Идеaльный мир
Шрифт:
'Чего они так испугались?' — не понимала Лена и её начали терзать разного рода догадки.
Смотреть на своих мучителей Лене не хотелось, она отводила взгляд от них, но взгляда на зависшего на козырьке гаражной крыши человека, неудавшегося насильника Гоши — отвести было сложно. Как он туда взобрался?!
— Ты идти можешь? — беспокойно спросил Женя измученную Лену.
Она легонечко кивнула. С ужасом посмотрела на свои разорванные сандалии, которые были отброшены к гаражам.
— Пошли прочь! — не долго разглагольствовал Женя с насильниками. — Не стану я тратить а вас пули… А надо бы!.. Ну-ка, ты! Сними этого красавца с крыши, — обратился он к пареньку, который отделался легче остальных.
Он послушно кивнул и подбежал к гаражу, ухватился за шорты и потянул вниз. Тот с грохотом свалился вниз, взбудоражив пыль. Сразу очнулся. Невидящим взглядом осмотрелся. С удивлением посмотрел на разодранные до крови руки. Видимо, всё это время он провисел там без сознания. Каково же его изумление должно быть, когда он понял, что только что свалился с крыши, и оттого у него побаливают ноги. Впрочем, любой бы изумился внезапной перемене — с предвкушением сначала пристроиться возле ног беззащитной девушки, а потом разом очутиться на крыше соседнего гаража в одних трусах. Должно быть, крайне неприятное ощущение…
'Ранненый' стонал и продолжал поносить Женю.
— Не надо мне тут надрывать глотку, тварь. Рана не глубокая, доползёшь до дома!
Женя легко поднял скрючившегося паренька и толкнул его в темноту. Вслед за ним ползя на карачках, устремился парень, лежавший рядом с Леной. Подбирая ноги, тяжело сопя, вслед за ним захромал Гоша, опираясь на другого парня и, тяжело сопя, ушёл последний, которому всё же удалось встать после накаута.
— И попробуйте только подойти к ней ближе чем на сто метров! — грозно проревел Женя им вслед. — Извиниться не забудьте. Иначе, не пожалею. Не поленюсь каждого найти и лично придушить своими руками. Всё поняли?!
Из темноты послышалось согласное мычание и тихие слова: 'Если б знали, что она твоя — не…'. Голоса растворились во тьме.
Женя всё ещё глубоко дыша, посмотрел на заплаканное лицо Ленки, и сказал тихонько:
— Извини, что раньше не получилось… Но, кажись, успел… Как ты? Они били тебя?.. Ах, да. Вижу. Конечно, били… Сволочи! Если бы не земные законы, не стал бы с ними церемониться.
Лена была не в состоянии что-либо понимать. Просто он очутился рядом, спас её от смерти. А все странности, которые только что произошли, наверняка легко объясняются… Просто нужно время чтобы успокоиться, отойти от шока. Она пошла с ним босиком, подобрав по пути порванные сандалии, кофту и лифчик. Женя помогал ей идти. Она не понимала, куда он её ведёт, она не различала дороги, но искренне верила, что он ведёт её к себе домой. Как появиться в таком виде перед бабушкой, Лена представить себе не могла.
Весь путь они молчали. Изредка Женя интересовался, всё ли в порядке, не нужно ли отдохнуть, тщательно отряхнув кофту накинул на неё поверх плеч, чтобы не замёрзла, вслух ругая паршивцев, что разорвали одежду в хлам.
Лена задала лишь один вопрос:
— Почему ты меня спас? Я же для тебя — никто, и ты меня не любишь?..
Он ответил как-то загадочно и в то же время просто:
— Потому что ты меня любишь…
И других объяснений не потребовалось.
К Ленкиному разочарованию они вошли в знакомый двор. Пёс не затявкал, как Лена предполагала, а даже как-то сочувствующее поглядел на неё, когда они прошли мимо. Просто удивительно. Как он с лету во всём разобрался?
К счастью, бабушка в это время спала и, возможно, не слышала их. Лена сильно ослабла. И он без лишних слов взял её на руки, такие сильные и могучие, и отнёс её в комнату, уложил на кровать, принёс с кухни воду. Лена жадно пила воду и в свете ночника рассматривала взволнованное лицо Жени Романова. Она смотрела на него с глубокой благодарностью, как на своего спасителя, избавителя от жутких мук. Он успокаивающее что-то шептал и Лене захотелось срочно спать. Она очень устала. Тяжёлый день выдался… И ведь расскажи она кому-то — не поверят. Нет. Это больше похоже на сон. Чем на правду.
Сейчас она проснётся на холодной земле возле заброшенных гаражей, вся расцарапанная, в ссадинах, измученная в конец и изнасилованная пятью вонючими мужиками. Или… вообще не проснётся, найдут её прохожие по утру холодную и бездыханную… Была Лена — нет Лены… Сама виновата, — скажут все, — нечего по ночам шляться…
Женя был рядом, прикасался ко лбу, мерил у неё температуру, печально качал головой. Потом встал. Лена остановила его рукой, схватив за ладонь:
— Не уходи. Останься, — просила она.
