Чтение онлайн

Нэнси немного помедлила на площадке лестницы, прислушиваясь, а потом вошла в гардеробную. Сердце громко стучало у нее в груди, но она знала, что сюда никто не придет. Они слишком заняты внизу, выпытывая у Джорджии подробности о Бретте. На верхней полке Грейдон увидела коробки от обуви. Запомнив порядок, в котором они лежали, она потянулась вверх, достала до них кончиками пальцев, и через мгновение они оказались внизу. Да, это должно быть здесь, Нэнси подняла крышку коробки от «Ральфа Лорен» и обнаружила внутри пару туфель на высоких каблуках. Она быстро сорвала крышку «Гуччи». С тем же результатом.

Последней оказалась коробка от сапог – длиннее остальных. Ее углы были помяты, как будто ее открывали сотни раз, и Нэнси поняла, что нашла то, что искала. Сделала вдох. Коробка была тяжелой. Слишком тяжелой для сапог. Большая, равномерно распределенная масса. Что там такое? Спиртное? Нет, конечно же, нет. Джорджия могла пить сколько угодно у себя на кухне – никто бы не заметил, не говоря уже о том, чтобы задавать вопросы. Здесь находилось то, чего Чарли видеть не следовало. У Нэнси появилась новая мысль. Быть может, не стоит открывать коробку? Возможно, лучше не знать, что внутри? Эта мысль ей понравилась. Она успокоила пылающий жар. И напомнила, что Нэнси – хороший человек с хорошими мыслями и инстинктами. Успокоившись знанием, что она вовсе не должна это делать и вполне может просто уйти, женщина сняла крышку.

Пятнадцать, может быть, двадцать детских комбинезонов, свернутых колбасками. Все оттенки белого, голубого и кремового. Нагрудники. Носочки. Крошечные джемперы. Коробка была полной. В ней не осталось места ни для одного предмета, пусть даже очень маленького. Словно Джорджия обещала себе одну коробку – одну, и все. Как если бы она верила, что после того, как коробка будет заполнена, она сумеет остановиться. Нэнси накрыла коробку крышкой, поставила ее так, чтобы искривленный уголок оказался на прежнем месте, а потом аккуратно вернула в шкаф остальные. И вздохнула, пытаясь понять, что делать с полученной информацией.

Быть может, позже она сумеет ею воспользоваться.

Лила решила, что Джорджия ведет себя странно. Всякий раз, когда она пыталась с ней поговорить, та находила повод уйти от разговора. У нее был испуганный взгляд, как в те времена, когда она нервничала перед выходом на сцену. После того как они поспорили насчет правильного выбора одежды, Джорджия отклонила все варианты, которые представляли хотя бы какой-то интерес, и устроила скандал, когда у Брир появилась мысль немного переделать юбку. Тогда гостья предложила подруге надеть новый зеленый комбинезон в обтяжку и сапожки по щиколотку. Сапоги стали компромиссом – гораздо больше подошли бы туфли с тонким ремешком, но Лила знала, когда следует отступить. Джорджию с самого начала тянуло к паре «Кейт Миддлтон» телесного цвета, и Лила чувствовала, что сама немного умирает из-за них. Она добавила пару длинных золотых ожерелий и уговорила хозяйку собрать волосы в высокий пучок, а губы накрасить темной сливовой помадой. И хотя ее подругу эта трансформация не убедила, Чарли отреагировал на нее иначе.

– Ты гений, Камми! – сказал он, обнимая жену. – Ее просто не узнать.

Джорджия скорчила гримасу и повела себя так, словно была недовольна, но Брир понимала, что это не так. Муж сказал, что она выглядит великолепно. Чего еще нужно?

– Хочешь еще вина? – спросила хозяйка.

Гостья уловила интонацию, с которой она произнесла «еще». Джорджия в своем репертуаре. Судья Джорджия.

– Да, пожалуйста, – сказала Лила, перехватив взгляд Чарли, когда ее подруга взяла бутылку. – Немного побольше. Ты что, перешла к методистам или есть другие причины?

