Чтение онлайн

Я сел рядом, оказалось довольно удобно, и, смотря ей в глаза, попросил ее продолжать, она улыбнулась, довольно нежно, словно родному, и заговорила: — Тогда, когда я проиграла Иоланду, и он отправил меня сюда, я начала сразу же искать способ выбраться отсюда. Это оказалось не так просто, ведь сам Иоланд меня бы никогда не освободил, понимаешь? Я же не всегда могла связываться с людьми отсюда, этому я научилась уже здесь. Но время здесь идет иначе, Эмерик, и когда я смогла, наконец, связаться с миром людей, выяснилось, что Святой Иоланд уже давно мертв, а что стало с его детьми, никому не известно.

О, как я тогда расстроилась, ты даже не представляешь, я была просто в бешенстве, узнав это. Но, обдумав, решила, что все еще не потеряно, и стала связываться с людьми, коих мне удалось почувствовать через грань, отделяющую Пограничный мир от мира людей, как это делают духи и те существа, которых люди называют демонами. И мне удалось создать целый культ имени себя, я давала им то, что у меня есть, — мои знания, они же делали то, что нужно было мне, питали меня своими жертвами. Пару раз мне удавалось выйти на след потомков Иоланда, но всегда мои попытки проваливались, последняя была с Датхаром, могучим шаманом моего родного Хотрена. Он сам меня нашел и связался со мной, попросил помощи, а я попросила помощи у него. И каким было мое огорчение, когда и эта попытка провалилась, но, благодаря именно этой попытке, я смогла узнать способ, как мне получить желаемое. Мне надо было вмешаться в судьбу, а этого никто никогда раньше не делал, никогда. Большая цена, но и результат выше всяких похвал — ты. Человек, которого не должно было быть там, где он был, человек, который не должен был участвовать там, где участвовал. И много нитей судьбы из-за тебя переплелись иначе, чем должны были. Кто-то из твоих друзей, еще из Когтя Орла, должен был умереть, кто-то наоборот жить, но из-за твоего участия, их судьбы изменились. А Ратарт? Ты спрашивал, как-то, почему трон выбрал именно тебя? Из-за моего вмешательства ты оказался там, где не должен был, если бы трон не встретил тебя, он бы тебя и не выбрал, не должно было быть там достойного человека. А то, что мой ритуальный нож оказался у нордапов? Ты сам не осознаешь, что ты наделал с ними, ты подарил им веру в меня. Я чувствую, как они молятся мне, возле моего клинка, каждый день, и я отвечаю им.

Сказав это, она замолчала, давая мне обдумать услышанное. Не каждый день такое можно услышать, далеко не каждый день, меня словно облили холодной водой. Но теперь стало понятно, почему Агвид, самый опытный северный шаман, не смог предсказать мне судьбу. Увидев, что я начинаю задумываться, Алтана продолжила: — Ты отказался меня освобождать, тогда, когда портал был у тебя в руках, и я не могу заставить тебя это сделать.

— Значит моя судьба — освободить тебя?

— Нет, значит, твоя судьба еще не написана, и писать тебе придется ее самому. Но каждое твое действие будет влиять на всех окружающих, что может привести к тому, чего быть не должно. Что ты еще хотел спросить, Эм?

— Я, я, не знаю. — То, что я услышал, это сложно так быстро переварить, но, собрав силы, я спросил: — Фон Далхот искал поле камней, зачем оно ему может быть нужно?

— Как же зачем, ну что ты, в самом деле. А что сделал Датхар? Думаешь, я тут одна, такая красивая, в Пограничном мире есть? Здесь есть очень опасные существа, которых можно вызывать в мир людей. Скажи мне, ты ничего не слышал, у него может быть, что-нибудь есть?

— Да, Агвид, наш шаман, говорил про какие-то кости.

— Тогда дело плохо, Эмерик, очень плохо. Фон Далхот изучат мои труды, даже связывался со мной, пытался узнать о костях. Кости — это два ребра демона Гасбеаса, которые я вырвала ему во время нашего поединка, давным-давно, и, видимо, он их все же нашел. — Она схватилась за голову и начала тереть свои виски, я же, стараясь не звучать совсем глупо, спросил: — Кто такой этот Гасбеас, и чем это так опасно? И причем здесь его ребра?

— Могучая тварь, живущая в Пограничном мире, мне довелось с ним встретиться, я смогла загнать его обратно, но это было очень не просто. Фон Далхот всегда грезил властью и силой, и, когда ты лишил его дела всей его жизни, он вернулся к тому, о чем мечтал еще в юности, когда и собирал мои книги. Взывать демона из Пограничного мира и заставить себе служить — отличная идея для такого человека, да вот только демоны никому не служат. Ребра — это ключ к вызову демона, один из способов призывать из Пограничного мира кого-нибудь, не зная его настоящего имени. Ты должен любой ценой ему помешать, иначе случиться непоправимое, будет много жертв, будет много крови. Эмерик, не дай старику этого сделать, ни в коем случае, прошу тебя.

