Чтение онлайн

Ну, ладно, идём дальше — 604

— Я что, похож на защитника всех сирых и убогих? — противно рассмеявшись, а, быть может, закашляв, ответил он Вам. — Меня интересую только я сам.

— Тогда и я не буду тебе помогать, — решительно ответили Вы. Судя по всему, этот загадочный человек собирался ответить Вам что-то ещё, но в этот миг стены заходили ходуном, пол затрясся, а с потолка обрушилась груда камней и стремительно погребла его, едва не задев и Вас самого.

Это было начало страшного землетрясения, каких уже давно не было в Кокани — 539

У власти есть два способа обретения легитимности — опора на закон и традиции, либо фактическое признание со стороны народных масс. Вы не считали себя вправе решать судьбу целого народа, для начала не посоветовавшись с самим народом.

Спонтанные революции оканчиваются большой кровью и ничего не меняют к лучшему.

Вам было необходимо создать ячейки сопротивления и нанести в решительный момент один точный и достаточно выверенный удар, чтобы провести всё бескровно или хотя бы малыми жертвами. Впрочем, это революция, а не игра в бирюльки, тут всё по-взрослому и бывает всякое.

Помощь Крысиного Короля и его обширной сети осведомителей была в этом деле просто неоценима. Но решающую роль во всей этой истории должны были сыграть именно Вы, ведь это была именно Ваша затея. На Вас и лежит ответственность за все возможные последствия.

Если у Вас имеются такие достоинства как «Красноречие», «Артистизм», «Верховая езда», «Предусмотрительность» и «Сражение» — добавьте по пункту Героизма за каждое. Если у Вас есть достоинство «Популярность» — добавьте себе 10 пунктов Героизма. За каждый пункт Шутовства добавьте себе 10 пунктов Героизма, за каждый сохранённый пункт Вдохновения добавьте себе по 5 пунктов Героизма, за каждые 6 пунктов Злодеяния и недостаток «Жестокосердие» отнимите по 10 пунктов Героизма.

— Если у Вас набралось 100 пунктов Героизма — 757

— Если недобор — 1068

Вот только этого ещё не хватало! Нет, конечно, тут есть люди, способные усмирять буйных умалишённых, чтобы те не причинили вреда себе и окружающим, но Вы вели себя довольно миролюбиво, никого не обижали, с собой покончить не пытались, и Вас тоже никто не трогал.

Поднимать руку на этих безобидных монахов? Вот уж чего точно делать не стоит. Вы может быть и отчасти безумны, но всё-таки ещё что-то соображаете.

Никто не стал применять против Вас силу, как не стали и устраивать погоню Возможно, в Вашем взгляде и в выражении Вашего лица было что-то такое, что бедный послушник, дежуривший в этот день, не захотел становиться у Вас на пути.

Безопасный приют, где поили, кормили и одевали, остался позади, а впереди был мир, полный опасных неожиданностей. Вернув свой костюм шута (отложенный монахами в один из шкафчиков, потому что Вы очень не хотели с ним расставаться насовсем) — Вы побрели прочь — 1066

Искренне полагая, что раз уж этот человек наказан за дело, а значит, так ему и надо, и почему бы не поразвлечься, издеваясь над тем, кому даже хуже, чем Вам, Вы присоединяетесь к зубоскалящим и улюлюкающим горожанам.

Торговец рыбой плачет, ему больно, унизительно и обидно, но это только веселит и раззадоривает окружающих, верно?

Конечно, этот человек может запомнить Вас и позднее отомстить (а Вас-то при Вашей внешности он точно не забудет, тем более, что народа здесь живёт не так уж и много и все друг друга знают), но сейчас Вам нет до этого дела.

К тому же, как-то не принято жалеть тех, кого наказывают — на то это и наказание. А казнь — так вообще сродни спектаклю, потому что развлечений мало.

Бросьте кость и прибавьте выпавшее значение к пунктам Злодеяния.

Ну, ладно, выпустили агрессию и хватит, пора двигаться дальше. Человек в колодках зло смотрит на Вас, провожая ненавидящим взглядом, пока Вы не пропадаете из его поля зрения — 604

Разумеется, такое решение придётся по нраву не всем. И речь не только о знати и дворянах — как городском патрициате, так и, например, родичам Гунфрида, способным заявить свои претензии на коканский престол.

Даже и представители простонародья и средних сословий не всегда оказываются готовы к народному самоуправлению без короля и дворянства.

Некоторые вещи настолько глубоко укоренились у многих людей в сознании, что они в лучшем случае готовы допустить мысль о том, что на смену плохому сеньору должен прийти хороший сеньор, но никак не о том, что можно жить вообще без сеньора. К счастью, не все.

Но о представлениях о свободе, равенстве и братстве, сформировавшихся веками позднее, ещё достаточно далеко: уже существуют гуманисты, но понятие «человек вообще» интересует, в основном, философов.

Для обычных людей есть лишь представление о равенстве людей перед Богом, но ещё не заготовлен базис для социального равенства на законодательном уровне.

В известном смысле Вы считаете, что это правильно: всё равно в любом обществе неизбежно возникают свои элиты, происходит своё распределение ролей и обязанностей, и «свобода» совсем не обязательно означает «равенство».

И это совершенно нормально: офицер и рядовой солдат — оба являются свободными, но они не равны по своему положению и для этого существуют свои причины и необходимость.

Опять же, естественно, что хотя во всех общественно-значимых решениях принимали бы участие горожане, и прямая демократия без делегирования представителей работает в масштабах городов-государств.

Но и в таком случае право голоса имеют не все, а только правоспособные личности — ни преступники, лишившиеся такого права, ни дети, не достигшие половой зрелости, ни умалишённые…

Хотя, последнее, наверное, уже утопия (правда, и в «Утопии» Томаса Мора существует рабство, а женщины не равны мужчинам).

Будут и иные проблемы — например, суды и аресты. Когда есть сеньор и его воля закон — это одно, а когда есть суд из присяжных, все из которых являются выходцами из этого же города — как кто-то будет арестовывать своего сына или судить своего брата?

Так или иначе, Вы верите, что как-нибудь разберётесь. А почву необходимо закладывать и с чего-то начинать уже сейчас.

При таком раскладе поддержка цехов как основы будущего общества просто необходима, но недостаточно свергнуть короля не решив вопрос с патрициатом.