И все-таки я выиграла!
Шрифт:
– А как ты сбежала?
– Я не знаю. Я ничего не помню.
– А машина? Ты можешь описать машину, которая преследовала вас в ту ночь?
– Было очень темно, а фары были выключены: номера и марку я не разобрала. Темная легковушка.
Детектив был немного разочарован, но виду не подал. Он уже прощался с девочкой, когда в кабинет влетел разъяренный доктор Стоун и потребовал полицейского покинуть помещение.
– Кто Вас вообще туда пустил?! У девушки стресс, ей категорически нельзя волноваться! – за дверью палаты врач уже не сдерживался. – Дурдом! Я не позволю травмировать моих пациентов! Впредь, прежде чем вы надумаете нанести ей визит, у меня на столе должно быть заявление в письменном виде, это ясно?
Хок был не в настроении спорить, тем более, что уже перевалило за полночь. Форд же, выглядел еще более уставшим. «Надо будет дать ему парочку выходных, когда распутаем это дело».
– Сэр, Вы что-нибудь узнали?
– Ничего особенного, чего бы мы уже не знали. Кстати, с меня кофе – ты был прав, они действительно были в этой психушке.
– И… - нетерпеливо протянул парень.
– И поговорим об этом завтра, а сейчас иди домой и выспись: завтра со свежей головой от тебя будет больше пользы.
Придя домой, Альфред вооружился кофе и принялся изучать распечатки звонков. К счастью, изучать пришлось недолго: мобильная связь и интернет потихоньку вытесняет все остальные. Правда, кое-что все-таки привлекло его внимание.
– Смотри-ка, Лорд, – пес поднял голову и сонно уставился на хозяина, - наша именинница либо занимается телефонным хулиганством, либо подрабатывает будильником.
Согласно распечатке, ранним утром 6-го мая из дома Стрейтов было сделано два звонка: Преям и Локкам. Длительность звонка – не больше трех секунд. Детектив просмотрел все остальные данные: больше не было общих звонков для этих домов.
– Нет, с этой блондинкой явно что-то не так… – непонятно к кому обращаясь, пробормотал Альфред, но спаниель посчитал своим долгом негромко гавкнуть в ответ. Детектив посмотрел на часы – два часа ночи. «Поздновато для визитов», пронеслось у него в голове, однако он все равно оделся и пошел к машине. Было около половины третьего, когда он подъехал к дому Стрейтов.
– Что ты тут делаешь, Альф? – разговаривал он сам с собой, наблюдая за главными воротами. Он и не надеялся ничего увидеть, именно поэтому был неимоверно удивлен, когда двадцать минут спустя из ворот вышел никто иной, как Колин Форд, его младший помощник.
========== Глава 7 ==========
«Что этот юнец возомнил о себе? Глупый малый, нельзя же прямо в лоб ее допрашивать - спугнешь». Детектив наблюдал за своим коллегой, пока тот размашистым шагом шел к машине. Что-то в нем изменилось, отметил про себя Альфред: то ли походка была уверенней, то ли движения стали более прерывистыми. Парень явно нервничал. «Чего же могла наговорить эта женщина, что могло вывести этого спокойного и улыбчивого парня из себя?». На автомате Хок двинулся за машиной Колина, по привычке не включая фары. Поначалу Альфред рассердился сам на себя: надо было остаться у дома блондинки, ведь он и так знает, где живет Форд. Детектив уже был готов развернуться, когда заметил, что парень едет не к себе домой. «Что ты задумал, Форд?» Через пару кварталов Колин остановился, вышел из машины и пошел пешком, Хок – за ним. «Так что же ты все-таки затеял, парень?» Через три квартала Форд остановился, оглянулся и завернул во двор одного из домов. Альфред простоял снаружи полчаса, потом начал замерзать. Он записал адрес и вернулся к машине. «Жизнь становится все интереснее». Хок отправился домой, прекрасно понимая, что заснуть ему сегодня снова не удастся.
***
– Я же сказал, не приходить сюда! Идиот безмозглый! А если…
– Успокойся старик, все чисто, – Колин налил себе стакан виски и залпом выпил его. – Пора заканчивать этот цирк.
– В смысле? Хок что-то просек?
– Пока нет, но он все-таки не такой тупица, каким ты его считаешь. А если девчонка заговорит…
– Не заговорит, теперь нет.
Парень поперхнулся второй порцией напитка.
– Только не говори, что ты ее убил!
– Совсем что ли? Конечно же нет! Просто немного прополоскал ей мозг. Лучше узнай, что она уже успела напеть этому пожирателю пончиков. И даже если бы и убил, то что? Не забывай, с кем ты разговариваешь! Это ты ее упустил, мальчишка. Если она успела…
– Да ничего она не успела, – отмахнулся Форд.
– Будь это не так, мы бы тут с тобой не разговаривали.
– Ну и зачем тогда ты здесь?
– Блондинка. Она начинает подозревать.
– Значит, плохо работаешь. Делал бы свое дело хорошо, ей некогда было бы думать о своем ненаглядном чаде.
– Да не в этом дело. Она тупа, как пробка, а тут еще этот Хок. Он ее подозревает, постоянно задает какие-то вопросы… А она сначала говорит, а потом думает. Короче, надо закругляться…
– Нет, еще рано.
– Что значит рано? Ты не понял? Если мы не вернем их, нам крышка!
