И жили долго и счастливо
Шрифт:
— Должен признать, мадам…
— Джо, — исправила она.
— Хорошо, Джо, — согласился он. — Это лучшее жаркое, которое мне когда-нибудь доводилось есть. То же самое могу сказать и о бисквитах.
— Я рада, что вам понравилось. — Она повертела в руках булочку. — Но вам вовсе не нужно открывать передо мной двери, стараться избегать привычных выражений или подавать мне руку, когда я спускаюсь по ступенькам. Пока я здесь, вы можете относиться ко мне, как к одному из своих работников. Так будет проще для обоих.
Чейз покачал головой и откусил еще кусочек бисквита.
— Вы можете называться мужским именем и делать карьеру сколько вам угодно, но я все равно буду относиться к вам, как к женщине. Вы — женщина, и я не могу этого не замечать. Мало того, моих работников уж точно будет невозможно убедить не видеть этого.
— Я не согласна с вами, — сдержанно ответила она. — Я умею быть осторожной, поэтому ваши работники сразу поймут, что им ничего не светит. Ну а вам я, кажется, вообще не нравлюсь.
— Я сказал, что вы не относитесь к моему типу женщин, — парировал Чейз, нервно взъерошив волосы. — Но подумайте сами. Восемь ковбоев, неделями живущие в бараке, лишенные… женской ласки. Представляете, что здесь начнется, если я позволю вам остаться?
Джо не знала, плакать ей или смеяться.
— Интересный подход, — заметила она сухо. — Но вы можете спать спокойно, Чейз, я приехала не для того, чтобы завести интрижку.
— Милочка, у вас на лице написано, что вам только того и надо.
— Мне вряд ли удастся изменить что-то в своем облике, но, смею вас уверить, ваши люди быстро поймут, что их попытки тщетны.
Чейз подцепил вилкой последний кусочек мяса и взял булочку.
— Должен признать, приятно для разнообразия съесть на ужин что-нибудь горячее. — Он приподнялся, чтобы снова наполнить тарелку.
Джо с большим усилием отвела взгляд от его мускулистой спины.
— Я буду с удовольствием готовить для вас, пока я здесь, — сказала она чуть дрогнувшим голосом.
— От вас будет мало толку на ранчо, если вы будете проводить все время на кухне. — Чейз сел на свое место и приступил ко второй порции жаркого.
— Все не так сложно, если у вас найдется чугунок.
— Где-то был, — отозвался он жуя.
Джо подавила победоносную улыбку. Она выиграла маленький поединок, но настоящее сражение впереди.
— Тогда никаких проблем: я буду готовить вечером и разогревать все к завтраку. Так что к вашим услугам всегда будет горячее блюдо.
Чейз поднял голову от тарелки.
— Остается только один вопрос, — сказал он ледяным тоном, — вы уверены, что сможете готовить в печи, а не на газовой плите?
На какое-то мгновение Джо заколебалась: может быть, сказать ему правду? Глядя в его глаза, полные презрения, лгать было непросто, но что-то ее останавливало, ей не хотелось так сразу пускать Чейза в потаенные закоулки ее прошлого. Джо испугалась, что еще не готова к чувству, в которое может превратиться увлечение этим человеком. Если бы он узнал, что она родилась и выросла на молочной ферме, он бы, конечно, отнесся к ней с большим уважением.
Она с трудом отвела взгляд.
— Это всего лишь жаркое. Его нужно долго готовить на медленном огне. Если казанок поставить в самое прохладное место в печи и часто перемешивать, чтобы мясо не подгорело, все будет в порядке.
Он продолжал изучать ее, поэтому Джо старалась рассуждать легкомысленно, чего он от нее и ожидал.
— Дома у меня электрическая плита, так что я не очень-то хорошо умею обращаться с огнем. Я боялась, что, если сделать что-то неправильно, дом взлетит на воздух. Впрочем, оказалось, что печка уже горела, поэтому мне не пришлось учиться ее разжигать.
Он рассматривал ее еще минуту, показавшуюся ей вечностью, и снова принялся за еду. Джо не знала, поверил он ей или нет.
— Дайте мне шанс, Чейз. А я, в свою очередь, обещаю работать изо всех сил и доставлять вам как можно меньше неприятностей.
В ответ на эту пламенную речь прозвучало лишь звяканье вилки о тарелку. Джо попыталась зайти с другой стороны:
— Я понимаю, вы думаете, что Джордж просто сыграл с вами злую шутку, но мне действительно очень нужно остаться.
— Зачем?
— Для моего исследования.
— В Нью-Йорке разве нет библиотек? Джо пожала плечами и отвернулась.
— Я, конечно, могла перелопатить массу литературы, но предпочитаю изучать все на практике.
— Почему здесь? В моем доме?
— Джордж решил, что мне надо начать разрабатывать новую тему. А поскольку истории о ковбоях сейчас в моде, нам показалось разумным приняться именно за это направление. — Она говорила все тише, в то время как его лицо покраснело от злости.
— Я не подопытный кролик, Джо. Если вы думаете, что вам удастся заманить меня в постель, чтобы провести практические опыты для своего исследования, вы очень сильно ошибаетесь.
До сих пор Джо была уверена, что в Нью-Йорке видела мужчин всех возможных видов, но Чейз Риордан был абсолютно уникальным экземпляром. Он был потрясающе красив. Об этом говорили ей не только ее глаза: все ее тело трепетало от его притягательности. Но она никогда в жизни не встречала мужчину, который был бы так уверен, что женщина — воплощение опасности.
— Позвольте мне вам кое-что объяснить, — сказала она, облокотившись грудью на стол. Когда его взгляд скользнул по ее шее и ниже, она поняла, что добилась своего. — В этой области я уже исследовала все, что можно. Нью-Йорк — просто Содом и Гоморра, там представлены мужчины всех сортов и разновидностей. Независимо от вероисповедания и рода деятельности все мужчины ужасно похожи друг на друга и играют в одни и те же сексуальные игры. Добившись своего, мужчина перестает интересоваться тем, чего хочет его партнерша.