Он ответил ласково и нежно:
— Спи сладко Леночка…
И она сладко уснула в тот же миг.
Сон воистину был необычайно хорошим, несмотря на весь пережитый только что ужас. Деталей сна Лена не смогла запомнить, да это и не надо было — он был нежным и тёплым. Вот поэтому Лена проснулась ранним утром в хорошем настроении. Её пробудил звон кастрюль — бабушка хлопочет по хозяйству.
В первый же миг она разочарованно подумала: что это был всего лишь сон. Никто её не собирался насиловать, а тем более спасать… Потом она с ужасом обнаружила на стуле рваную одежду: кофту и футболку. Видно как кофта была вспорота ножом, а футболка разорвана в клочья и по своему состоянии выглядела хуже половой тряпки. Потом тело отозвалось ноющей болью, когда она попробовала пошевелиться. Она взглянула на руки — расцарапанные ладони, местами спёкшаяся кровь застыла тёмными капельками, пыльные слегка. Ссадины и синяки на локтях.
Она встала, осмотрела себя — синяки по всему телу, ноги расцарапаны и жутко побаливают, на ней новая майка и трусы. Ах, да Женя подал ей новую чистую одежду. Точно!
А где же сам Женя?
В пастели его нет. В небольшой комнате он спрятаться не мог. Она прислушалась к внешним звукам. Охала только бабка Нюра. Других голосов не было слышно.
Так значит его нет дома? Ушёл.
Её больше поражал не тот кошмар свершившийся прошедшей ночью, а тот факт, что Женя был у неё, в её комнате, рядом с ней… И случилось это считанные часы назад!
Однако она с безудержной дрожью в коленках вспоминала ночные события. Ей хотелось бы вернуться назад, на тот пирс, где они вчетвером сидели, бездельничали, и переиначить все события, и в то же время ей не хотелось туда возвращаться — иначе она так и не познакомиться с Женей… близко.
'Да, Ленка, вляпалась ты в историю по самые небалуйся!'
Сейчас бы осмотреть своё лицо, но выходить, появляться на глазах у чуткой бабки Нюры очень не хочеться. Хотя, казалось бы, зачем прятаться? Синяки скрывать? Это разве позор? Да, в какой-то степени позор. Опозорилась она так некрасиво. Ведь могла бы и не вляпаться в это дерьмище, если бы была чуточку поумней. Она достала зеркальце из косметички и начала рассматривать надрыв на губе.
Ещё безумно-загадочные вещи, произошедшие этой ночью терпеливо, слегка настойчиво ждут объяснений. Много вопросов не поддающиеся логическому объяснению рождаются в голове. От чего и без того больная голова начинает ныть сильнее…
Как он узнал, что Лена в беде? Ей удалось прокричать? Но ведь во рту был кляп — как могло получиться? И если она прокричала, то он как-то невероятно молниеносно прискакал на призыв… И ей надо так громко прокричать на всю деревню, чтобы он услышал у себя дома. А если он в это время спал? Час поздний, почему бы не спать? Да и одет он был необычайно легкомысленно — футболка, да шорты. Может, проходил мимо и услышал, или того удивительно — увидел. Опять же несостыковки, что он делал в столь поздний час в таком заброшенном уголке деревни и почему прогуливался в такой легкомысленной одежде? Решил позакаляться на ночку глядя? Что-то тут не сходится, как ни посмотри… А может, такой вариант… может, он изначально был в их банде, в их числе, но спохватился, узнав меня?.. Как-то странно и дико звучит. Неправдоподобно. Совершенно безумный вариант. Зачем потом драться со своими же?.. И откуда оружие? Вообще, что за оружие такое, которое в упор не разглядеть, но все остальные почему-то его видят и дрожат от испуга, а некоторые даже чувствуют как их прошила пуля и дико орут при этом? Нет, его не просто не видно, а не слышно даже. Лена как ни вспоминала, но выстрела никакого не слышала. Не было у него оружия, поклясться можно. И представить себе трудно Женечку, такого милого, хорошенького и с оружием в руках… Немыслимо! Да и откуда у него оружие может здесь взяться? Это ж какой-то нонсенс… А тот парень, Гоша, как ему удалось взобраться на крышу гаража? И, собственно, зачем ему это делать? С какой кстати? Или это Женя его так накоутировал? Ведь одного он так отбросил — тот десять метров пролетел над землёй… И одно дело пролететь десять метров, а другое пролететь десять метров и взлететь при этом на крышу — больше двух метров вверх как-никак… Лена напрягла всю свою фантазию, но представить себе как Женя смог отшвырнуть Гошу на крышу — было невозможно, не в человеческих силах это проделать. Очень запутанная ситуация выходит.