Чарли рассмеялся, возможно, слишком громко. Они всегда ладили. На свадьбе Чарли и Джорджии они вместе танцевали на столах, а потом жених вылил бутылку «Серого Гуся» [9] в рот Лилы, и в результате ее стошнило на собственное роскошное платье подружки невесты. Однако она никогда не позволяла себе быть нелояльной к Джорджии. Она любила приходить к ней в гости. Любила ее кухню, длинную, теплую и безопасную, наполненную двустворчатыми окнами и ароматами готовящейся пищи – в общем, в ней имелось все, чтобы чувствовать себя комфортно. Лила просто обожала здесь находиться. Она не хотела, чтобы Джорджия перестала ее к себе приглашать.

Теперь Лила протянула руку мужу.

– Иди сюда, малыш, – нежным голосом, с улыбкой позвала она его.

Руперт поставил бокал на стойку и подошел, чтобы обнять ее за талию.

– Чего ты хочешь, Камми?

– Ничего. Только тебя. – Лила посмотрела в потолок у себя над головой. – Слышите?

– Что? – спросила Джорджия. – Что ты такого услышала?

Снова послышался какой-то высокий звук, и гостья захихикала.

– Это… Нэнси?

От лица Джорджии отхлынула кровь, а Лила уже хохотала в полный голос. Она и не помнила, когда в последний раз ей было так смешно.

– Это Нэнси и как-там-его!

– Ш-ш-ш, – сказал Ру. – Я хочу послушать.

– Ну, ты извращенец! – рассмеялся Чарли, который тут же стал прислушиваться. – Сделай музыку потише, Джорджия!

Его жена закатила глаза, но она и сама хотела знать, что происходит в гостевой комнате, поэтому выполнила просьбу Чарли. Они стояли, застыв в центре просторной кухни Джорджии, и ждали.

– Может быть, они закончили? – предположила хозяйка.

Долгий пронзительный крик заставил всех четверых рассмеяться.

– Как ты думаешь, это она или он? – спросил Чарли, когда немного пришел в себя.

– Если бы ты его видел, не стал бы спрашивать, – улыбнулась Джорджия.

– В самом деле? – удивился ее муж, наливая себе пива и предлагая бутылку Ру.

«Он выглядит усталым», – подумала Лила, хотя не винила его за это. Двадцать четыре часа Джорджии могут утомить кого угодно.

– Ты уверен, что хочешь пива, Чарли? – спросила хозяйка таким голосом, что ответ не вызывал сомнений.

Лила захихикала. У Чарли будут неприятности.

– В холодильнике есть отличное белое вино.

– Да, не сомневаюсь, – сказал супруг, не оставляя возможности для споров. Лила попыталась перехватить его взгляд, чтобы улыбнуться ему. – А теперь расскажите мне про мужчину, который наконец сумел приручить Нэнси Грейдон. Мне следует начать ревновать?

– Он в форме? – спросила Брир.

Все партнеры Нэнси, с которыми ее видела Лила, были красивыми, но никогда – сексуальными. Множество очень чистых парней с тяжелыми челюстями и волосами, как у куклы Кена. До того как Лила забеременела, она останавливалась у Нэнси в Бостоне, и ее поражало, какими скучными оказывались парни подруги. Однажды она спросила об этом, когда они возвращались на такси из бара, где скучный партнер Грейдон угощал их выпивкой и потчевал рассказами о себе, после чего заплатил по счету. «Огромный член», – деловито ответила тогда Нэнси.

– Да, – сказала теперь Джорджия. – Тут надо отдать ей должное. Он особенный.

– Ух! – рассмеялась Лила. – И почему мы сразу зациклились на этой парочке?

– Эй! – с улыбкой возмутился Чарли. – Я на пике физической формы, большое вам спасибо. Как и Ру!

Руперт оторвался от телефона.

– Что?

– Что ты делаешь? – спросила Лила.

В последнее время муж часто так поступал. Присоединялся на несколько минут к разговору, затем отвлекался и замолкал, покидая беседу, и вел себя так, словно в комнате больше никого нет.