Чтение онлайн

Напряжение сразу ослабло. Мужчины отступили. Поправив фрак, Фердинанд подошел к Кэро, взглянул на Майкла и Тимоти и обратился к Девилу:

– Они выживут?

Девил осмотрел голову Майкла, поднял его веки. Кэро воспользовалась этим, чтобы положить голову Майкла себе на колени. Глянув на Тимоти, Девил кивнул:

– Да. Оба. К счастью, пуля прошла слишком высоко и не задела легкого.

– Думаю, будет лучше, если доктор меня не увидит, – поколебавшись, пробормотал Фердинанд.

Кэро подняла глаза:

– Возможно. Приезжайте завтра в дом Анстрадсров-Уэдерби на Аппер-Гроувенор-стрит. Вы настоящий герой.

Фердинанд снова улыбнулся, на этот раз искренне, и пожал плечами:

– Отнять у женщины пистолет – невелика храбрость.

– Только не в том случае, если женщина попадает в глаз белке.

Улыбка Фердинанда сразу померкла.

– Надеюсь, это шутка?

Кэро покачала головой:

– К несчастью, нет.

Фердинанд пробормотал португальское проклятие и оглянулся на Мюриел, все еще безуспешно старавшуюся порвать веревки.

– Почему она это сделала?

Чувствуя устремленный на нее взгляд Девила, Кэро спокойно ответила:

– Боюсь, мы никогда не узнаем. Она безумна.

Фердинанд кивнул и ушел. Девил продолжал сидеть на полу рядом с Майклом и Тимоти. Габриэль устроился на шезлонге и неотступно следил за Мюриел. Кэро изучала лицо Майкла, жадно всматриваясь в каждую черточку. Гладя его по волосам.

Возвратившийся Люцифер привел доктора. Кэро пошевелилась и, мысленно благодаря Бога, полностью отдалась заботе о самых близких ее сердцу мужчинах.

Последняя сцена драмы разыгрывалась поздно ночью в библиотеке Магнуса. Вся семья собралась там, чтобы услышать рассказ, понять, успокоиться, помочь, защитить.

Майкл сидел в глубоком кресле, положив все еще ноющую голову на шелковую подушку. Шишка на затылке размером с яйцо наливалась жаром. Подняв стакан, он угрюмо пригубил содержимое… травяной отвар, собственноручно изготовленный Кэро. Остальные мужчины пили бренди, но он лишь с завистью на них поглядывал, тем более что Кэро сидела на подлокотнике кресла и не сводила с него глаз, а Онория специально придвинула свой шезлонг поближе. Ничего не оставалось, кроме как глотать гнусное пойло.

Присутствовали также Девил, Габриэль и Люцифер с женами, Алатеей и Филлидой. Магнус, восседавший в любимом кресле, внимательно слушал. Эвелин тоже не проронила ни слова.

– Я не верила происходящему до тех пор, пока не вспомнила, что Мюриел отлично стреляет, – объясняла Кэро. – Она вообще блистает талантами в недоступных женщинам сферах: прекрасно правит кабриолетом, стреляет излука и пистолетов.

– И, – угрюмо добавил Майкл, – пращи.

– И это, как выяснилось, тоже, – согласилась Кэро.

– Значит, – уточнила Онория, – когда ты вернулась в Брэм-шо, Мюриел рассказала о собрании «Ледиз ассошиэйшн», настояла, чтобы ты приехала, а когда местные дамы, не сговариваясь, признали тебя главной, взбесилась от злости?

– Скорее это стало последней соломинкой, сломившей спину верблюда, – вздохнула Кэро. – Мюриел всегда считала себя законной хозяйкой Сатклиф-Холла. Она, истинная Сатклиф, первенец Камдена, наследница всех его замечательных качеств, оставалась в тени, тогда как он предпочел жениться на мне. Одно это она посчитала оскорблением. А потом… она столько трудилась, чтобы стать первой леди графства! И положение, казалось, принадлежало ей. Но, несмотря на мое долгое отсутствие, местные дамы немедленно возвели меня на пьедестал, безжалостно ее сбросив. Камден ранил ее, но каждое мое возвращение сыпало соль на раны.

– Но в чем ты виновата? – возразил Майкл, сжимая ее руку.

– Не виновата. – Она на миг опустила голову, прежде чем продолжить: – Но Мюриел – человек упрямый и, поставив перед собой цель, начинает ее добиваться. Она поставила целью избавиться от меня и потом просто не могла остановиться. И тут увидела дом, а заодно и шанс сравнять старый счет со мной и Тимоти.

– Однако, – вмешался Магнус, глядя на присутствующих из-под мохнатых бровей, – ее истинной мишенью, тем, кого она хотела наказать, был Камден. Вы и Брекенридж просто оказались теми, на ком она могла сорвать злость. Вся эта история скорее связана с малоприятными тайнами жизни Камдена Саткли-фа, чем с вами или Брекенриджем.

Кэро заглянула в выцветшие глаза… и молча наклонила голову.

– Тем не менее, – добавил Девил, – давно пора открыть все эти тайны и покончить с ними.

Он взглянул на Люцифера и Габриэля, препроводивших связанную Мюриел в ее лондонский дом.

– Как воспринял случившееся Хеддеруик?

– Удивился, узнав, что она наделала. Впрочем, похоже, он ждал чего-то в этом роде.

– Должно быть, знал, что она одержима, – заметил Габриэль. – Но быстро принял нашу сторону. Человек он спокойный, но решительный и знает, что делает. Мы достаточно ясно объяснили ему, что требуется для того, чтобы обеспечить наше молчание.

– То есть он согласился держать ее под присмотром? Габриэль кивнул.

– Она необычайно сильна, а если учесть ее таланты, то и опасна. Хеддеруик владеет уединенным коттеджем на корнуолльском побережье и собирается отвезти ее туда, где будет охранять день и ночь.

– Доктор намерен остаться с Брекенриджем до утра, – сообщил Девил Кэро, – на случай, если вновь начнется кровотечение. Но считает, что он полностью оправится.

Он перевел взгляд на Майкла и вопросительно поднял бровь. Майкл кивнул, но тут же поморщился и осторожно положил голову на подушку.

– При создавшихся обстоятельствах неплохо бы посоветоваться с Брекенриджем и Джорджем Сатклифом, но, боюсь, вряд ли стоит делать случившееся достоянием гласности. Едва ли кто-то захочет чернить память Камдена Сатклифа, тем более что, несмотря на многие недостатки, он верно и честно служил стране. Всякие официальные расследования только причинят душевные раны остальным членам семейства Сатклифов, не говоря уже о Данверзах.

Никто не подумал ему возразить.

– Это и без того достаточно неприятная история, – завершил он. – Лучше, если она закончится здесь и сейчас.

Все дружно согласились, допили бренди и, в полной уверенности, что все обошлось, стали прощаться.

Майкл проснулся до рассвета, когда город за окном мирно спал. В огромном старом доме царили тишина и покой. Под мягкими одеялами было тепло. Под боком свернулась калачиком Кэро.

Майкл улыбнулся, ощущая, как в душе разливаются облегчение и тихая радость. Сообразил, что голова больше не разламывается. Коснулся шишки, удостоверился, что она все еще достаточно чувствительна, но болит уже меньше.