Чтение онлайн

Саша поняла его. Будь он, как все, он обнял бы ее сейчас. Похлопал бы по спине. Но будь он, как все, она не разделась бы перед ним. И не исчез бы ее внутренний холод.

Она подошла к нему близко-близко.

– Иди, – тихонько велел Мартин, чуть оттолкнув ее от себя головой. – Возьми ключи, Гонза их оставил у двери. Ты можешь приходить сюда в любое время, днем или ночью, не предупредив. Так делают мои друзья.

– Здесь был Гонза? Он возвращался? – удивилась она. – Он меня видел?

– Не думаю. Я слышал, как открылась и закрылась дверь. Но если видел – это что-то меняет?

– Нет, – засмеялась Саша. – Теперь это не меняет ничего.

– Я тебе нужен? – спросил вдруг Мартин, когда она совсем собралась уходить.

– Да, – уверенно сказала Саша.

– И ты мне нужна. Иди. Иди к своему мужчине и будь женщиной.

Мартин больше никогда не требовал раздеваться. Не нужно. Они друг друга узнали, доверились.

Она действительно могла зайти к нему по пути из магазина домой, сварганить по-быстрому какую-то вкусную жрачку, поесть, похихикать и бежать дальше.

Она могла позвонить в любой момент просто узнать:

– Ты как?

Шли годы, дружеское чувство и ощущение «вместе» только крепло.

А потом она пропала. На столько месяцев. Исчезла совсем.

И под сердцем у нее снова ледяной камень.

– Не простишь? И не прощай. Само уйдет, – сказал Мартин, когда Саша рассказала все. – Дело же не в этом. Ты – забудь. Зачем тебе лед внутри? Лед – это смерть воды.

– Нет, лед – это сон воды. Долгий сон, – поправила Саша.

– Все неподвижное – смерть, все живое – движется, – улыбнулся ей Мартин.

– «У воды нет ни смерти, ни дна», [15] – вспомнила вдруг Саша и обрадовалась.

– Хорошо сказала, – похвалил Мартин.

– Это не я.

– Сейчас сказала ты! И не поправляй. Слушай. Ты опять плохо говоришь по-немецки. У тебя мозги там отшибло.

– Я совсем забыла, что есть другая жизнь, кроме той.

– Вспоминай. И – смирись. Внимательно слушай: смирись. Ты к себе вернешься, если только откажешься от себя. Да, тебе в душу наплевали. Да, в который раз. И что? Будешь лежать оплеванная и злиться? Бог говорит: прощай врагов и молись за врагов. Это Его воля. Твоя воля – не прощать и не молиться. Он тебе дает полную свободу: жить по Его воле или по своей. То есть – подняться до Него или ползать в своих плевках. И свободный выбор всегда за тобой.

Я расскажу тебе о себе. Знаешь, я ведь не такой крутой и могучий, как тебе кажется. Сколько раз со мной бывало, что я был совсем один и падал. Вот с этого самого инвалидного кресла. Или с кровати. Откуда угодно могу упасть. И у меня всегда выбор: лежать или встать. Могу лежать долго-долго, пока кто-то не заглянет сюда, если заглянет. Только если я буду лежать, далеко я уйду? Я начинаю пытаться встать. Падаю. Злюсь. На тех, кто это со мной сделал. На свое бессилие. И совсем лишаюсь способности встать. Злость забирает себе всю энергию. И тогда я прошу Господа мне помочь. Просто говорю: «Господи, благослови!» И начинаю пытаться. Десять, двадцать, сто раз. И в конце концов я поднимаюсь. Поднимаюсь, чтобы жить. Без злобы. И помогать другим, кому еще хуже. Вот тебе. Тебе сейчас хуже.

Мартин внимательно посмотрел на Сашу.

– Хуже? – повторил он.

– Нет, – неожиданно для себя ответила она. – Нет! Я все поняла. Я – поднимусь. Я буду пробовать снова, снова и снова. Я знаю: Господь нас уважает! [16]

– Хорошо сказала, – похвалил Мартин.

– Это не я, – откликнулась Саша.