отстанешь от меня наконец?
– закричал я и с трудом отцепив ее от себя отшвырнул со всей силы в сторону. Я грузно опустился на стул. Налил себе. Выпил одним резким глотком, подождал чутка и прикурил сигарету.

– Вы все. Ты. Мои родители. Франческа. Все, ****ь, чего-то от меня хотите. Всегда хотели. Чтобы я был хорошим сыном. Чтобы я тебя не обижал. Чтобы, чтобы, чтобы... Да пошли вы все нахуй!
– заорал я опять.
– Да пошла ТЫ нахуй! Я тебя вообще в центр замены сдам!

Я обернулся на робота. Алиса лежала без движения уткнувшись лицом в пол. Я поднял глаза чуть выше, и острый угол камина и ее безжизненное тельце мгновенно сложились у меня в единую схему. Я бросился к ней.

– Аля, Аля!
– тряс я ее.

– Алька!
– закричал я положил ее на спину. Ее правый глаз был закрыт, а левый слегка дергался, тонкими ресничками давая мне надежду, что еще не все потеряно.

– Аля! С тобой все в порядке?