– Придержи язык, щенок. Знал бы я, что будешь так ныть, никогда не взял бы тебя в дело. Где бы ты был без меня, а? Я тебя спрашиваю! Если я сказал рано, значит, они еще не готовы: процесс обратим.
– Так увеличь дозу.
– Черт бы тебя побрал! Ты говоришь в точности, как они. Хотя куда вам, дегенератам, понять, что в медицине не все решается увеличением концентрации. Из-за таких как ты, я и лишился всего. Идем по плану. Завтра зайдешь в больницу и попробуешь это, – в руке Колина оказалась ампула с жидкостью лилового цвета.
– Тебе самому не надоело? И так ясно, что это не поможет.
– Яйца курицу не учат. Я посвятил этому всю жизнь, и если ты считаешь, что уговоры какого-то сопляка меня остановят, то ты еще глупее, чем я думал. Делай то, что тебе говорят. И если еще раз придёшь сюда без предупреждения, на одного подопытного кролика у меня станет больше.
***
Мозг Колина лихорадочно работал, пытаясь придумать правдоподобное объяснение тому, почему на улице полдень, а он все еще не на рабочем месте. Парень был очень зол: он же предупреждал старика, что пользы от его очередного открытия будет не больше, чем от ослиной мочи. Все произошло именно так, как он предполагал: при виде шприца его мать опять заорала, как ненормальная (хотя почему как?) и набросилась на сына с кулаками. Форд потер пострадавшее плечо – и откуда у этой старушонки такая силища? Как же он устал от всего этого! А теперь еще выслушивать нуднеж начальника и мусолить его нелепые попытки найти этих малолетних дурочек. Как обычно парень купил кофе (сам он его не признавал, на задобрить начальника надо), забрал у дежурного свежую газету, расправил рубаху , вошел в кабинет и… В кабинете его встретило дуло пистолета, направленное прямо в лицо.
– Мистер Колин Форд, - Альфред Хок встал со своего места и достал наручники, - вы арестованы по обвинению в похищении Мисс Браун, Локк, Стрейт, а также сестер Прей. Я мог бы зачитать тебе твои права, но ты ведь их знаешь не хуже меня, не так ли?
========== Глава 8 ==========
Та ночь определенно вошла в список самых сумасшедших ночей, которые когда-либо были у Альфреда Хока. Вернувшись домой, он так и не смог уснуть, но и сидеть без дела было невозможно. Дурное предчувствие не отпускало его, поэтому он, недолго думая, вернулся в участок. Прелесть работы в ночное время заключалась в том, что тебя никто не беспокоит. Дежурный без лишних вопросов проводил его в архив и оставил. Даже когда весь участок ходил ходуном от забористых ругательств детектива, он покинул пост, выждав, когда буря улеглась.
– Сукин сын! – Хок яростно ходил по кабинету, периодически хлопая себя по лбу. – Как я мог быть таким идиотом?!
Альфред пробил адрес дома, куда наведался Форд. Дом был записан ни на кого иного, как на Виктора Стоуна. Ничего не понимая, Хок запросил досье на этого мозгоправа, и вот тогда все стало на свои места. Виктор Стоун, он же Виктор Форд, - один из работников клиники для лечения душевнобольных имени С.Т. Клауса. После закрытия лечебницы был приговорен к 10 годам лишения свободы. Его жена, страдающая болезнью Альцгеймера, была помещена в клинику, а малолетний сын попал в приют. После отбывания срока, однако, Виктор Форд неоднократно привлекался по обвинению в плохом обращении с животными: он проводил на них опыты, пытаясь, как он сам неоднократно заявлял, найти лекарство от недуга, сразившего его жену. В один прекрасный день в реестре появилась запись о смене имени. Виктор Стоун – психоаналитик с кристально-чистой репутацией, один из ведущих специалистов третьей районной больницы города и т.д. и т.п. Все прояснилось за долю секунды: пазл был собран. Остатки ночи Хок потратил на проверку своей теории. Он поднял почти весь участок, молясь успеть все проверить до приезда Форда. Удача была на его стороне – парень задерживался. Разделив людей на отряды, он начал работать по нескольким направлениям. Машину, темно-серый шевроле, записанный на имя Виктора Форда, нашли на служебной стоянке больницы, грунт взяли на экспертизу, но Альфред был уверен, что он совпадет с образцами, взятыми со стройки. Сам он отправился к миссис Стрейт, которая, не выдержав его напора, раскололась менее чем, через час. Колин Форд был ее любовником. Сверив ее показания с распечатками, детектив установил, что время их свиданий совпадает с временем звонков в дома Преев и Локк, которые были сделаны из дома Стрейт, и что в ночь похищения девушек, которые собрались у Дафны в комнате, у Форда и блондинки было свидание, которого она не помнит, так как выпила лишнего. Альфред еще долго не мог унять истерический смех, когда вспомнил название несуществующей фирмы по производству кондиционеров – «Коллинз». У блондинки действительно не было фантазии. Еще одна группа была приставлена к Стоуну, который тем же утром привел их к девушкам. Вот уж кто был оригинален: Вик поместил девушек в ту же клинику, в которой лежала его жена (и Лорен Прей, кстати), под другими именами и медленно травил их препаратами, пытаясь свести их с ума. В ту злополучную ночь, в день ее рождения, Дафна, прекрасно знавшая о любовных похождениях своей матери, узнала голос. Это она и сообщила своим подругам ночью 6 мая. Вот только сообщить они никому не успели…