И как только она это произнесла, я почувствовал, как комната поплыла, в глазах потемнело, и я снова оказался в пушной лавке Олава Маттсена, в Хотрене, коснулся Источника — тот был полностью пустой.

Архимаг Аматей фон Далхот, бывший директор Троакастера, зловещей и жуткой крепости в облаках, а ныне кириомаг, глава Верховной Палаты магов, назначенный по настоянию императора Мирея — Таргольда Мудрого, решился вызвать создание из Пограничного мира, демона Гасбеаса.

Вот поэтому и прибыл в Хотрен, потому как здесь, на севере, все не так, как в других частях империи, здесь магия духов ближе, сами духи, буквально, в лесу живут, как моя знакомая крысобелка, что сейчас сидела возле лампы и грела об ее колбу свои лысые, белесые лапы.

В то же время, попутно, печально известная подпольная организация, что готовила переворот в Мирее — «Черная правда», договорилась с северянами о поддержке и помощи, в случае, если им удастся устроить все задуманное, отправила сюда Агнессу де Нибб, мою «супругу», и меня к ней в придачу, для помощи местным и укрепления «духа дружбы». Основная задача состоит в том, чтобы помочь повстанцам, под командованием Илоны Вардсен, красивой, высокой девушки с ярко светлыми, пшеничными волосами, в убийстве этого самого кириомага. Его убийство послужит усилению «Черной правды» в Мирее, обезглавит Совет магов, вызовет смятение среди элиты империи, а самое главное — убедит северян поддержать красавицу Илону в ее святой борьбе за свободу Хотрена от империи. Они ей поставили довольно странное условие — чтобы она показала свою решимость, волю и силу, путем убийства самого сильного и опасного мага страны, а после убийства они обещали ее поддержать, начать войну за независимость и помочь выгнать проклятых имперцев с Хотрена.

Но, как и ожидалось, место будущего короля Хотрена, которое для себя готовила Илона, нужно не только ей, но и некоторым другим, особенно отличился Гладерсен — ее правая рука, который приказал верным ему людям убить нас, когда мы, по ее же поручению готовили оружие против сильнейшего мага в мире. Вопрос для меня остался пока что один открыт: какова доля участия моей супруги в предательстве? Ведь от этого еще и зависит, выполнил ли я свою задачу, а моя задача — закрепится в «Черной правде», выяснить, кто у них там главный, потому что я, как это не странно, служу в тайной страже императора.

При этом у меня есть личное поручение — убить фон Далхота, потому что это в интересах командующего тайной стражей, но в эти политические игрища лучше не влезать, а делать как скажут.

Если я ничего не упустил, а закрутилось столько всего, что голова кругом, то я попал в ситуацию, когда любое мое действие приведет к плохим последствиям. Убью архимага — начну восстание в Хотрене, укреплю союз «Черной правды» и северян, ослаблю империю, сыграю в пользу «военной» элиты страны, не убью — подставлю себя, обреку северян на вечную службу империи, а себя на немилость самому опасному человеку страны. Но то, что фон Далхоту надо помешать вызвать демона, как сказала Агдатор, это бесспорно.

Встал с кровати, посмотрел на мирно спящую северянку, на крысобелку, которая пыталась залезть внутрь лампы, и вздохнул.

— Ты же в лесу жила, неужели мерзнешь? Я помогать делать глупости не собираюсь. — Тихо сказал я мелкому духу, который, после случайно оброненной мной фразы, стал везде следовать за мной. Та лишь развела лапками в стороны, словно говоря мне о том, что попробовать стоило. А затем ловко перепрыгнула на полку, с нее на висящую на стене шкуру, а после скрылась из глаз где-то на потолке.

Ну, зато помирился с северянкой, хотя, признаюсь, на душе все еще тяжело, да и то, что я наказал ее возлюбленного так жестоко, тоже не очень хорошо, хотя сделанного назад не вернуть. Не знаю, почему, но с разговора с Алтаной прошло уже два дня, но люди Олава, спасибо ему за помощь, так и не сообщили пока ничего важного. Кириомаг все так же сидел у генерал-губернатора и никуда не выходил, хотя они сообщили, что он готовится к походу, целый конвой себе собрал, около полусотни умелых солдат, помимо его свиты из трех магов, так еще маги-иностранцы, в количестве пяти человек, что не говорят на нашем языке. Итого, почти шесть десятков человек, кто может помешать убить фон Далхота, кроме него самого. Так это я не беру в расчет повстанцев — предателей во главе с Гладерсеном, да и Агни умеет убивать.