Чтение онлайн

— Аххх… — зашипев, обессиленный призрак начинает терять свою плотность и поднимает на Вас взгляд, полный бессильной злобы. — «Символ веры» без «филиокве». Откуда ты… А-а… У тебя же предки были ромейцы…

Тварь желала сказать что-то ещё, но в этот миг её лицо искривилось в гримасе боли и ужаса, а вырвавшиеся невесть откуда языки пламени исчезли в тот же миг, поглотив следом за собой и призрачного короля. В воздухе противно запахло серой.

Обессиленный, Вы сделали пару шагов и рухнули лицом вперёд прямо на грязный холодный пол и провалились в беспамятство — 109

Да, уж выбрали — так выбрали. Совершенно неуместная жуткая жуть, а уж никак не весёлая милая песня, помогающая забыть о невзгодах и взбодриться.

Вас освистали, приняв песню за дурную шутку. Но хорошо ещё, что хотя бы не побили. Получив удар по самолюбию, Вы потеряли 2 пункта Шутовства. Решив, что куда им, тёмным, оценить Ваше высокое искусство, — Вы поплелись прочь без оглядки, прямиком на 88 параграф.

Не в силах сопротивляться, с нахлынувшим на Вас азартом Вы прекращаете молитву и срезаете колоду, позабыв обо всём, во что верили и что было для Вас свято. Перед Вами, словно бы сотканные из мрака, возникли стол и два кресла.

Противник, усевшись напротив, начинает раздавать, и Вас не нужно приглашать дважды. Вскоре — Вы больше не помните кто Вы, где Вы, с кем Вы играете, почему Вы спокойно различаете карты во мраке и продолжаете видеть их, даже закрывая глаза, что стоит на кону и почему это плохая затея. Вы целиком и полностью увлечены игрой. Но сегодня — карта явно «не прёт», а никакого завтра — не предвидится.

Совершая ежедневный обход камер, стражник обнаруживает тело пожилого шута, которому кто-то свернул шею, словно котёнку. Но это не ужасает его и не удивляет: «чёртова камера» пользуется дурной славой, и стражники стараются лишний раз обходить её стороной.

Тем не менее, они иногда сажают туда заключённых и делают ставки на то, как долго протянет тот или иной узник. Стражник расстроен, но совсем не потому, что ему Вас жалко, — просто он проиграл, ведь поставил на то, что найдёт Вас утром в добром здравии. Но это — уже другая история…

Если попадаете на этот параграф впервые, добавьте ключевые слова « » и запишите 5 пунктов Героизма и 5 пунктов Вдохновения. Переходите на параграф «0».

— Замолчи! Замолчи, чудовище! Это — неправда! Это… — срываетесь Вы, позабыв о чтении молитвы и о всём святом, что занимало Ваши мысли до этого. Но Вы не успеваете договорить: призрак терпеливо отходит в сторону, и откуда-то из-за его стены начинают появляться белесые фигуры.

Вельможи в некогда пышных, а ныне полуистлевших мантиях, рыцари в проржавевших латах, по виду только что выкопавшиеся откуда-то из земли, фрейлины и лакеи, монахи и крестьяне… Великое множество людей, чьи жизни Вы разрушили. Вы невольно пятитесь и оборачиваетесь, с ужасом обнаружив, что уже окружены. Они повсюду!

— Вот он! — обнажая колишемард, произносит старый фальшивомонетчик, угодивший по Вашему доносу на виселицу. Произношение нескладное, потому что изо рта то и дело выпадает язык.

— Взять его! — с ужасным немецким акцентом произносит рослый ландскнехт, замахиваясь огроменным цвейгхандером. Из-за Ваших подклов и шуток про его произношение он гонялся за Вами с оружием по замку и был запытан за покушение на любимого королевского шута.

— Ему не уйти! — без радости или злобы констатирует монах-еретик, угодивший по Вашей милости на костёр за свои убеждния.

— Сейчас он за всё ответит! — произносит тучный барон, захлебнувшийся супом из-за Вашей шутки.

Словно бы по команде — они налетают на Вас, словно свора взбесившихся собак. А на следующее утро молчаливый стражник, совершая ежедневный обход, упадёт в обморок, обнаружив то, что осталось от старого шута. Но это — уже другая история…

Если попадаете на этот параграф впервые, запишите ключевые слова « », 5 пунктов Героизма и 5 пунктов Вдохновения. Переходите на параграф «0».

Не торопитесь, времени достаточно. Если уверены, что догадались, — переходите на параграф 289 и проверьте свою догадку.

Вы вообще представляете себе, что представляли собой канализации того времени? Это Вам не «Черепашки-ниндзя»! Здесь Леонардо, Рафаэль и Микельанджелло — это художники! Так что будьте добры, — вернитесь на параграф, с которого перешли сюда, и придумайте что-нибудь получше.

Итак, Вы решили делать отсюда ноги. Вопрос лишь в том, как именно это осуществить и как быть дальше.

Здесь, с одной стороны, и поят, и кормят, дают спать в чистой постели и носить чистую одежду, а это, на минуточку, положение заметно получше, чем у многих в Кокани, да и в мире.

Но, вместе с тем, это юдоль скорби, уныния и страданий — тут нет свободы и радости.

Монахи, послушники и просто неравнодушные люди пытаются в меру своих сил облегчить страдания безумцев и если не избавить их от болезней, то хотя бы сделать их жизнь чуточку лучше, но всё равно эта гнетущая атмосфера давит на психику даже им.

— Дождётесь позднего часа и потихонечку попробуете сбежать — 564

— Встанете и, если надо, будете пробиваться с боем — 568

— Попробуете перехитрить монахов и навешать им лапшу на уши, чтобы выйти и уже не возвращаться — 608

— Эх, ты! Да ну тебя! А ещё «друг» называется. Тьфу на тебя! Хочешь здесь гнить — валяй, оставайся, а я — всё равно пойду, — уже поднявшись с кровати и собираясь отправиться в путь, Вы останавливаетесь в последний момент и, недовольно покривившись, глубоко вздыхаете и возвращаетесь. — Ну, хорошо-хорошо. Как тут тебя такого бросишь: ранимого, нерешительного и беспомощного. Просто я не эгоист, в отличие от некоторых. Но — так и быть. Подождём ещё немного. Но это — в первый и последний раз. Дам тебе время подумать, поразмышлять, всё взвесить, склонить чашу весов в нужную сторону, принять, наконец, правильное решение. А если так и останешься донашивать свои пелёнки, пеняй на себя. Так и знай, уйду и имя не вспомню.