И Золушки здесь не тихие
Шрифт:
— О, Мила! Вставай, домой пойдем! С отцом и братьями познакомлю.
Меня подняли и попытались разогнуть. Организм издал жалобный хруст.
— Оу…..
Разморожусь, побью, натуралист-любитель, блин…
— Так…. Что-то не так, верно? Поза странная…. Даже не знаю… Спазм? Судорога? Но больше всего меня путает, что ты молчишь… Это не к добру… Девушка всегда, когда молчит, вынашивает коварный план. Пошли избавлять тебя от коварного плана.
Оборотень закинул мою задеревеневшую тушку на плечо и куда-то пошел весело насвистывая.
Принесли меня в дом, потом прямо в одежде погрузили в теплую воду с травами. Через час водных процедур я отошла. Помылась, нашла одежду, вышла из ванны и пошла на запах еды.
— А с этого ракурса она ничего. И такого страшного выражения лица нет.
Посмотрела мрачно на молодого мужчину. Похож на Орена. Брат, наверное. Но на Орена я зла… Очень зла…. Села за стол туда, где стояли пустые приборы. Положила себе мясо и стала есть. За столом сидел Орен, его отец и двое молодых людей, похожих на Орена.
Мужчины тоже приступили к ужину. Я поела, подобрела, стала рассматривать мужчин. Братья Орена мне улыбались.
— Все, поели и по домам. Мила устала. Нечего вам здесь тереться. — Оборотень встал и пинками выгнал братьев из-за стола.
— Мила, это мой отец, альфа стаи. Поживем у него. Можешь отдыхать, пока ни приедет эльф. Здесь тебя никто не тронет. Вечером представим тебя нашим сородичам. Нужно обозначить твой статус.
— Какой статус?
— Какой-нибудь. К вечеру придумаю. — и этот гений пошел думать.
До вечера Орен то появлялся, то исчезал. Чувствовалось его волнение предвкушение чего-то. Я тоже заразилась его энтузиазмом и на фоне этого выпросила себе нарядное платье и туфли, на голове накрутила кренделя. Щеки к вечеру лихорадочно краснели.
Собрались все у большого костра, на окраине. Альфа представил меня, отдельно выделив, что я его гостья и все члены клана должны меня охранять и защищать. Я скромно потупилась. Работы им, конечно, добавится… Стыдно заранее…
В какой-то момент к костру подошла очень красивая молодая девушка. За ней шел мужчина средних лет. Орен напрягся.
— А это мой заместитель со своей женой. — Альфа не стал на них задерживаться, хотя до этого говорил с каждым, кого представлял.
Я посмотрела на оборотня. Его лицо застыло восковой маской, он смотрел на огонь, ни на что не реагируя. Обернулась к девушке. Она, не отрываясь, смотрела на Орена. Что происходит?
Повернулась к оборотню и увидела уже только его спину удаляющуюся в лес. Встала и пошла за ним, стараясь сильно не отставать.
Оборотень дошел до небольшой возвышенности у реки и сел на нее, глядя вниз, на быстрые воды. Я немного приблизилась к нему, но так, чтобы он меня не увидел. Лишь бы не решил в воду прыгнуть, в платье я его не вытащу.
— Выходи из укрытия. Тебя еще от поселения слышно было. Ходишь как раненый хищник. Ломаешь все по пути, пыхтишь.
Я с возмущением посмотрела назад. Ну, да. Есть несколько сломанных веток. Но это же не "все"? "Все", это когда я прошла, а сзади расчищенная лесополоса. Мысленно обиделась. Через минуту поняла, что это неконструктивно. Дошла, села рядом.
— Орен, что-то случилось?
— Почему ты так решила?
— Та девушка… Вы знакомы? Вы так смотрели друг на друга.
Орен задумался, взял в рот соломинку и начал рассказ.
— Я когда то очень любил Линет. Любил больше жизни. А она никак не могла определить, за кого ей выйти замуж. За меня или заместителя отца. Сравнивала капиталы, перспективы, подарки. — Оборотень устало потер глаза.
— Моя охота в землях нагов была последним испытанием. Если бы я тогда не попал в плен, то мужем сейчас был бы я.
— А это что, так престижно быть ее мужем?
— Она самая красивая.
— Иииииии…????
— И я хотел быть ее мужем.
— То есть, ты хотел связать свою жизнь с женщиной, которая открыто демонстрирует, что может манипулировать тобой? Тебе не страшно? Ты будущий вождь. Сегодня она попросила тебя пойти на риск, завтра на убийство. Ты хочешь пожертвовать своей свободой, своим статусом, своей любовью? Ради чего? Это любовь?
— Не знаю.. — Орен подтянул меня к себе, посадил перед собой, уперев в затылок подбородок.
— А что такое любовь?
Я задумалась: — Любовь…
"Скажите, вы когда- нибудь любили?"
Эдуард Асадов
Скажите, Вы когда-нибудь любили?
Скажите, в Вашем доме плыл рассвет?
А голуби над головой кружили
Свой самый белый в мире менуэт?
Скажите, в Вашей спальне пела вьюга?
А Вы читали ей свои стихи?
А в каждом взгляде Вы искали друга
И брата, как лекарство от тоски?
А Вы когда-нибудь стояли на вокзале,
Вдыхая сложный запах поездов,
А Вам казалось, что Вы в тронном зале
Почти что задохнулись от духов.
Скажите, Вы когда-нибудь рыдали
Навзрыд от счастья горького с утра?
А душу на салфетках отдавали
Редакторам, ревнителям пера?
А Вы надеялись на Божью волю?
А в осень с листьями летали в свет?
А Вы благословляли свою долю,
Когда любовь предаст
И больше нет надежд?
А Вы смиряли строгую гордыню,
Пытаясь одолеть свои пути?
А Вы любили так, что даже имя
Вам больно было вслух произнести?
И если Вам хоть чуточку знакома
Ошибок рябь моей шальной руки,
То, значит, это Вам, а не другому,
Я написала все свои стихи.
Орен взял меня за руку, сжал ее. Легко поцеловал меня в голову.
— Спасибо. Я бы хотел подумать немного. Один. Попрощаться с прошлым. Ты не против?
— Нет. Я тогда пойду обратно. — Я поднялась с травы, отряхнулась и пошла.
— Не туда.
— Я знаю. Просто реакцию твою проверяю. — Развернулась, сделала шаг.
— И не туда.
— Хватит умничать! Задай рукой направление, я не гадалка и не следопыт. — Орен улыбнулся и показал, в какую сторону идти.
Минут через 15 я поняла, что иду уже давно. Гипотетически, поселение уже должно было показаться. Вокруг темно, никого, лес… Я запаниковала. Сделала шаг в сторону, зацепилась за корень и покатилась кубарем с горки.
Докатившись донизу, лежала на спине и смотрела на звезды.