Чтение онлайн

— Может, не стоит с ним общаться? Некромант — занятой человек, я сама вам всё расскажу, — предложила Тая, придав лицу выражение святой невинности.

Тонкие губы мага дрогнули в улыбке, взгляд серых глаз смягчился. Он покачал головой и сказал:

— Буду с интересом ждать нашей завтрашней встречи на уроке, ваше высочество.

Тая мысленно простонала. Жаль, что Красман параличом языка заразить ее не сумел! Не судьба ей убедительно прикинуться сестрой, не судьба. Одна надежда, что сыворотки правды местные маги еще не изобрели, а проверку магией она не раз уже прошла.

Третьим уроком была литература. Тема: романтическая поэзия какого-то там века. Миллиса вдохновенно читала наизусть стихи, обсуждала с учителем творчество неизвестных принцессе поэтов, словом, рыжеволосая синеглазка и седенький старичок-литератор откровенно наслаждались обществом друг друга, а у Таи к концу урока горели огнем уши от укоризненных вздохов учителя. К следующему уроку было велено прочитать небольшой роман в стихах, описанный учителем как «одно из величайших произведений всех времен и народов». Тая планировала углубленно изучать книги по медицине, но придется потратить драгоценное время и на поэтов…

Она удрученно вздохнула, старичок-учитель назидательно сказал:

— Основой романтизма является признание способности человека к волевому акту, к осознанному выбору ценностей и действиям по их достижению и сохранению. Вам, ваше высочество, не близок такой подход?

— Близок, — заверила Тая и умолчала о том, что для нее такие действия по достижению своей мечты в первую очередь включают в себя изучение специальной литературы, а не поэтической.

Трудно во взрослом возрасте с головой окунаться в детство, переходить с позиции самостоятельно шагающего по жизни человека на позицию ребенка, которого ведут и направляют другие! На Земле даже родная мать давно воспринимала ее, как человека, в воспитателе уже не нуждающегося и имеющего собственную голову на плечах.

«Эх, мама, я по тебе соскучилась! Ты там присмотри за сестрицей — она какая-никакая, но все-таки тебе дочь и очень нуждается в твердой родительской руке», — подумала Тая.

Утренние занятия завершились, требовалось освободить класс для магов: после часового перерыва принц Итан должен был явиться в классную комнату, чтобы вместе с Миллисой под руководством барона Лерена покорять вершины магической науки. Барон Морвиал Лерен заранее пришёл в класс, настороженно посмотрел на выходящую из дверей принцессу, поздоровался с ней и спросил у дочери, уходящей на второй завтрак:

— Все хорошо, Милли? Занятия прошли нормально?

— Да, папа, не беспокойся, — ответила рыжеволосая синеглазая магиня.

Тая перевела этот диалог так: «Принцесса ничего не учудила, пакостей мне не делала и оскорбить не старалась». Она пожала плечами, попросила слугу помочь ей донести до комнаты все найденные в классе книги, имеющие отношение к медицинским знаниям и здравоохранению в стране. Голодно бурчащий живот требовал перекуса, Тая мысленно уговаривала его обойтись одним фруктом и стаканом воды и раздумывала об организации для себя регулярных физических нагрузок: надо озадачить братьев этой проблемой, пусть поучат ее оружием махать, в этом мире невесте некроманта такой навык не помешает.

Фрукт наподобие яблока ей принесли в личные покои. Она съела его, сидя у окна и прикидывая, что через два часа можно пообедать, при этом мужественно отказавшись от десерта. Хрустя иномирным фруктом, Тая посматривала с высоты второго этажа на широкую аллею, ведущую к парадному входу во дворец. У этого входа гарцевал прекрасный вороной конь, украшенный богатой сбруей и удерживаемый под уздцы коренастым конюхом. Конь повернул морду к дворцовой лестнице, приветственно заржал и попробовал встать на дыбы, вырывая поводья из рук конюха, но его порыв сдержали. К вороному подошел Расс, приветливо потрепал его по роскошной гриве, угостил каким-то лакомством. Принц не спешил сесть на коня и умчаться, он явно кого-то поджидал, и Тая решила воспользоваться моментом, расспросить о тренировках в оружейном зале.

На широкой центральной лестнице, ведущей со второго этажа на первый, к ней подскочили две девушки, в которых Тая узнала своих официальных подруг: Ларину и Селию, хотя вернее было бы назвать их ее верными подпевалами, готовыми следовать за своей командиршей и в огонь и в воду, вместе с ней бедокурить на все лады и прогуливать уроки.

— Доброе утро! — защебетали девушки, которым было позволено обращаться к принцессе на «ты». — Как ты себя чувствуешь после Мертвых Земель? Это был полный кошмар, да?! И жених твой жуткий постоянно рядом был, да? Как ты всё выдержала, не представляем!

— Нормально выдержала. Благодаря моему совсем не жуткому жениху, — холодно ответила Тая. — Завтра потрудитесь явиться на утренние уроки.

Девушки опешили от такого ледяного приема своей предводительницы во всех проказах и поплелись за спешащей к дверям Таей, как побитые собачки.

Расс разговаривал со своей рыжеволосой невестой. О, это он Милли ждал? Тая притормозила на ступеньках крыльца, дожидаясь, пока они закончат разговор. До нее долетели слова:

— Рад, что моя сестрица действительно старается исправиться и на уроки принялась ходить, хоть лакея все-таки напугала своей странной шуткой. Ну, это в ее духе, привычку дурачиться и озорничать быстро не изживешь.

— Ее замечания о легких и сердце не выглядели шуткой, — возразила Миллиса, — твоя сестра в самом деле много знает об анатомии человека, она весьма уверенно произносила медицинские термины, это сам учитель Тегран признал.

— Оказывается, она давно увлеклась нетрадиционной медициной, но никому об этом не рассказывала, — объяснил Расс, с отчетливыми нотками гордости за сестру, у Таи даже на сердце потеплело.

— О, надо же, никогда бы не подумала. Ты по делам уезжаешь? — спросила Миллиса, с откровенным восхищением и робкой нежностью взирая на своего жениха.

Тая окинула взором братца, оценила его широкие плечи, сверкающие на солнце платиновые кудри, ярко-голубые глаза в обрамлении густых черных ресниц — и не нашла, к чему придраться: хорош братец, очень хорош, восторг Миллисы вполне обоснован, особенно если ей, в отличие от Таи, нравятся блондины. Наблюдая за выразительным личиком девушки, Тая переоценила некоторые факты. Ей, взрослой женщине, сразу стало очевидно, что отец Милли отнюдь не насильно ее за принца сосватал, что девушка трепетно влюблена в Расса, хоть усиленно старается это скрыть.

Пока Тая размышляла, с чего бы это официально помолвленной девушке прятать ото всех свои горячие чувства к законному жениху, к Рассу подошел королевский садовник с большим букетом роскошных темно-красных, похожих на розы цветов, срезанных в оранжерее, и отчитался:

— Как заказывали, ваше высочество, сорт «алая страсть», двадцать одна штука.

Брат Таи заметно смутился, поблагодарил садовника, забрал у него букет. Миллиса чуть заметно побледнела и отступила на шаг. Ее лицо стало равнодушным, невозмутимо вежливым, а в Тае взыграла женская солидарность против неверных мужчин и злость на братца — ясно, по каким делам он ехать собрался!