Чтение онлайн

– О чем поговорить? – недоверчиво спросил он.

Я решила прояснить ситуацию, чтобы у него не перемкнуло в мозгах.

– Сначала посмотри сюда.

Я вынула фотографию из кармана джинсов. На ней были двое детей и женщина, сидевшие за праздничным столом, на котором стоял торт. Разница в возрасте между детьми была весьма заметной. Девочка была намного младше мальчика. Женщина выглядела счастливой, и вообще все трое казались радостными.

Я показала ему фотографию. Эган смотрел на нее, онемев от изумления. Да, было очевидно, что с его точки зрения это выглядит весьма странно и нелогично, но для меня все наполнено величайшим смыслом.

– Вот это моя мама, а это я, – сказала я, указывая на фотографию. – Моя мама была очень веселой и улыбчивой, пока не впала в ужасную депрессию и не перестала интересоваться мной.

Эган растерянно и недоверчиво посмотрел на фотографию, затем на меня. Я ткнула пальцем в мальчика.

– А это мой брат Хенрик… Моя жизнь была такой счастливой, пока вы его не убили.

Молчание.

Глубокое и напряженное, то самое вязкое молчание, в которое мы погружаемся, когда не знаем, как реагировать.

На минуту я невольно замечталась. Я представила, как Эган заплачет и станет умолять не выдавать его, но никакой бурной реакции не последовало, как и привычного приступа гнева. Он лишь пристально смотрел на меня, словно ожидая, что сейчас я закричу: «Это шутка!».

Однако едва он понял, что все это может плохо закончиться, и я, тупица Джуд, застала его врасплох, его лицо помрачнело. Он был в ярости, что попался в ловушку, и тут же принял вызывающе-оборонительную позу.

– Ну, и в чем дело? – спокойно спросила я, глядя на его растерянность. – Ты забыл все слова? Хитрец, крикун и скандалист Эган Кэш внезапно онемел?

Ответил он сразу, но было видно, что парень несколько ошарашен.

– Пытаюсь понять, как такое возможно.

Я кивнула.

– Ясное дело, ведь ты всегда считал меня слишком тупой и теперь не понимаешь, как мне удалось обвести тебя вокруг пальца, несмотря на все твои расследования, – ответила я по-прежнему спокойно, как если бы речь шла о чем-то обыденном.

Он недоверчиво заморгал.

– Именно поэтому, идиотка.

– Ты не видел связи между нами, потому что, нанимаясь к вам в дом, Хенрик использовал отцовскую фамилию, – объяснила я. – А я, в свою очередь, применила один трюк, чтобы скрыть, кто я на самом деле.

Эган застыл, снова уставившись на фотографию с каким-то странным напряжением. А я меж тем продолжала:

– Итак, подведем итог этой драматической истории: мое настоящее имя – Айви Дамале, и я приехала сюда с целью заставить вас расплатиться за смерть брата. Мне повезло, и я смогла заполучить все необходимое, чтобы достичь этой цели. Оно здесь, на видео, которое записала камера, спрятанная в комнате Мелани.

Я достала из другого кармана флешку и протянула ему. Эган посмотрел на нее так, словно не верил, что она настоящая. Однако, поняв, что устройство не собирается исчезать, все же отреагировал.

Эган всегда оставался Эганом; вот и теперь он не нашел ничего лучше, кроме как глупо рассмеяться.

– Так Хенрик – твой брат? – хмыкнул он. – Но вы же совсем не похожи.

С присущей ему наглостью он взял фотографию и снова посмотрел на нее, сравнивая с моим лицом.

– Я изменила внешность, придурок, перед тем как приехать сюда, – фыркнула я.

– Ну хорошо, чего ты хочешь в обмен на молчание? – спросил он.

Я предполагала, что он об этом спросит. Как всегда, Кэш считал, что что при помощи денег можно уладить любую проблему. Он даже не представлял, чего я хочу.

– Денег? – предложил он, прежде чем я успела ответить. – Мы вполне можем договориться.

Но я решительно и непреклонно покачала головой.

– Думаю, будет достаточно, если ты встанешь передо мной на колени, как встал в тот вечер перед Риганом, чтобы уговорить его спасти тебя.

Я произнесла это с такой естественностью и серьезностью, что лицо Эгана на миг помрачнело. Вся его веселость куда-то исчезла. Он застыл. Все его мускулы были напряжены. Встать на колени для него так ужасно? Да, это и правда серьезный разговор.

– Признаюсь, я ожидал от тебя чего угодно, но это… – Он встряхнул головой, словно отгоняя слова, и произнес, сердито и твердо: – Я не собираюсь вставать на колени.

Я с вызовом посмотрела на него, давая понять, что решение мое бесповоротно и других вариантов не будет. Он застыл все в той же позе. Воздух между нами напряженно заискрил. Я ждала, ждала, ждала…

И через минуту небрежно махнула рукой.

– Нет, не надо вставать на колени, – успокоила я его. – Как бы я тебя ни ненавидела, до такого садизма я все-таки еще не дошла. Я лишь хочу получить ответы на мои вопросы.

Честно говоря, я всего лишь хотела увидеть его реакцию, хи-хи!

Разумеется, его моя шутка развеселила намного меньше, чем меня.

– Так ты считаешь, что пробраться сюда, постоянно лгать и строить планы мести менее жестоко, чем заставить меня встать на колени? – спросил он, как если бы речь шла о чем-то смешном и абсурдном.

Проблема была уже не в том, кто с кем хуже поступил, чей поступок кого сильнее ранил и не окажутся ли они все невинными овечками, которых я обвинила в страшном преступлении.

– По крайней мере, я не собираюсь тебя убивать, – заявила я таким тоном, словно хотела сказать: «Давай видеть во всем светлую сторону». – Несмотря на всю ненависть к тебе, поверь, я не настолько сошла с ума, чтобы убивать вас или что-то в этом роде. Так что я точно не самый мерзкий человек в этом зале.

Эган усмехнулся. Смешок был резким и показался мне еще и нервным, хотя, возможно, это я уже придумала. Затем он внимательно огляделся, словно боялся, что кто-нибудь войдет и все услышит. Но мы были одни: только он и я.

– Хенрик не был невинным ангелочком, на которого мы напали! – выпалил он.

– Но было бы все-таки лучше, если бы вы посадили его в тюрьму до конца дней за то, что он пытался сделать, – с горечью возразила я. – Вот только этого не случилось. Вы слишком ненавидели его, чтобы остановиться и подумать.

Эган сжал губы и медленно кивнул, как будто эти слова точно попали в цель.

Он снова взглянул на фотографию, которую все еще держал в руках. Я заметила, как дрожат его пальцы и челюсть. Должно быть, ему пришлось стиснуть зубы, чтобы сдержаться и не выпустить на свет злобного монстра, сидевшего внутри.