Чтение онлайн

– Говорят, что там люди пропадают. – заговорческим шепотом произнес, вглядываясь мне в глаза, намекая что это большая тайна и громко о таком говорить не следует. – Еще давно, когда папа был маленьким, один мальчик пошел с ребятами за ягодами и не вернулся. Вроде, Мотькой его звали. А ягоды они собирали как раз там, где начинался лес. Но про деревню я ничего не слышал.

Я стала, как вкопанная услышав, то что совсем не укладывалось в голове. Я значит гуляла по какому-то Бермудскому треугольнику из которого еще и выбраться нельзя было? Меня окатило холодом страха. Значит, Матвей был тем самым мальчиком, который застрял в месте, которое даже и не видят люди. Мамочки, а если бы и я там обосновалась и ходила одичавшей сумасшедшей по ее окрестностям, выживая как смогу. Теперь все стало ясно: и отсутствие благ цивилизации, и одичалый вид Матвея. Бедный мальчик. Он же маленьким пропал и вырос в полном одиночестве. Конечно, после такой изоляции, увидев меня нашел одно решение – прибить меня, пока не прибила его. Хотя, вышло как раз так, как он предполагал. Сожаление и досада поселилась в моей душе. Если бы я только знала эту информацию, то возможно все сложилось бы по другому. А если, честно, то навряд ли я бы туда сунулась, зная что это место гиблое, где люди пропадают и сидел бы Матвей до конца своих дней один. Но постойте, если мальчик пропал тогда, когда папа Вани был маленьким, то ему уже было бы около тридцати или сорока лет, а ему больше восемнадцати не дашь. Возможно там какая-то аномальная временная дыра. Но как же я выбралась? А он, получается, не мог так легко покинуть это место.

Раздумывая о всей этой абре-кадабре незаметно закончила порученную мне работу. К моему удивлению, я даже не устала. Ища глазами Ваню, который затаился в конце конюшни, тихо подошла и увидела лежащую кобылу, которую гладил мальчик тихо приговаривая, что с ней все будет хорошо. И тут я заметила, что он плакал над лошадью.

– Ваня, что случилось? Почему ты плачешь? – забеспокоилась я.

– Ничего… Просто Майка, заболела и папа решил ее на мясо сдать. А я ее очень люблю и не хочу, что бы он с ней так. Но меня, все равно не послушают. – сквозь слезы его слова казались неразборчивыми, но смысл я уже поняла.

Встав рядом с лошадкой и протянув к ней руку, тихо заговорила:

– Бедная Мая, больно тебе? – сказав эти слова я вновь ощутила это легкое покалывание на кончиках пальцев руки, которой погладила лошадку. Покалывание сменилось теплом, которое я ощущала идущим от меня к животному. Лошадка испуганно смотрела своими карими глазами на меня, но не двигалась. Я как будто онемела. Переходящий поток тепла от меня был настолько ощутим, что казалось еще чуть-чуть и я упаду в обморок. Приложив усилие, что бы убрать руку от лошадки – без сил упала на колени. Началась отдышка с сильным сердцебиением. Подняв взгляд на Ваню, который ошарашено наблюдал происходящее, поняла, что меня ожидает новый виток вопросов.

Лошадь же фыркнув – встряхнулась и спокойно встала сначала на передние, а потом и на задние ноги. Не спеша подойдя ко мне – погладила своим мягким носом мой затылок, после чего по деловому развернувшись, пошла есть свое сено.

– Как ты это сделала? – мальчика аж распирало. Счастье вперемешку с восторгом читались на его опухшем от слез лице. – Она не могла встать уже несколько дней. Врач сказал, что у нее паралич и это не лечится…. Ты волшебница?

– Что ты такое говоришь? Какая волшебница? – стала вяло протестовать. Встать я пока не могла – весь умятый мной каллораж от супа мигом испарился, преобразовавшись в живительную силу для несчастного животного. На фингал энергии значит не хватило, зато животинка выздоровела. Порадовавшись про себя, что и от меня есть польза на этом свете, начала стараться встать на ноги. Ваня услужливо подставил свое плечико и помог подняться.

– Мама не поверит! – восторженно заверил, намекая, что подробный отчет будет доставлен в кратчайшие сроки.

– Ваня, не стоит. Зачем говорить, то чего сам не знаешь? Я просто погладила ее, а она сама встала, – мои доводы были разбиты непроницаемой уверенностью в увиденное.

– Ну, как у вас дела тут? – веселый голос хозяйки, резко умолк где-то рядом. Сейчас начнется допрос с пристрастием подумалось мне, ожидая чего угодно от впечатлительного мальчугана.

– Ваня, что это? Майя – встала? – Настя, будучи в шоке от увиденного, – Столько времени и денег было потрачено на ветеринара и препараты, и наконец, она пошла на поправку, хотя Дима сказал, что все без толку и надо сдавать на мясо.

Как жестоко это не звучало, но в хозяйствах все очень просто – если не приносишь пользу, значит надо избавляться. Дармоеды не нужны.

– Мама, это Варя ее вылечила! Я сам видел! – выдал мальчик, думая, что этой информацией возвеличивает меня в глазах матери и не хочет, что бы слава меня обошла стороной.

