Чтение онлайн

Как он понял, принадлежность к банде чаще всего означала, что ты будешь стоять и ждать оказии. Прежнее ученичество было совсем иным. Черствый старик не оставлял ему даже одного часа на личные нужды. А здесь... кажется, от него ожидают лишь присутствия на месте.

Наконец юный попрошайка принес слово от Трена. Им велели немедленно спускаться на берег реки. Ну, они уже опоздали, намекнул мальчишка. Реена подняла глаза к ночному небу и оторвалась от стенки. Махнула рукой Дорину.
– Идем. Наш превеликий и всемогучий хозяин сегодня сердит.

Шрет и Лоор брели следом. Дорин заметил, что они уже не подкалывают друг дружку, не бросаются обидными словами. Парни шагали с суровым и бдительным видом, словно стали телохранителями или наемниками.

– Почему ты водишься с ним?
– спросил Дорин, пока они пробирались сквозь толпы ночного рынка.

– С Треном?

– Да.

Она фаталистически пожала плечами: - Его выбрал Панг. Никто не идет против Панга. Он сварит твои яйца. Это он умеет.

– Мы увидим его?

Она поглядела недоуменно.
– Панга? Зачем бы?

Дорин сохранял серьезный вид.
– Хочу, чтобы он знал - я на многое способен.

Реена засмеялась: - Будь уверен, он знает! Обо всем докладывается. У него повсюду стукачи.

Дорин ненадолго замолк. Да, об этом он и не подумал. У вожака могут быть информаторы даже среди банды Уркварта. Хорошо, что Дорина никто там не видел, кроме Рефеля. Что ж, он повидал мир, и если подумать о лидерстве Трена - скорее, жалком подобии лидерства... похоже, такие недостатки встречаются часто. Особенно в мире черного рынка и воровства. Те, что не преуспели на всех иных путях жизни, оказавшись ужасающе ненадежными, имеют склонность падать в переулки и на ночные рынки. Вот последний вариант для одержимых зельями, безнадежных должников, патологических лжецов, дураков, фантазеров, лентяев. Да просто тупых.

Мрачная реальность улиц оказалась весьма далекой от сказаний жонглеров и трубадуров, от веселых улыбчивых воров с золотыми сердцами. Слишком романтизирована эта профессия, решил он, а на деле ею занимаются лишь ущербные и сломанные. Здесь нет ничего замечательного. Лишь неуверенность, убожество, тоска - и насилие.

И как это характеризует его самого? Здесь Дорин сжал зубы, резко выдохнув. Он не был вором. Никогда ничего не крал. Ну, забрал кое-что из того каравана, но все были уже мертвы. Ему платят за таланты. Не просто ремесло. Призвание. Да, он даже не задумывался, зачем делает свою работу. Реена и остальные трудятся ради денег. Хотят разбогатеть. Предпочитая путь побыстрее и попроще.

Но деньги ему не были интересны. Он был мастером. Интересовался лишь совершенствованием своих умений.

В молчании они подошли к гавани. Факелы и фонари на шестах освещали гладь реки. Реена вели их мимо барж, пока не оказалась возле одной, рядом с которой прохлаждалась многочисленная команда. Старший, мужлан с бородой и пивным брюхом, указал на нее пальцем.
– Ты опоздала как всегда, рыжая.

– Дела, Брунет, - сказала она беззаботным тоном.

– В жопу дела. Ты даже не знаешь, что такое настоящее дело.
– Мужлан окинул взглядом Шрета, Лоора и Дорина. И недоверчиво фыркнул.
– Ага, не это ли наш знаменитый метатель ножей? Там, куда мы пойдем, твои трюки никого не впечатлят. Усек?

Дорин поднял брови. Реена махнула на Брунета и прыгнула на баржу, сев у ящика. Вытянула ноги.
– Давайте двигать.

Брунет мрачно дернул за бороду, но лишь подозвал ленивую команду. Швартовы были отданы, баржа, повинуясь движениям шестов, отошла и двинулась по медленному течению.

Шрет с Лоором вытащили кости и начали играть. Члены команды, все из людей Трена, постепенно собрались вокруг них. Реена закрыла глаза, захрапев - или изо всех сил делая вид, что заснула. Брунет встал около парня, ворочавшего тяжелым рулевым веслом на корме. Заинтересованный Дорин ходил между грудами ящиков и бочек.

Некоторые были небрежно вскрыты, показывая содержимое. Дорин был удивлен, видя связки стрел, оружие, мотки каната, прочее военное снаряжение. В бочках оказалась солонина и другая консервированная снедь.

Дорин пошел к Реене, коснулся ноги.
– Все это взято из городских хранилищ.

Она сонно поджала плечами.
– И?

– У нас осада, знаешь? Уже введены рационы.

Она даже не открыла глаз.
– Слушай. Если ящик выпал из фургона, тот умен, кто успел подобрать. Нам ведь заплатят, верно?

– Но вы подрываете оборону города...

Реена разлепила один глаз.
– Боги, Дорин. Проклятие. Не веди себя так, будто приехал на телеге с репой. Откуда мы это добыли, подумал? Все воруют. Почему бы нам не принять участие?

Он задумался. Да, зачем беспокоиться? Кто ему Защитница? Никто. Откуда же тревога? И тут он сообразил. Вопрос не в том, кто будет править - Кан или Хенг. Но прямо сейчас мужчины и женщины рискуют жизнями, защищая его - и вот чем он платит. А ради чего? Ради пригоршни грязных монет? Мерзость происходящего вызвала жжение в желудке. Если подумать еще... да ладно.

Они миновали Идринскую арку внешней стены. Стража не окликнула их, вниз не полетели арбалетные болты. То ли стражникам не было интересно, кто покидает город, то ли им отвели глаза щедрой мздой.

Когда река сделала поворот среди леса, Брунет приказал пристать к южному берегу. Среди деревьев мелькнула полоса света, тут же приглушенного.
– Готовь концы, - прошипел Брунет.
– Бросай!

Команда швырнула канаты на берег. Темные фигуры подбежали их принять, баржу потянули к берегу. Борт заскрипел по глинистому уступу в человеческий рост высотой.

– Кто там?
– крикнул Брунет в темноту.

– Думаю, без имен, - ответил мужской голос из-за стволов. В темноте Дорин заметил отблеск металла - доспехи и ножны. Под укрытием утеса двигались и другие люди.

Ради Спящей богини! Они продают все канезцам! Ну, подумал он, мысленно пожимая плечами, кому еще требуется военное снаряжение?

– Начинайте выгрузку, - крикнул незнакомец в лес.

Брунет негодующе фыркнул.
– Сначала плати.

– Разумеется, - покладисто отозвался тот тип - вероятно, офицер.

Сквозь шум реки и посвист ветра в листве ухо Дорина уловило треск взводимого арбалета. Он как бы случайно переместился к Реене и взял за руку, потянув к другой стороне баржи.
– Всё выглядит очень плохо, - шепнул он.

Она сердито отбросила его руку.
– Я сказала, нам щедро заплатят.

– Слишком щедро, - мрачно ответил он.
– При первых признаках беды прыгаем за борт.

Она смотрела на него, как на пьяного.
– Чего? Я не могу плавать.

– Держись за борт.

– Где же деньги, эй?
– зарычал Брунет.