Чтение онлайн

По коже прошёлся мелкий шок. Холод и жар подкатили к моей голове одновременно. За закрытой дверью… ничего не было! Дверь стояла чуть ли не посредине помещения. Дверное полотно, рама деревянная, тонкая металлическая рама, как наличник окутывал всю дверь. А за дверью, была серая стена и пустое пространство в два метра! И это хорошо проглядывалось немного сбоку.

Глаза мои привыкли к неяркому, в некоторых местах тусклому свету, этот факт предстал передо мной отчётливо, что меня повергло в замешательство и долгий ступор.

За несколько секунд мой мозг с ультраскоростью перебрал все возможные варианты как это могло произойти. Но не найдя подходящего объяснения сдался. 'Это невозможно объяснить!' — последнее, что смог придумать мой разум. И нахлынули одна за другой волны шока и нервного потрясения.

По спине, рукам и голове прошёлся жар, как у тех людей, которые узнали самую шокирующую новость. Учащённое сердцебиение, частый вдох-выдох и неприкрытая паника в глазах нагло выдавали во мне волнение, беспокойство произошедшим.

Я поспешил к двери. Открыл… Коридора там не было. Словно его никогда там не было. Взору открылась голая серая стена с металлическим отблеском и строгим прямолинейным узором. Это была стена 'лаборатории'.

Я не верил увиденному. Шагнул. И просто оказался за дверью в том же самом помещении…

Что происходит?!

Ко мне со стороны подошёл иностранец. Видя моё волнение и непонимание, он поспешил меня успокоить:

— Не беспокойтесь. Вы оказались у нас 'в гостях'. Не надо волноваться и бояться. Всё будет хорошо.

— Что?.. — прошептал я. — Что здесь происходит? Что случилось?.. Где я?!

'Донт ворри' всё повторял иностранец.

'Выход' — вдруг вспомнил я и быстрыми шагами ринулся к светлому проёму в стене. Надо убедиться, что я нахожусь ещё в здании… Надо… надо взять себя в руки. Не спешить с выводами… Но что, чёрт возьми, здесь происходит?!

Пройдя через самоосвещающийся проём я оказался в большом светлом зале. Он был освещён естественным светом. Я поспешно направился к окну — взглянуть на улицу.

Где я?!

Ещё подойдя к окну, я понял, что на улице слишком светло для вечернего дня. Даже если бы в Питере сейчас вышло солнце из-за густых дождливых туч, оно бы всё равно не смогло так ярко светить. От яркости мне пришлось сильно зажмурить глаза и пару секунд ещё привыкать к свету, чтобы потом разглядеть внешний мир.

Это ни на что не было похоже. Не Питер, не Москва и вообще на российский город никакой стороной не походило.

Яркое, слепящее голубое небо. Белоснежные редкие облака. Солнце светило похоже с другой стороны, так как на горизонте его не было видно, а от здания отходила большая тень… Она отходило далеко вниз. Это был не первый этаж вовсе, как думалось сначала, и не второй и не третий. А скорее какой-нибудь сотый. Так высоко! Мне ещё не доводилось быть на такой высоте. От испуга я боязливо отпрянул, когда слишком близко приблизился к окну.

Окно было широкое и высокое. Практически на всю стену. А стена была шириной более 6 метров. Только невысокий подоконник выпирал из-под пола. И пространство, которое оно открывало, было тоже огромным. Настолько, что захватывало дух и восхищало яркостью красок и фантастической чёткостью.

Вдали были видны многие горизонты, холмы, а за ними — серые, едва видимые горы. Впереди стояли здания-небоскрёбы. Гиганты. Они зеркально переливались оттенками других зданий и контрастной землёй, отражали лучи солнца. Некоторые казались морской гладью, но только перевёрнутой строго под углом 90 градусов. И их были сотни. Или тысячи. Почти до горизонта весь взор устилали эти неподвижные громадины. Они нависали, бросали друг в друга тени. Они были везде — по всей широте обзора.

Нью-Йорк, подумалось мне.

Но, взглянув пониже, я увидел автомобили. Крохотные и суетливые они проносились в далёком низу, рассекая прямолинейными лучами громады зданий. Рассмотреть их было невозможно — они молниеносно ехали… погодите, по небу?

Вместо дорог было… небо. Я рассмотрел, боязливо приблизившись к окну, что машины двигаются по небесным облакам. Но как же так возможно?!.. Нет. Конечно же, они двигались по дорожной глади, отчего-то зеркальной, чётко отражавшей небосвод, а в некоторых местах отражавшей верхушки небоскрёбов. Зеркальные дороги, подумать только!

Чуть выше стайками двигались маленькие шарики. Они перемещались также быстро и суетливо, как автомобили, но уже высоко паря над землёй. Зелённые аллеи и парки простирались между зданиями и походили скорее на заросли джунглей, чем на российские скверики.

Лето! Так и отдавало от окна жарким дыханием этого яркого, красочного лета!

Зрелище было невероятное. Настолько невероятное, что верить в реальность становилось невозможно.

Мой мозг со скоростью мощного компьютерного процессора ещё раз проработал множество вариантов, как это могло произойти и что это, собственно, такое. И выдал только один ответ, поддающийся разумному объяснению.

Это сон.

В самом деле, не буду же я думать, что меня похитили пришельцы и теперь будут проводить зверские опыты с применением жёсткого насилия… 'Хотя, что этому препятствует?..' — скептически отозвался какой-то мой внутренний обеспокоенный голос.

На душе похолодело.

'Да, нет. Что за наваждение, в самом деле! Конечно же, я сплю! Как ещё объяснить эту внезапную перемену? Ещё несколько минут назад со скучающим, лениво-сонным видом сидел за рабочим столом и не знал, чем себя занять. Хотел тёплых дней и чего-нибудь весёлого или увлекательного прямо здесь и сейчас. Расслабился. И вот — незаметно для себя задремал в кресле… — мой разум подталкивал на более вероятное объяснение странностей, — а бурная фантазия, которой я, к сожалению, не обделён, разрисовало это цветастое чудо — больше и необъятное, разрисованное самозабвенным фантастом!'

Ослеплённость яркими лучами медленно проходила. Глаза понемногу привыкали к слепящему свету и контуры, грани зданий, зелённых садов и парков принимали чёткие очертания. Автомобили или быстродвигающиеся дальние предметы похожие на автомобили можно было рассмотреть уже повнимательнее. Некоторые из них плавно тормозили и останавливались на перекрестах зеркальных дорог. Эти машины походили на приплюснутые овалы светлых тонов, отдаленно напоминающие гладкие формой 'пилюли', такие же маленькие и такие же проворные. Они имели плавные очертания и в некоторых из них узнавались окна. Но с такой высоты рассмотреть кто в них сидит — было всё же нереально.