Мне же стало не по себе. Сама знаю, что люди не склонны верить во всякую волшебную чепуху и нечисть, а тут малознакомая девица дорвалась до домашнего скота и давай экспериментировать. Может, это так проявляется бешенство у лошадей. Вот пристрелят и меня и ее что бы другим не повадно было лезть, куда не надо.

Кинув на меня недоверчивый взгляд, подошла к кобылке – проверила задние ноги, а заодно и передние. Погладив по спинке, дойдя до головы – внимательно осмотрела глаза и десна лошадки. Сомнений не было – она была здоровой молодой лошадкой.

– Чудо какое-то… – резюмировала женщина. – надо Филимона позвать, пусть посмотрит этот коновал, кому диагнозы свои ставит. Здоровое животное чуть на мясо не пустили.

Ваня радостно кинулся в объятие мамы и они весело закружились на месте смеясь от нежданного сюрприза. Лошадка же жуя сено перетаптывалась на месте, пробуя восстановленные функции в движении. Кинув косой взгляд в мою сторону, как мне показалось – благодаря за сделанное. Я сама чуть не заплакала, так стало хорошо. Ну, какая же я ведьма? Не такой уж и плохой человек. Ну, убила случайно. Так это была самооборона, а тут животину на ноги поставила. Считай, выровняла карму.

Наблюдая за радостью мамы с сыном от неожиданного выздоровления их любимицы, не заметила, как начала проваливаться в темноту. Не выдержав такого сильного истощения, благополучно решила хлопнуться в обморок. Вот

чего-чего, а этого мне и не хватало. Хотелось же избежать лишнего внимания и вопросов, а тут такое.

В забытье мне снился странный реалистичный сон. Вокруг было темно, скорее всего, наступил вечер. Сидя в высоком мягком кресле, я рассматривала в камине игру пламени. Жар приятно согревал. Очаг был внушительных размеров, декорированный камнем с деревянной полкой сверху, где разместились антикварные безделушки, вроде статуэток, которые рассмотреть не получалось из-за полумрака царившего в комнате. Укутавшись теплым пледом и поджав под себя ноги, я не замечала ничего, наслаждаясь тишиной и уютом. В этот момент безмятежность и спокойствие были моими компаньонами. Все казалось привычным и знакомым.

– Скучаешь? – произнес мягкий бархатистый мужской голос где-то за спиной.

Улыбнувшись про себя, ответила не оборачиваясь:

– С тобой мне не скучно никогда… – кто-то положил мне на плечи руки мягко приобняв. Поцелуй в шею был настолько невесом и приятен, что стая мурашек пробежали по всему телу, отзываясь на нежность.

– Люблю тебя.. – донесся еле уловимый шепот.

Проснулась я также неожиданно. Первое что увидела – бревенчатый потолок, который опасно кружился намекая, что сознание не готово вернуться в такую агрессивную для моего здоровья среду. Плотно закрыв глаза и вспоминая еще недавние приятные ощущения от поцелуя незнакомца, почувствовала небольшое разочарование из-за прерванного блаженства. Немного обождав – предприняла новую попытку, приоткрыв один глаз. Стало, как-то по легче. Потолок перестал кружиться и вводить в своеобразный транс. Мысли путались, ведь я не понимала, кто мне снился. Этого человека был не знаком, но по ощущениям этого не скажешь. И голос и прикосновения были какими-то родными.

Я лежала большой мягкой кровати под шерстяным одеялом, переодетая в белую ночную рубашку. Уже было утро и за окном светило яркое солнышко. Где-то недалеко слышалась трель птички, которую прервал своим криком наглый петух. Повернув голову набок – получила порцию дикой мигрени вперемешку с приступом тошноты.

Злость взяла, что я стала какой-то кисейной барышней, отмечавшая обмороком каждое значимое и не значимое событие. Полежав немного без движения, боль начала потихоньку уходить, дав осмотреться, где я находилась. Уютная маленькая спальня с добротной деревянной мебелью: шкаф, стул и небольшой прикроватный столик, на котором стояла вазочка с осенними хризантемами, дарившими нежный аромат и придавали уют. Тут же стоял большой стакан с водой, который я решила незамедлительно выпить, обнаружив во рту пересохший язык. Конечно, не обошлось без коварной тошноты, которая напомнила о себе, объявившись после такого резкого подъема, но жажда была сильнее любых недомоганий. Выпив почти всю воду и привыкнув немного к вертикальному положению, услышала тихий стук в дверь, которая скрипнув и приоткрывшись явила голову Ивана.

Увидев меня живой и даже в сознании – мальчик очень обрадовался и с криком – "Мама, она встала!", рванул куда-то, скорее всего, за подмогой.

Наверное, из-за плохого самочувствия было как-то безразлично, что скорее всего, возникнут вопросы, на которые надо отвечать, понимая, что нельзя обижать хозяйку тупым молчанием и только пользоваться ее радушием. Так можно обидится и выставить вон лишний груз, который отвлекает от хозяйских дел.

Взволнованная Настя появилась в двери.

– Боже, мой! Варвара вы меня так сильно напугали. Скажите, как себя чувствуете? Болит что-то?