Чтение онлайн

— Я ездил сегодня в пустыню, — сказал он. — Думаю, мне нужно принять душ и переодеться.

— Не хотите «Маргариту»? — предложила Сандра.

Диллон с улыбкой покачал головой:

— Нет. Я бы с большим удовольствием пошел сейчас в душ.

Они пошли проводить Сандру до машины, она задала Диллону несколько вопросов о его работе в «Расследованиях Харрисона», и он вежливо ответил, что на свете существует много необъяснимых явлений, и заверил Сандру, что он ни разу не видел, чтобы призрак причинил вред человеку, не совершавшему дурных поступков.

— Значит, призраки вредят только плохим людям? — с энтузиазмом спросила его Сандра.

Он рассмеялся.

— Я сказал вам лишь то, что мне самому известно. Нас приглашают расследовать странные и непонятные явления, но, как правило, они имеют вполне реальные объяснения. Я думаю, что если призрак способен двигать предметы, значит, он может причинить вред человеку. Но обычно за подобными проделками стоят реальные люди.

Они добрались до машины Сандры, которую та оставила в гараже казино. Диллон открыл перед ней дверь водительского места и заглянул в салон.

— Будьте осторожны на дороге, — сказал он ей.

— Разумеется, — ответила Сандра. — А вы... присмотрите за Джесси. Прошу вас.

— Обязательно. Именно этим я и займусь, — пообещал ей Диллон.

Они смотрели вслед уезжающей машине, пока она не скрылась из вида, затем Диллон молча обнял Джесси и повел ее к лифту. Наконец, он сказал:

— Мне кажется, Сандра не зря переживает по поводу сегодняшнего случая с тобой.

— Диллон, Сандра — моя хорошая подруга, и я благодарна ей за заботу, но то, что произошло сегодня, было лишь досадным недоразумением.

Он нахмурился и, ничего не ответив на заявление Джесси, спросил:

— Какой у тебя график работы?

— Обычно я отдыхаю по понедельникам и вторникам.

— Значит, ты работаешь завтра, а затем у тебя два выходных, — задумчиво произнес он, почувствовав неприятную тревогу. Возможно, у него уже началась мания преследования. И он зря так волновался за Джесси. Но все же он переживал за нее. Стоило ему немного поговорить с Руди, как тот погиб. А они с Джесси...

— Поехали к тебе, — сказал Диллон.

Они направились к машине Диллона, которую он оставил на общественной парковке на огромной площади перед супермаркетом. Они уже были на полпути к ее дому, когда Джесси вдруг повернулась к нему и с волнением проговорила:

— Совсем забыла рассказать тебе. Таннер Грин вернулся.

— Верно, — пробормотал он.

— Что верно? — удивилась она. — Я думала, что ты обрадуешься. Разве ты не хотел, чтобы он вернулся?

Диллон мысленно одернул себя. Он вспомнил, что Джесси не знала о Ринго, который следил за Таннером Грином. Все же стоило рассказать ей про Ринго.

— Прости. Я был уверен, что он вернется. Он хочет поговорить с тобой.

— Он был на шоу. А потом, когда мы с Сандрой сидели в баре, я снова увидела Грина, а позади него сидел Руди Йорба. И он вел себя так, словно не хотел, чтобы его заметили. Я попыталась заговорить с Таннером и была почти уверена, что он услышал меня, но нам помешали.

— Правда? — спросил Диллон и стал слушать ее с удвоенным вниманием. Это было что-то новенькое. И весьма интересное. — И кто вам помешал?

— Даррелл Фрай. Он работает распорядителем в «Солнце». Ты видел его. Он был там, когда я выиграла деньги. Он хочет получить место в отделе развлечений казино и уже несколько недель уговаривает меня перейти к ним на работу. Ты знаешь его?

Он кивнул.

— У него была смена незадолго до того, как умер Грин. И хотел поговорить с ним, выяснить, не заметил ли он чего-нибудь необычного. Но мне сказали, что он в отпуске, так и не удалось с ним встретиться.

— Так вот, когда он заговорил со мной, Таннер Грин и Руди Йорба исчезли, — сказала Джесси.

Диллон подумал, что бы это могло означать. Он не имел ни малейшего понятия, но теперь ему еще больше захотелось встретиться с этим человеком.

Хоть прямо сейчас...

— Трудно сказать, что все это значит. — Диллон задумчиво поглядел на Джесси. Он был рад тому, что Джесси больше не боялась призраков и даже спокойно о них говорила. Но его беспокоило, что даже на работе она не могла чувствовать себя в абсолютной безопасности. Фрагменты головоломки постепенно начали складываться, но окончательная картина по-прежнему оставалась загадкой.

Они подъехали к дому Джесси. Сначала Диллон проверил все комнаты и лишь затем направился в душ.

Через несколько секунд она присоединилась к нему.

Присутствие Джесси было подобно волшебству, которое ворвалось в его жизнь и прогоняло все мысли о страхе и загадках и даже заставляло забыть об окружающем его мире.

Диллон испытывал непреодолимое влечение к ней и не знал, было ли это связано с тем, что она околдовала его при первой встрече, или же его так восхищало ее стройное, гибкое, грациозное тело, ее голубые глаза, ее голос, ее прекрасная душа. Но он понимал, что это было не простое сексуальное желание или животный инстинкт, древний как сама жизнь. Он пока еще не мог сказать, что любит ее, ведь для любви требуется время, однако чувствовал, как постепенно влюбляется в Джесси, которая затронула его душу так, как ни одна из женщин до нее.

Озорные огоньки в ее глазах послужили призывом к действию, пар поднимался от горячей воды, струившейся по ее великолепной коже цвета слоновой кости, по плечам, груди, спине, ягодицам. Когда она прижалась к нему, он почувствовал волнующее наслаждение от прикосновений ее кожи. Он отыскал ее губы под струями воды и стал исследовать ее маленький ротик, еще более горячий, чем падавшая на него вода.

Он ласкал ее. Его руки скользили по ее обнаженному телу, нежно сжимали ее груди, проникали между бедер в самое интимное место.

Джесси прижималась к нему, каждое прикосновение ее тела было невероятно возбуждающим. Таким соблазнительным и приводящим в безумный экстаз. Она обняла его, стала гладить его тело, ее ногти, дразня, царапали кожу. Он нехотя оторвался от нее, прижал ее к выложенной кафелем стене ванны, а затем снова стал целовать с удвоенной яростью.

Они занялись любовью под горячими струями воды. Диллон поднял Джесси, и она обхватила его великолепными длинными ногами. Шум воды эхом отдавался в их сердцах, словно буря. Наконец, они достигли наивысшего наслаждения, тогда он нащупал краны, закрыл воду и вышел из душа, все еще держа ее на руках и не желая отпускать ни на минуту.