Чтение онлайн

Шинда был растерян: его магия, его тело, то чему он всегда доверял, на что рассчитывал в любой ситуации, предали разум. Мысли метались испуганными птицами, а тело уже само все решило, прижимаясь к проклятому наемнику. Чужие пальцы нежно оглаживали чувствительное основание шеи, именно сюда так легко вонзить кинжал и одним резким движением отделить голову от позвоночника.

Дрожь прокатилась по телу, и Дагон, уловив её, прижался ещё теснее, теперь между их телами не осталось пространства даже для воздуха.

Как его руки оказались на спине наемника, Саах не смог бы объяснить даже под воздействием мозголомов. Ладони легко провели по спине и замерли на пояснице, действовать дальше Шинда просто не решился.

Поцелуй прервался и Дагон принялся осторожно целовать шрам, спускаясь к шее, отчего Шинда прикусил губу, сдерживая невольный вздох. Прикосновения были… приятными. Пальцы непроизвольно сжались, сминая рубашку наемника, когда зубы слегка прихватили кожу у уха.

Саах, прикрыв глаза, медленно откинул голову назад, подставляя шею под чужие ласки, и слух уловил еле слышный вздох облегчения. Прикосновения губ стали смелее, и руки Дагона соскользнули с плеч вниз. Наемник лишь слегка отстранился, развязывая шнуровку рубашки.

Сильно вздрогнув, Шинда удержал себя от того, чтобы немедленно оттолкнуть Дагона. Привыкнуть, к этому нужно привыкнуть.

Наемник отстранился сам, провел рукой по щеке и, соскользнув на пол, подхватил на руки.

— Поставь меня на пол, — Саах был не в восторге от того, что его потащили на руках, как девицу на выданье.

— Если ты уснешь во время поцелуя, это будет моим самым большим позором, — Дагон хмыкнул, удерживая дергающегося Шинду. — Не брыкайся, в лаборатории только мы двое, а значит, никто не увидит этот небольшой эпизод.

Саах вздохнул и затих, позволив тащить себя до комнаты. Магия успокаивалась и тянуло в сон. Как он оказался на кровати, он уже не помнил.

Дагон тихо прикрыл дверь чужой спальни и сжал ноющую плоть через плотную кожу брюк. Он едва не сорвался, ещё бы чуть-чуть и Шинда утром не смог бы сидеть, а как только восстановился бы, размазал бы наемника ровным слоем по всей лаборатории. Расстегнув ремень, Дагон с некоторым трудом приспустил брюки и за несколько движений достиг разрядки. Будет сложно удерживаться в рамках, но если слишком поторопиться, он спугнет свое разноглазое чудо.

Эмиор со вздохом вчитался в новое донесение и тут же нахмурился. Имя Диатери показалось очень знакомым. Несколько секунд спустя, правитель тряхнул головой, наконец-то вспоминая, что это девушка Севастьяна.

Внимательно вглядевшись в строчки, Эмиор нахмурился ещё сильнее. Странный перевод девушки в другое место обучения, и при этом амулет рассыпался, будто её исключили за особо тяжкое преступление. Такой властью обладает ректор, и если Дедалиусу молодой правитель более или менее доверял, то новому, которого назначала сестра, особого доверия не было, в другое время может быть, но не сейчас. Он и сестре-то не может доверять, хотя ей-то сместить его не светит, и даже регентом быть не сможет, ибо старые законы нерушимы. На трон садится только маг, и регент при ребенке может быть только магически одаренный.

Из потайного хода выскользнула фигура, закутанная в широкий черный плащ.

— Добрый вечер, правитель, — женский голос позволил расслабиться. Кошка.

Женщина распахнула плащ и спустила с рук светловолосого ребенка пяти лет.

— Папа! — радостный малыш с топотом помчался к повернувшемуся к нему правителю.

Эмиор подхватил сына на руки и, расцеловав, усадил на колени.

— Спасибо, Кошка. У вас все в порядке?

— Да, правитель, — женщина откинула капюшон от чего черно-рыже-белые волосы рассыпались по плечам. Слишком крупные глаза, цвет которых было не разобрать из-за бликов света, были по-кошачьи вытянуты к вискам.

— Папа, Кошка научила меня рисовать руны, — мальчик заерзал на коленях отца. — И я даже смог призвать маленького духа.

— Молодец, — Эмиор улыбнулся. — А чему ты ещё научился?

Документы были забыты, общение с сыном важнее.

Севастьян, получивший с Сото письмо от Диатери, нетерпеливо ожидал девушку неподалеку от старого храма, где, казалось, так давно призвал Шинду.

Тихий шорох заставил напрячься и сложить первую фигуру воздушной атаки. Из кустов выскочил заяц и, пошевелив ушами, запрыгал по тонкому слою снега куда-то к дороге. Серый заяц, совершенно обычный, вот только…

Прыжок на несколько метров в сторону, и в то место, где он только что стоял, ударило огненное заклятье, взрывая мерзлую землю.

Воздушные лезвия взрезали голые кусты и со звоном разбились о чужой щит.

Воздушный пресс едва не размазал отпрыгнувшего к крыльцу Севастьяна, но вот плащ пришлось бросить. Печальный хруст стеклянных флакончиков с лекарствами и эликсирами возвестил о том, что одежда испорчена окончательно. А атака по площади молнией, не дала ничего, кроме ещё одной воздушной стопы. Севастьян быстро ткнул амулет с шеи в кожу, протыкая её и зовя на помощь, а сам раскрутил огненный смерч.

Водяная сфера с шипением и паром прокатилась по обожженной земле, частично гася пламя.

Сверкнула тень, и раздался болезненный вопль.

— Опускай, — голос Шинды раздался из-за рева пламени.

Буквально за несколько секунд пламя с тихим треском угасло.

Зевающий Саах стоял на крыльце, держа за шкирку бессознательного человека в форме магов правителя.

— И что ты здесь забыл?

— Диатери попросила о встрече, — Севастьян огляделся. — Только она уже должна была прийти.

Шинда нахмурился и, плетя теневые оковы, оставил нападавшего на крыльце.

— У тебя есть какая-либо вещь, которая ей принадлежала?

— Нет, откуда? — Суалес пожал плечами, внутренне холодея от ужасного предчувствия.

Демонолог спустился на землю и, несколько раз глубоко вздохнув, распустил тень. Спрятавшиеся за тяжелыми зимними тучами луны помогли в этом, не разрушая поиск. Несколько минут Саах стоял не шевелясь, а затем зашагал по еле заметной тропинке, периодически цепляя голые кусты подлеска, стряхивая с них снег.

Севастьян нетерпеливо бежал за старшим.

Диатери нашлась у большого дуба в его корнях. Казалось, она просто спит, но стоило перевернуть её на спину, как стало понятно, что девушке уже не суждено проснуться. Рукоять кинжала торчала в груди, а вокруг расплылось небольшое пятно крови.

— Мертва не более получаса, ещё теплая, — Шинда закрыл помутневшие глаза и поднял девушку на руки. — Уходим, за нападавшим я вернусь.

Молодая женщина, всхлипывая, прижималась к плечу подростка с лавандовыми волосами. Тот тоже не мог удержаться от слез. В небольшом отдалении от гроба стояли другие ученики Академии и все преподаватели, которые обучали Диатери. Её маленькую девочку, её малышку. Не выдержав, она зарыдала в голос, не в силах справиться с болью. Тонкие руки подростка крепко обняли её за талию, а лавандовые волосы спутались с её каштановыми, когда Севастьян поддерживал её, не давая вновь кинуться к гробу, в котором лежала Диатери.